В Лавре дождь. Насквозь промокли: дети, непромокаемая коляска, подарки и даже благодать, которую мы пытались унести домой из обители преподобного юбиляра. На самом деле он родился в 1322-м, но разве жалко отпраздновать в этом году? Историки (ведающие датами и фактами) живут в минувшем, нынешнее им не подвластно. В сухом остатке - несколько историй от лаврской братии, имеющей непосредственный контакт с кровью и болью живых людей. Состоятельная пара собралась отдохнуть от столичного чада в свежем тропическом парадизе. Десятилетний наследник пошёл в отказ - что я там не видел, в этих ваших пхукетах?! Ладно, мальчик уже взрослый. Оставили дома. На неделю запас продуктов в холодильнике, живи - не хочу. Возвращаются - он лежит лицом в клавиатуре. Никаких признаков болезни или насильственной смерти. Просто не смог оторваться от интернета и дойти до холодильника. Умер от истощения. Вторая история давняя. Хотя шлейф тянется в сегодняшний день. И слёзы - сегодняшние. Некая барышня получила нагоняй от начальника. И взбешённая, два часа кипела в электричке, по пути домой. На платформе её встретил муж с маленькой дочкой. И с букетом цветов. Взбудораженная скандалом, который никак не прекращается в её душе, девушка, даже не глядя на букет, швырнула его под колёса отходящей электрички. - Ясно. - Тихо сказал муж. - Больше цветов не будет. Они прожили ещё десять лет. Ровной, безоблачной жизнью. Он действительно не принёс ей больше ни одного цветка. А потом умер. И теперь она непрерывно терзает себя. Секундная вспышка бешенства, направленная на чужого человека, исковеркала ей всю жизнь. А напоследок короткий штрих. Девушка вернулась из курортного турне, где была с семьёй сестры (у которой муж-священник и двое дошколят). Лаврский духовник спрашивает у неё: - Замуж пойдёшь? - После того, что увидела? Ни за что!