Он стоит у ворот, похотлив, как троянский конь,
И ему безразлично, двое нас или трое --
Слушай, девочка, пальцем красную кнопку тронь,
Санитары вынесут стеклышки с нашей кровью.

Из соседних палат, родовит, как церковная мышь,
Выезжает серьезный аптекарь на четвереньках,
Он пыхтит, как трамвай, он глядит, как Мальчиш-Кибальчиш,
От улыбки его растекаются лужи варенья,

И большая Москва развернулась в ненастный пейзаж,
В ней живут балерины с афиши и бульдозеристы,
И аптекарь, как женщина, розу кладет за корсаж,
Прижимает шипы к волосатой груди и мясистой.

Он на что-то согласен. Он руку кому-то дает,
И невидимый кто-то от счастья бледнеет и тает,
Ведь любовь -- это ярость огня, заключенная в лед --
Но не может сказать, и язык прилипает к гортани.

http://lj.rossia.org/users/aculeata/1347114.html