танец на битом стекле,
ноги проросшие вниз,
даже касанием боль,
только толчек в никуда.
хочешь, останемся здесь?
хочешь, поднимимся в высь?
хочешь, станем любить
эти, в осколках, тела?
ты замераешь как лед,
в каждом движении суть,
и не понять, не испить
этой безумной любви.
хочешь, и время замрет,
целью вошедшая в грудь,
и расцветет как надрез,
с краешками в крови.
LI 5.8.22