Даже если ты никогда меня и не послушаешь, а тем более если не согласишься, прочитай...просто прочитай. Это же не сложно.

Помнишь, мы как-то говорили с тобой о том, что нужно прежде всего делать так, как лучше самому. Помнишь? Вот возьми сейчас и улыбнись. Просто так, потому что на то нет совершенно никакой причины. Вообще. Или она есть, не знаю, как там у тебя сейчас. Не буду говорить, как кажется. Это кажется.
А ещё обязательно открой плейлист. Чайф, например. Или The Killers. Или того самого, корейского. С его вальсом...или то самое танго (с прилагательным от покрытия дорог), которое и в моем окружении не понимают совершенно.
Мне сегодня сказали, что я - ненормальная, и как будто я сама этого не понимаю. Понимаю, но как-то не сильно. Просто, наверное, я все больше хочу думать проще, приземленней, а получается наоборот. Я все больше думаю извращенней и все больше читаю между строк, даже когда там ничего не написано.
Помнишь, мы как-то по очереди загадывали желания? Я помню, как хотела апельсин... Вот сейчас возьми своего яблочного пюре и съешь целую столовую ложку. Вместо моего апельсина, я отдаю тебе свое желание. Безвозмездно и насовсем. Улыбнешься?
Обязательно, пожалуйста. Я мало когда тебя о чем-то просила. Это ведь просто так, улыбнуться. Даже через тяжесть, даже через неприятие и негатив. Ну улыбнись же, слышишь? Тем более, если все хорошо.
А вчера Алинка опять приехала в гости с твоим городом на языке. И я ничего не ответила, про себя улыбнулась только. Видишь, я улыбаюсь. Мы же когда-то хотели улыбаться. Ну неет, не начинай сейчас выдавливать из себя подобие улыбки. Нет, тебе это совершенно не идет, я знаю. Я это точно знаю. Пускай это покажется через чур самодовольным, напыщенным и эгоистичным. Пускай это произведет впечатление того, что я не имею никакого права. Да, не имею. Но я знаю. Прости...
Помнишь, мы как-то ходили за очками, в дикий холод и Пасху? Помнишь?...А теперь я тоже покупаю себе очки. С фиолетовой оправой. Вливаюсь в ряды слепых..наверное. Да, я сумасшедшая, и совсем не знаю, что творю. Вот сейчас можно я тебе пожалуюсь?...Как тогда на свою противную тетку, на боль в шее и на насморк непрекращающийся. Наверное, нужно ехать домой, чтобы меня поставили на место. Сейчас папа - единственный, кто может это сделать. Сейчас - он - единственный.
А ещё я совсем забросила учебу. И перевод. И работу забросила. И отругать меня как следует некому. Это я все продолжаю жаловаться, не думай, это просто поток жалоб, которые нужно высказать. Я разом все, ладно? Чтобы больше не приставать и не доставать. Боже, как, наверное, я успела тебя вывести из себя, а? Успела? Или нет? Ну интересно же, правда, интересно.
Ах да, кота моего помнишь? Он ещё жив... Да. И в этом году я целых две недели июля провела тут, с котом. Одна. Когда в городе совсем пусто, жарко, а в квартире слишком одиноко с ним, одним. Брат уехал с девушкой в Анапу, к родителям. А я сидела. Вот, давай, всплесни руками и скажи, что мне делать как обычно нечего и я дуростью всякой занимаюсь. Да, я ей занимаюсь последние лет так 20. Ты же знаешь, что у меня в голове черти что. Ну нет у меня человека, который способен меня встряхнуть. Что ж я поделаю, встряхиваю себя сама, как могу.
Вспомнила, что сегодня перебирала вещи и шарф твой нашла. Могу откровенно признаться, что я его заездила. До дыр почти. Хоть и не пахнет он уже так. Все моими духами и моей косметикой. Я все равно его ношу. Идиотка, да? Ну и фиг с ним.
Какая-то я через чур болтливая сегодня. Да и вообще болтливая, хотя тебе так и не пришлось в этом убедиться. Но помнишь, у меня появилась привычка перебивать...*улыбаюсь*.
А ты там улыбаешься? Ну улыбнись же...
Я бы сейчас назвала тебя по-имени, но оно слишком далеко, чтобы произносить вслух. Я про себя, можно? Чтобы никто не услышал. Чтобы никто не узнал, что я это с тобой.
Спокойной ночи, и с добрым утром, днем, вечером. Не знаю, какое сейчас время суток у тебя.
Заходи ещё как-нибудь...поболтаем.