Меня зовут Аэссоннэ ( что обозначает Дарина, подарок судьбы), но чаще меня называют Рыся или Линкс. Рождена я была в Витене, в семье Дабир Йен'Стакхэ. Долгое время моим родителям не удавалось родить ребенка. И, наконец, когда они совсем отчаялись, случилось чудо – жрец Лайнэ объявил о своем видение и сказал, что ребенок, которому суждено родиться будет всю жизнь идти вместе с удачей и печалями одновременно. Но мои родители не обратили внимания на слова жреца, потому что были очень счастливы. Когда я родилась, их радости не было предела. Я была окружена любовью, заботой.
До 5 лет я пребывала в том состоянии, когда ребенок думает, что весь мир похож на его семью, что везде царит такая же любовь и гармония. В 614 году от рождения Вита Железного был убит мой отец рукой лотского наемника Саймона «Не-Смерть». Это произошло на моих глазах – это была очень жестокая расправа. Мама не смогла пережить смерти отца и спустя год она умерла на моих руках. Меня на воспитание взяла какая-то родственница. Сейчас спустя многие годы я понимаю, что она была особенная, но тогда для ребенка потерявшего тот прочный мир, она казалась чужим человеком. Она жила посреди леса. Лес он всегда притягивал меня, но я знала, что это запретное место. Тетя Эльвин понимая мое состояние, оставила меня на некоторое в покое. Живя в лесу, я поняла, какое странное очарование имеют те, кто населяет его. Для маленького ребенка – любопытство это естественное состояние и поэтому я не боялась зверей. Позже начала встречаться различная нежить. Их было очень мало, я не знала, то их надо бояться и поэтому общалась с ними открыто. Никто на меня не нападал, в их окружении я чувствовала себя как дома. Любовью был пропитан весь воздух, дома у тети я практически не появлялась. Но однажды тетя вспомнила, что необходимо заняться моим воспитанием. Она была великолепной травницей, и я с радостью окунулась в неизвестный мир трав (раньше мне казалось, что травы это всего лишь корм для скота, а теперь узнала, что травы могут, как лечить, так и убивать).
В лесу время течет незаметно, пролетели17 лет, к тети пришли просить моей руки. Это был Эваз, тот о ком я в тайне мечтала многие годы. Он с семьей жил в лесу. После свадьбы он открыл мне свой секрет – он вампир, что он понимает, что любовь со стороны человека это очень редкое явление, и что он даже не рассчитывал на то, чтобы жениться по любви. Эваз обещал подарить мне вечность, наполненную любовью. Моя тетя сделала бальзам, который давал возможность жить под солнцем и не умереть. Провести вечность с любимым, что может быть лучше, и я дала согласие. Но то про что говорил жрец, я не знала: у меня была удача и счастье, но рядом с ними всегда была беда.
У нас родилась девочка, мы были самые счастливые родители на свете. Самые счастливые мгновения были: когда она сделала первый шаг, сказала первое слово.
Но это жизнь была разрушена в один миг. Люди из города пришли и разрушали наш дом, в который мы вложили столько тепла и любви, убили моего мужа и нашу малютку. Я закрываю глаза и вижу…
…мы стояли на вершине холма закатное солнце окрашивало в нежный розовый цвет чистое небо с одной единственной маячащей на горизонте маленькой тучкой, а затем любовались звездами, его темные волосы были сплетены с моими светлыми. Когда я ему сказала, что хочу завести ребенка, он был чрезмерно счастлив, таким предложением. Он прошептал, что при союзе человека и вампира дети не могут родиться и предложил мне стать вампиром.
-Целая вечность с любимым, что может быть лучше, - и я дала согласие.
- А я вижу огромный мир, который только и ждет, чтобы мы вместе его открыли, и дорогу, которая приведет меня к самой прекрасной девушке на свете, чьи глаза подобны серебряным звездам – они укажут мне путь… Слова нам были не нужны.
Вижу. Утро. Подхожу к колыбельки, она открывает глазки и произносит «МА-МА». Вижу первый ее шаг, она попыталась поймать изумрудную бабочку…
… Мы никому не причинили зла. Когда я вернулась от тети, то на месте дома я увидела дымящиеся развалины. Нашла в дупле старого дуба пергамент, написанный рукой Эваза…
Я пишу тебе в день похорон,
Слишком солнечно, ветрено слишком.
Словно древний, угрюмый Харон
Уподобился в чем-то мальчишкам.

