Однажды солнечным летним деньком

Женечка к морю решила пешком

Сбегать, чтобы в воде поплескаться,

Сил перед новым семестром набраться,

Чтобы загар получить шоколадный,

По дискотекам пройтись... Ну да ладно —

Много о чём наша Женя мечтала...

К маме своей Женечка подбежала:

«Мама, — кричит она, — благослови,

К морю, на отдых, меня отпусти!»

«Дочка! Ты что! Я одну не пущу!

Взяла б с собой Жорика или Фому,

Стасика или Эдмара с Суреном,

Ачика, Хачика с дядей Вазгеном —

Много ведь парубков гарных в округе,

Прямо сидят, так сказать, друг на друге».

 

«Мама! Ты что! Жорик ведь одноглазый!

Дядя Вазген — этот вечно «под газом»,

Ачик и Хачик — вообще отморозки,

Стасик с Эдмаром хромые немножко,

Сурен озабоченный сексуально —

Будет ко мне приставать аморально,

Да и Фома ему в этом поможет,

Так что уж лучше сама я...» — «О, Боже!

Женечка, дочка, а вдруг ты наткнёшься

На ваххабитов — живой не вернёшься!

Нет уж! Мы лучше поедем семьёй:

Я, папа, Саша — все вместе с тобой!»

 

Вещи собрали, залезли в машину,

Газу — до пола... По серпантину

Весело мчалась Женечка наша

С мамой и папой, да братиком Сашей.

 

Скорость 140 и ветер в лицо —

Мчится Евгения в хутор Сукко.

Только менты всё свистят да стреляют —

Скоростью им наслаждаться мешают,

Но не такая семья Фоминых,

Чтоб испугаться пулек шальных.

 

Вот подъезжают они к побережью,

Женечка молвит: «Простор­-то безбрежный!

Гарно-то как, красота — что тут скажешь:

Синее море и чистые пляжи...»

«Девушек много!» — «И пиво в продаже!» —

Саша и папа сказали синхронно.

«Много в округе кабин телефонных,

И магазинов тут целый набор», —

Включилась мама в разговор.

 

Вот перед ними бетонный забор,

Колючая проволока, грозный дозор

Стоит у ворот, обшитых железом,

 

За главного — дед с винтовкой-обрезом.

«День добрый, дедуля!» — «Здоров, чужестранцы!»

«Места у вас есть-то?» — «Ну да... Эй! Засранцы!

А ну-ка ворота откройте скорей!

Впускайте-ка внутрь наших гостей!»

 

«Засранцами» были два дюжих амбала...

Пока наша Женечка внутрь въезжала,

Качки исподлобья за ней наблюдали,

Недобро смеясь, что-то там обсуждали.

 

И вот поселили Евгению в доме:

Решётки на окнах, штыри на балконе.

Внизу, под балконом, охранники ходят

И с Женечки пламенных взоров не сводят —

Как видно, понравилась Женечка очень,

Вокруг неё вьются они днём и ночью.

 

Однажды отправилась Женя на пляж

(Решилась она на такой вот вояж),

За нею охрана — бойцов эдак двадцать —

Мол, тоже решили слегка искупаться.

 

Плывёт наша Женя по Чёрному морю,

Кругом — ни души. Красота — я не спорю.

Вот только в глубинах морских постоянно

Мелькает в гидрокостюмах охрана.

 

Наплавалась в волю — пора загорать,

Плывёт скорей Женя топчан занимать.

«А то ведь займёт все топчаны народ,

Придётся на камешках твёрдых пород

Лежать, а это противно мне очень!» —

Так думала Женя, плывя, что есть мочи.

 

На берег выходит и молвит: «Опа-а-а!

Топчаны свободны все! Что за дела?!»

И вдруг раздаётся охранника глас:

«О, милая Женечка, всё здесь для Вас!»

 

Взглянув в его сторону, Женя узрела:

Туристов толпа носом в землю смотрела:

«Руки за голову, мордою вниз!» —

Орал на них громко охранник-садист.

Женя кричит: «Отпустите людей!

Что же вы бьёте их, прям как зверей!

Изверги, варвары и кровопийцы!

Не нужно мне ваших топчанов, убийцы!»

 

И быстро собравшись, Женя пошла

Прямо в тот домик, в котором жила.

За нею бежали охранники стадом,

Крича: «О, принцесса, простите нас гадов!»

«О, Афродита! Молю: не сердитесь!

Ну хоть один разик для нас улыбнитесь!»

«Повэртэ, богыня, — людэй мы нэ билы!

