Следующим принципом “нельзя” является “воздержание от неправды”. И вновь, почему эта установка начинается с отрицания? Почему нельзя просто сказать: “Будьте правдивы”? Дело в том, что правдивость является для нас естественной тенденцией, как только преодолевается желание искажать истину.

Это качество тоже несёт в себе и тонкий, и грубый аспекты. Ибо “факт” и “истина” не всегда синонимы. Утверждение может правдиво излагать факты, но не иметь никакого отношения к более высоким истинам. Скажем, лёжа в больнице, человек может выглядеть больным именно настолько, насколько он себя таковым ощущает, но если вы скажете ему: “Ты ужасно выглядишь!” – ваши слова могут серьёзно ухудшить его состояние. Напротив, если, представляя его в добром здравии, вы с глубоким убеждением скажете: “Ты замечательно выглядишь!” –то можете ободрить и даже исцелить его.

Вот на чём основана практика воздержания от неправды. Имейте в виду, что истина всегда благотворна, тогда как констатация факта может принести как добро, так и вред. Если какие-то слова могут причинить вред, их нельзя считать истиной в высшем смысле. Если невозможно говорить искренно, не рискуя навредить, то лучше вообще ничего не говорить. (Вот одна из возможных причин того, почему некоторые индийские аскеты практикуют постоянную мауну - молчание)

Воздержание от неправды представляет собой важную практику и для медитации. Ум, находящийся под влиянием поднимающихся из подсознания тенденций, легко склоняется к самообману. Одно из препятствий в медитации составляют галлюцинации. Они бывают не только зрительными, но способны принимать и иные обманчивые формы, например, “интуитивного” руководства. Поскольку они исходят из подсознания, то тянут ум вниз, прочь от сверхсознания.

Подсознательный мир пассивных удовольствий имеет свою привлекательность. Очень легко увязнуть в нём вместо того, чтобы на крыльях силы воли подниматься в возвышенные сферы экстаза. Об опасности подсознательного самообмана предупреждает мистическая литература всех религий.

Как же распознать галлюцинацию? Проверяя свой опыт в “холодном свете дня”. Прежде всего, истинный сверхсознательный опыт сопровождается интенсивным внутренним осознанием и, кроме того, приносит благотворные и долговременные результаты. Так как эмоция тоже может быть интенсивной, то следует добавить, что интенсивность сверхсознательного переживания будет ещё и спокойной.

В сверхсознательном опыте не бывает ничего тусклого и туманного. Если во время переживания вы видите свет, он будет ясным, а не мутным или нечётким. Всякое ощущаемое вдохновение создаёт в уме чёткость, а не неопределённость и путаницу. По тем вопросам, в которых у вас прежде не было ясности, этот опыт даст вам чёткое озарение и понимание, а нередко такая ясность получает и внешнее подтверждение.

Совершенство в воздержании от неправды до такой степени развивает ментальные силы, что простое слово становится причиной объективных событий. Достаточно лишь сказать о чём-то, чтобы это произошло на самом деле.

В связи с этим становится крайне важным, чтобы каждое наше слово было позитивным и доброжелательным, хотя бы в намерениях. (Невозможно предугадать чужую реакцию.) Ибо негативные или недоброжелательные мысли способны причинять вред.