Ни к чему был отточенный кол
Из дрожащей от злости осины.
Я хотел защитить, потому и ушел,
Я ослаб, потому что был сильным.

Мне не нужно ни шпаги, ни пуль
Для того чтобы рассыпаться прахом
И серебряной ниточки пульс,
Лишь наша любовь оборвется одним взмахом.

Это просто - еще один раз
Встретить смерть в окончательной фразе,
И серебряных ласковых глаз,
Не бояться, сгорая в экстазе.

Моим пеплом осыплют камыш
И приречный осот. И текуча
Станет бывшая жизнь. Ты молчишь
Ты не веришь в божественный случай.

Это право твое. А мое –
Быть убитым за любовь твою
Как вонзилось копье
В беззащитную шею мою.

У тебя еще будет герой –
Из легенд и забытых пророчеств.
Я пишу в день похорон
Своих собственных. Спи. Доброй ночи.
…До сих пор не пойму за что это было сделано. Эваз попытался выяснить, в чем дело, но его даже слушать не захотели. Я чувствовала все его эмоции, страх нашей малышки. Люди даже не были уверены в том, что мы вампиры. Я ощущала всей своей сущностью их агонию, когда они сгорали заживо и чувство облегчения, что я далеко и в безопасности. Я не помню, как добралась до тети. Я была опустошена полностью, не хотела жить, да и зачем. Каждое утро я вставала и понимала, что не увижу больше Эваза и нашу малышку, не услышу их голоса, почему я осталась в живых. Так продолжалось много лет. Тети удавалась отговорить от неразумных шагов.
Была очередная годовщина того печального события. Я приняла решение умереть. Мой взгляд упал на перо и пергамент, и написала послание:
Под шум листвы, под ропот ветра
Я погружаюсь в забытье,
Как в плоть душа моя одета,
Мне так же лучше без нее.

Мой крик восход вдали услышит,
Закат вернет тот зов, а я,
Чье сердце бьется, но не дышит,
С рассветом вновь зову тебя.

Ты глух к моим мольбам, возможно,
Что мне давно пора понять:
Теперь мы разные, и должно
Свой новый мир как явь принять.

Я буду ветром, что играл
Парящей птицей в облаках,
И эхом слов, что ты сказал,
И лучшим сном в твоих мечтах.

И сонной гладью на песке,
Что отражает в небесах
Лишь то, что видим мы в себе,
Читая скорбь в своих глазах.

Я буду перышком в траве,
Тем днем, что память сберегла,
Частицей жизни, что в мне
Со тобой когда-то умерла.

В том краю, где звездный блеск,
В дальней стороне,
Где лишь весел тихий всплеск
На речной волне…

Умираю я одна,
Вижу неба высь,
К тем, кто был со мной тогда,
Дух мой, унесись!


