Люди стояли, ожидая своей участи. Равнодушно смотрели в зияющую пустоту и непреклонную тьму своего будущего. Сначала показались его глаза. Огромные желтые зрачки светящиеся ярко-белым светом. Казалось, было негде спрятаться от них. Они ловили собой всех и каждого, не давая делать ни единого шага в сторону. Все заворожено смотрели на этот святой свет, вырывающийся из бездны огромной норы.
Следом прошла легкая дрожь под ногами, и нарастающий тяжелый гул накрыл всех до единого. У кого-то заложило уши, но они сделали всего один шаг назад. А дальше кто с восторгом, а кто с неприкрытым ужасом смотрели на Него. Огромный синий змей высотой в два с половиной метра и длинной в несчитанное множество шагов мчался вперед, угрожающе свистя носом и предупреждая держаться лишних тварей подальше. Он накинулся на людей несколькими десятками пастей, а те, словно послушная отара овец, входила в нее, забыв обо всем, отдавая ему своё бесценное время жизни.
Это чудовище жило движением, весь смысл его существования сводился к двум понятиям: жрать и двигаться. Именно жрать, а не есть, потому что никак по-другому это нельзя было называть. Его пищеварительная система работала как часы. Через каждые три - четыре минуты он останавливался и ел, выбрасывая переваренные отходы наружу из тех же своих десятков ртов.
О, да! Это было самое настоящее чудовище. Не то, каких пишут в сказках: с десятью головами и хвостами, непомерной силой и огромным честолюбием, нет! Оно было реально, и именно этот факт наводил ужаса на всех, кто его видели. Его хотели победить, изничтожить, взорвать, четвертовать, разнести как идею в пух и прах, но оно было живо. Оно умело выживать всегда и везде. Для него не было разницы кто ты: бомж с Казанского вокзала или депутат Государственно Думы, оно знало одно: человек и его жизнь - пища.
Он вальяжно выполз из очередного своего родного туннеля, и где-то вали пролепетал женский голос: "Станция Речной Вокзал, конечная, просьба освободить вагоны. Поезд дальше не идет."

LI 5.09.15