Вторник. Пыль. Ступени храма.
Лепта греется в руке.
Пот горит как амальгама
На измученном виске.

У сокровищницы тесно
Так, что лиц не обрести.
Боль в спине, и бесполезна
Эта денежка в горсти.

Но - иду. А муж-покойник
Сердце камнем долу гнёт.
Был бы хоть в кармане стольник
В этот мясокостный год.

Но в руке лишь полполушки,
Больше мне не наскрести.
Ах ты, двушка-погремушка,
В кружку пёрышком - лети!

Вечер. Тени. Нету денег.
Дети. Я с ума сойду.
Возле входа на ступенях
Он сидит. Встаю. Иду!