… Пошла на заветную поляну, где как я знала, растут самые ядовитые травы. Уйти из жизни и не мучиться - вот чего я хотела. По дороге туда я услышала крик ребенка, необходимо было пойти и проверить, что происходит в этой части леса. Выйдя на поляну, я краем глаза увидела огромного мужика (очень похожего на разбойника), у которого на руках был плачущий ребенок. Ребенок пытался вырваться, сделав вывод, что это, скорее всего не отец. Я вышла на поляну. После стольких лет глубокой депрессии, я была похожа на классического вампира: бледный цвет лица, нехорошая усмешка (ведь мне нечего было терять), плюс ко всему неожиданное появление в лесу, глее по слухам водиться только одна нежить и страшные звери сделали свое дело. Мужик охнул, и сделал шаг назад, ребенку удалось вырваться. Только сейчас за спиной мужика я разглядела, на земле лежала мертвая женщина, вокруг нее натекло много крови. «Чего тебе здесь надо? Или ты не знаешь, что этот лес запретный?» На него было отрадно смотреть, он весь покрылся зелеными пятнами: «Госпожа…» «Что госпожа? Зачем тебе этот ребенок? Только не говори, что он твой родной, я не за что не поверю, вы не похожи!» «Это моя рабыня. Она умерла, а этого ребенка она нашла давно где-то в этих краях. Я разрешил ей оставить его, надеясь, на то, что из него вырастет пригодный раб (ребенок сидел около огромной сосны и смотрел волчонком)…» «Что ты за него хочешь? Этого хватит с лихвой (я отдала ему свой любимый кулон, который подарил Эваз мне на день рождения. Было жалко, но вид брошенного ребенка заставил меня очнуться от забвения. Где-то впереди забрезжил свет надежды, чувство, что я кому-то в этом могу быть нужна. Да к тому же я помнила свое состояние, когда на моих глазах был убит мой отец)» «Забирате это чучело» и он швырнул к моим ногам ребенка. «Иди ко мне. Не бойся меня, я ни кому не позволю тебя обидеть!»
Ребенку было на вид лет 6-7, он до того перепачкан в грязи, что не могла понять кто это мальчик или девочка. Ребенок был в шоке, потому что безропотно дал взять себя на руки и нести куда-то.
Придя к себе домой, я первым делом решила отмыть ребенка. Каково же было мое удивление, когда под слоем грязи оказалась прелестная маленькая девочка с огромными карими глазами, с темными, почти черными волосами. Боги как она была похожа на Эваза, так выглядела бы наш малышка, если бы была жива. Малышка после купания выглядела такой сонной, что уложила ее спать, а сама пошла к тете и привела к себе. Тетя тоже отметила, что малышка похожа на Эваза и на меня. Но я знала, что наша малышка не могла выжить, я чувствовала, как она умирала в огне. Тетя сказала, что боги, наверное, решили сжалиться надо мной и дали мне малышку.
Что с ней сделал этот мужик, сколько сил я приложила, чтобы вылечить ее тело и душу от того ужаса, который ей пришлось пережить. Тело я вылечила быстро, а вот душой пришлось повозиться. Я отдавала моей малышки все тепло и любовь, которая у меня была. Эваз это бы одобрил!
Какая же для меня была радость, когда моя малышка сказала первое слово. Под лучами моего теплого обращения малышка расцветала, как цветок под лучами весеннего солнца. Я делала все возможное, для того чтобы излечить этот подарок судьбы.
