В России после дождя враги растут, как грибы,
Закончится осень, чуть дашь позвоночнику роздых,
Морозные вихри, гигантских циклонов рабы,
И снег кокаиновой пылью вгрызается в ноздри.
Конечно, бывает, сквозь сердце пробьется мотив,
Он скоро утонет в руладах сирен сладкогласных,
Матросы выходят на лестницу, уши закрыв,
А в воздухе хлопает крыльями парус атласный.
И этот корабль, он становится птицей ночной,
Точней, желтоглазой совой на развалинах ночи,
Расплавленный воздух спешит отвердеть за спиной,
Мы думали, что апокалипсис будет короче --
Постой, ты жила настоящим! -- она обернется,
Еврейская девушка, тело плотнее фарфора
И в смерти не станет прозрачным, и эхо в колодце
Глубокого глаза до дна доберется нескоро --
Пустыня так трудно растила цветы для тебя,
Забыла, отвыкла, откуда и взять столько силы,
Стонала, когда по ступеням под сердцем носила
В сквозной звукоряд, где теперь только трубы трубят.
http://lj.rossia.org/users/aculeata/2050993.html