Слэгка пошутылы!» — кричал грузин Гиви.

«О, роза, ну спрячь на минуту шипы!

Прости нас — навеки твои мы рабы!» —

Вопил Арчибальд, в трансе локти кусая.

«Зачэм ти, звэзда моя, злая такая?» —

Уже в сотый раз сей вопрос задавал

Сын Индостана Джавахарлал.

 

Но Женечка к крикам осталась глуха,

Зашла в свой домишко и спать прилегла.

Сказала родным: «Выспимся днём,

А ночью на танцы все вместе пойдём!»

 

Сгустилась ночь над морем Чёрным...

Вздохнула Женя облегчённо:

«Ах, как сейчас повеселюсь!

На дискотеке оттянусь!»

 

В Сукко дискотека была непростая,

Ну, можно сказать, очень даже крутая,

«Рабочая смена» звалась романтично.

«А что? Подойдёт для девчонок приличных!» —

Подумала Женечка наша, вошла

И под Рикки Мартина в пляску пошла.

 

Но как вы, наверно, уже догадались,

Охранники тоже на танцы подались.

«Туда же абреки сейчас набегут

И наше сокровище вмиг украдут!» —

Кричал Вольдемар, остальных подгоняя.

«Цэ ж гарна дивчина, а мы здесь зеваем!» —

Мыкола настроился по-боевому.

«С такым-то фыгуром украдут по-любому!» —

Гиви вопил; Хан Нгок Хунг вслед за ним:

«Нет! Женечку мы обижать не дадим!»

 

Тем временем, Женечка страстно плясала,

Из песен слова втихаря напевала:

«Убили негра, убили негра, убили...

Ни за что, ни про что... плохие люди замочили!»

 

И тут к ней подходит абрек Рамазан,

Известный в округе бандит, хулиган.

Хватает её он за белые руки:

«О, королева, с тобою разлуки

Не вынесет сердце джигита, поверь,

Открой мне любви своей тайную дверь,

Оставь в своём сердце тепло для меня,

Ведь мне без тебя не прожить даже дня!

Когда ты вошла в этот сумрачный зал,

Когда я впервые тебя увидал,

Я был поражён красотой твоих глаз,

Я взгляд не могу отвести и сейчас.

Ну хочешь — паду я тотчас на колени...

О, Женя, навеки я чар твоих пленник!

Так знай же, мой ангел, я твой навсегда!

Тебя не покину, что бы злая судьба

Ни сделала, чтоб разлучить нас с тобою...

О, Боже! Как смею я быть недоволен судьбою,

Ведь нас она вместе свела в этот миг —

Самый прекрасный из тысяч других!

О, солнце, прошу: выходи за меня,

Любить тебя буду до судного дня,

Всю жизнь проживём высоко мы в горах,

Всю жизнь проношу я тебя на руках,

Мы счастливы будем в ауле моём,

Мы много там радостных лет проживём,

И не падёт на любовь нашу тень, —

Прожив вместе жизнь, мы умрём в один день!»

 

А Женечка молвит: «О, Боже! Мы с Вами

Совсем не знакомы!» — «О, Женя, местами

Я чувствую, будто бы знал тебя вечно...»

«Но мы ведь общались весьма скоротечно!»

«Неважно! Я видел твой образ во снах...

Представить не мог даже в смелых мечтах,

Что этот «луч света» живёт наяву...

Ах, Женя, в аул я тебя увезу,

Как много счастливых мгновений нас ждут...»

«Но я же не знаю как Вас зовут!!!»

 

И тут, наконец-то влетела охрана:

«А, вот они! Быстро хватай Рамазана!»

«Дубинкой по почкам!» — «Рёбра ломать!

Нечего Женечку нашу хватать!»

 

Но вмиг все абреки встали стеной:

«Защытым Рамазана с новой жэной!»

«Но я никакая ему не жена!» —

Женя кричит. «Молчи, жэнщына!»

 

Нехилая драка тут началась:

Охрана, пытаясь по почкам попасть,

Дубинками стала абреков месить,

А те — за кинжалы: хотят кровь пролить.

 

Тут мама и папа Женю схватили

И быстро к машине её потащили,

А брат Александр движок заводил:

«Тикать надо быстро от этих громил!»

И покуда соперники битву вели,

Семья уж исчезла в дорожной пыли.

 

Вот так и закончился отдых у Жени:

Чуть замуж не вышла, зато впечатлений

Ей хватит теперь на весь этот год,

Кто знает — вдруг Жене опять повезёт,

И отдых в Сукко, может быть, повторится...

Для этого надо отлично учиться!