А когда малышка назвала меня мамой, я поняла, что не зря пошла на ту поляну и услышала тот голос, который позвал меня. Она не говорила, как ее зовут, и я ее назвала Фрида, что значит «потерянная и вновь найденная». Фрида нечего не рассказывала о себе и своей жизни, но по тем случайным фразам, я пришла к выводу, что когда-то у малышки была любящая семья. Когда они путешествовали через лес, на них напали какие-то странные существа, убили всех кроме нее.
Сейчас вспоминая те дни, жалею, что их нельзя вернуть назад. Время течет незаметно для тех, кто счастлив. Я как бы заново открывала хорошо известный мне мир, отвечая на многочисленные вопросы этого удивительного ребенка, в нем было то восприятие, которое доступно только детям. Видеть глазами ребенка, слушать его бесхитростные комментарии на какое-либо происшествие – все это очищало мою душу, принося туда неведомый ранее покой и мир.
Однажды мне зачем-то понадобилось пойти в Витен. Да я из Витена - только для меня это не важно всю сознательную жизнь я провела в лесу и привыкла считать его своим родным домом, а тетю Эльвин и семью Эваза своими родными. Знала, что в Витене у меня были какие-то родные, но ведь не они позаботились о маленьком ребенке оставшимся без родителей. Придя в Витен, с удивлением обнаружила, что на меня обращают внимание незнакомые мужчины. Я знала, что не красавица. Случайно посмотрев на зеркальную поверхность фонтана, увидела девушку с огромными лучистыми глазами, с длинными русыми волосами, казалось все лицо было озарено улыбкой и ясным солнцем, в длинным платье с пропыленным плащом, как будто «лесная дева» зашла в город. Вот что делает со мною смысл моей жизни.
Ко мне подошел мужчина, убеленный сединами и с благородными манерами: «Добро пожаловать в Витен, странница! По твоему взгляду я вижу, что ты тут впервые. Пойдём со мной, я расскажу тебе о нашём городе. Мы пойдём по широким мощеным улицам, а окружать нас будут высокие дома с огромными садами. Княжество представляет собой Город и леса вокруг.» «Прости, но кто вы? Почему вы на меня так смотрите, у меня, что не в порядке с одеждой?» «Нет с одеждой все в порядке. Ты просто напомнила мне одного человека, которого давно нет на этом свете…» «Осмелюсь я спросить кого?» «На мою сестру.» «А, сколько ей лет, если мне дозволено будет спросить?» «Ей было бы сейчас около 90 лет, она была моей старшей сестрой, она не смогла пережить смерть своего мужа. У них был ребенок, который исчез после ее смерти, я очень долго пытался отыскать его.» «Как интересно, но куда мог исчезнуть ребенок?» «Никто не знает. Знаю только, что его забрала какая-то странная женщина, которую больше не видели. Скорее всего, этот ребенок давно погиб. Извините, что надоедал вам своей историей, но вы так похожи на мою сестру и на ее мужа, что я не вытерпел и решил подойти к вам.» Я ему улыбнулась и про себя подумала, сколько же лет прошло. Боги, неужели так много, хотя чему удивляться ведь вампиры живут очень долго, не теряя своей привлекательности. Неужели меня искали, и тогда кто же тетя Эльвин. Надо было во всем разобраться. «Извините, пожалуйста, можно вопрос, как звали вашу сестру? Для меня это очень важно!» «Ее звали Эльриния Йен’Рангэ». Я поклонилась ему и пошла дальше по улице, размышляя над тем, что услышала. Да интересные дела, ничего не скажешь. Что вообще здесь происходит, я не понимала, за чем все это.
Я слышала, что где-то вдали пели песню…
…Вчера умерла звезда
Сегодня ее отпели,
А в храме звенят капели,
И странно душа пуста.

Чего же еще мне ждать?
Чего мне просить у Бога?
Ах, как этот мир убого
Расходует благодать!

И то, что кругом темно, -
Не страшно. В душе страшнее.
Но что вы сделали с нею,
Смотревшей в мое окно?!

Ее был беспечен вид,
И свет ее был так странен…
А я этим светом ранен
И небом давно забыт.

И ты скажешь: «Не беда!»
Прощально меня целуя,
И все же… Зачем живу я,
Когда умерла звезда?
Эту песню пела в детстве моя мама, после смерти отца.
…«Тетя объясни мне одну вещь. Почему ты сказала мне, что у меня не осталась никого из родственников в живых. Вчера в Витене я видела своего дядю. Он меня не узнал, да и не мудрено, - я горько усмехнулась,- ведь должно быть лет 60. А выгляжу как юная девушка. Это ерунда, ведь я вампир. Эльвин, объясни, в чем дело?» «Видишь ли, моя дорогая, я действительно твоя тетя, ну не совсем родная. В смысле я тетя Эваза, но я не вампир. Когда я проходила через те края, где ты родилась, мне рассказали историю о ребенке, у которого умерли родители и он сейчас один. Я решила, что прошло достаточно времени и если никто не пришел за тобой, то я могу взять тебя. Потом тебе здесь было так хорошо. Ты полюбила Эваза и вы поженились, я была счастлива, что стала твоей настоящей тетей. Милая моя девочка, как ты могла подумать, что я могу причинить тебе вред или твоему ребенку. Вы для меня родные. Я думала, что ты не оправишь после смерти Эваза и малышки. Для тебя это подарок судьбы появления Фриды, после этого как-то заново родилась я тебя никогда такой не видела.» «Тетя тебе надо было раньше об этом мне рассказать.» «Извини, но я не хотела бередить твои старые раны. Ты столько пережила, а тут еще думать, что родные тебя бросили. Ты сильная, но все-таки нельзя было делать тебе еще больнее. Надеюсь, ты меня простишь!»
Конечно, я ее простила, ведь она растила меня и отдавала всю свою любовь и заботу. Постепенно этот разговор подернулся легкой дымкой забвения. Наша жизнь продолжалась так же, как и до этого. Но тетя была человеком и поэтому годы брали свое, спустя два года она умерла, тихо и мирно в своей постели, окруженная любящими людьми. Я понимала, что оставаться на прежнем месте было бы очень тяжело, и приняла решение покинуть этот край.
Собрав необходимые вещи и оседлав коня, мы попрощались с теми, кто нас знал, мы двинулись, куда глаза глядят. Старый лес с огромными вековыми соснами был тих, но это было затишье перед бурей. Сейчас здесь пели птицы, воздух напоен ароматами лесных трав и тем непередаваемым лесным духом, который знают все, кто бывает в лесу. Я вела Ночного Дьявола на поводу, наслаждаясь окружающим меня спокойствием, а Фрида носилась рядом, пугая огромных бабочек своими криками. Не надо ограничивать ребенка, пока он маленький – это всегда говорила моя тетя, свобода будет для его блага. «Куда мы пойдем: в Витен – думаю, нет. Хотя это мой и родной город, там я себя чувствую несколько не уютно. В Брант тоже, наверное, не стоит идти. Может попозже стоит зайти в Лот. Вывод - может нам сходить в сторону заката. Там издревле под горой живет Подгорный Народ – люди, пришедшие первыми в эти земли из Страны Льдов.
Итак, что мы знаем о Подгорном Народе. Сам Подгорный Народ свое поселение называет Таурмадином, что прижилась у Подгорного Народа нелюбовь к путешествиям. Железа в недрах горы было предостаточно, а посему всегда было чем оплатить мясо, вино и хлеб, приносимые Каурцами.
На самом подходе к горам, я почувствовала какое-то дуновение опасности. В тот момент, когда я наклонилась, чтобы подсадить Фриду в седло, в воздухе пропела тетива. До сих пор не могу понять, кто стрелял в безоружную девушку. Сначала я подумала – некто промахнулся, но боковым зрением заметила, что из предплечья торчит стрела с белым оперением (зачем я сохранила эту стрелу, может, чтобы найти того, кто это сделал и призвать к ответу). Простая стрела не может свалить вампира, да приятного здесь мало! видимо наконечник стрелы был чем-то смазан, потому как через пару минут я ощутила легкое жжение (потом я узнала, что это моментально действующий яд и убивает человека за считанные минуты). Доехав до ворот Таурмадина, я буквально рухнула на землю.
Следующие три недели прошли как в тумане, я была в каком-то призрачном мире. Большинство видений я не запомнила, но одно навеки врезалось в мою память …
…Она была девой с золотыми волосами, ниспадающими на легкую белую ризу. Она была девой с золотыми, как ночные звезды, глазами. Она сидела на мягкой траве и с умилением наблюдала, как играют дети. Они с криками восторга бегали или тихо сидели, чем-нибудь заинтересованные. Она смотрела на них и улыбалась своей милой улыбкой, и казалось, сама становилась счастливой. Она любовалась с высоты красивыми каурскими ландшафтами. Смерть была жестока, но Жизнь иногда была не менее жестокой.
Вечерами она часто приходила в лес, где шумел небольшой водопад горной речки, садилась на траву, усеянную дикими цветами, и плакала. Водопад заглушал её плачь, и земля впитывала её чистые слёзы. Здесь её никто не слышал и не видел. Никто не знал, о её боли…
…Очнулась с воспоминанием, что видение очень важное. Я открыла глаза и огляделась. Комната была выкрашена в небесно-лазуревый цвет, на потолке светились маленькие светильники, казавшие звездочками. Дверь открылась и в комнату вбежала Фрида. «Мамочка, как ты себя чувствуешь? Я за тебя очень переживала. Но мне Элидиана сказала, что ты у меня очень сильная, что ты обязательно выздоровеешь!» В этот момент в комнату вошла женщина невысокого роста, ее длинные волосы были уложены в высокую прическу, а за стеклами очков лучились добрым светом всепонимающие глаза. «Дитя мое, как ты себя чувствуешь?» «Меня, наверное, сбросила лошадь. Я нечего не помню.» «Тебе повезло, что вы быстро очутились в надежных руках, еще несколько минут и даже я не смогла спасти тебя». «Спасибо вам большое!» и я снова провалилась в сон.
На следующее утро я вышла из комнаты и очутилась в длинном коридоре. Скорее всего, я нахожусь внутри гор. Послышался топоток, ко мне летел мой любимый ребенок, присев на корточки, я заключила ее в объятия, шепча: «Солнышко мое, как я по тебе соскучилась. Посмотри на меня! Прости, что напугала тебя.» Фрида не хотела отпускать меня ни на минуту. «Ладно, крошка пойдем в комнату и тебя расскажу интересную историю. Забирайся сюда. Вот так.» Прижимая ее к себе, я подумала – это было бы трагедией потерять ее. Через какое-то время она заснула, и я решила пойти посмотреть, где мы находимся и поблагодарить хозяев за их гостеприимство. После непродолжительной прогулки я набрела на небольшую лабораторию, где была Элидиана и мужчина, должно быть ее муж. Я постучалась в дверь. « Ты встала, зачем? А ну быстро в кровать.» «Я хотела поблагодарить вас за то, что приютила незнакомых людей, пришедших неизвестно откуда.» «Глупости. Пойдем, я тебя провожу в кровать. Твоя дочка нам рассказала о смерти Эльвин. Она была хорошим человеком. Я понимаю, почему ты ушла из родных краев» «Вы знали мою тетю. И…» «Да, конечно, мы поили тем снадобьем, что было у тебя в сумке. Фрида сказала, что его принимаешь постоянно. Но оно заканчивается, тебе надо приготовить еще.» За разговором мы дошли до комнаты, где на кровати свернувшись калачиком спала Фрида. Элидиана уложила меня в кровать «Спи. Тебе необходимы силы.»
Мы остались жить у Элидианы и Догмара, они относились к нам как к родным. Здесь у меня появилась тяга к чтению, ибо у них была собрана великолепная библиотека. Целыми днями я и Фрида проводили среди древних фолиантов и пыльных манускриптов. В это время у меня проснулось желание поделиться с оставшимся миром этими сокровищами, а Фрида стал пробуждаться музыкальное дарование.
Так около 5 лет, меня потянуло в родные края. Тепло попрощавшись с хозяевами, я и Фрида отправились в обратный путь. Лес нас встретил приветливо, был солнечный день, на небе – не облачка. Давно лес не был таким приветливым: пели птички, порхали бабочки. Жизнь прекрасна!
Ну, почему так происходит, жизнь только стала налаживаться, и вот опять.
Мы нашли наш домик нетронутым, да и чему было удивляться – лес-то считался проклятым. Ностальгия – это то чувство, которого не должно быть много. Я ходила по дому воскрешала в памяти моменты…
… Эваз разбудил меня на рассвете, принеся букет полевых цветов, мокрых от майской росы. Я сидела в огромном ворохе цветов, вдыхая их аромат…
…огромный черный кот вспрыгивает на распахнутое окно, сбивает своим хвост горшок с геранью, мы смеемся…
… сидела на веранде, закутанная в плед и слушала звуки леса, видела мерцание звезд на ясном небосклоне, чувствовала любовь, тех, кто мне дорог…
Внезапно я почувствовала, что необходимо уйти, я решила – хватит жить в лесу, надо вернуться к цивилизации. И однажды собрав вещи, закрыв навсегда мой домик, мы пошли в город.
Но что нас ждало впереди, я не знала. Но что бы это не было, я думаю мы вдвоем справимся с этим. Фрида и я, мы остановились на опушке леса – прощаясь со старым другом, нет, не прощаясь, а говоря ему до свиданья. Я знала – в случае чего он окажет нам, своим детям поддержку своим присутствием и заботу.
Да старая жизнь закончилась. И мы смело поехали на встречу рассвету.
15- 23.03.2005