03-01-15) Желание впечатлений - это один из очень распространенных видов омраченных состояний. Между тем это мало кто осознает, тем более что стремление к впечатлениям - это "узаконенный" способ времяпрепровождения, то есть в обществе этот вид занятий не только не осуждается, но и всячески приветствуется и культивируется и преподносится зачастую как наиболее прогрессивный, творческий способ жить. У нас есть очень много концепций, одобряющих и поддерживающих жизнь, направленную на поиск впечатлений.
Желание получения впечатлений так же определенно препятствует переживанию устремленности, безмятежности и т.д., как и любое другое механическое желание - этот вывод может легко сделать каждый, кто испытывает эти переживания и наблюдает за их течением. Тем несчастным, кто видит во впечатлениях смысл и соль жизни, остается лишь быть вечными искателями новых впечатлений и ощущений, изобретая все новые и новые способы их усилить и разнообразить. Не удивительно, что логическим завершением такого пути является метод использования наркотиков. Я думаю, что наркомания, так безнадежно стремительно развившаяся и развивающаяся в последние годы, имеет под собой именно эту культурологическую подоплёку - страсть к впечатлениям стала добродетелью, а наркотики безусловно дают эти впечатления, замыкая этот безвыходный круг зависимости от впечатлений.
Проявляясь поначалу в безобидных формах - воспроизведение впечатлений, фантазирование и т.п., жажда впечатлений на этом не останавливается, вовлекая нас в негативные и положительные эмоции, отношения, в желания, страсти и прочее - ведь всё это, включая самые крайние формы негативных эмоций - тоже впечатления. Мы ведь и мыслить, и делать что-то, и испытывать эмоции начинаем как игру, как поиск впечатлений. А затем эта игра делает нас самих своей игрушкой. Мы не можем переживать устремленность в чистом виде, но ухватываемся как за последнюю соломинку за первое же ее проявление, каковой и является жажда впечатлений, интерес. Реализовав эту жажду, мы видим, что нас влечет обратно, к источнику, и постепенно в результате своей практики мы отнимаем себя у своей игры.
Если говорить о препятствиях на пути к ясному сознанию, то в числе основных я бы назвал именно безусловно позитивное отношение к страсти к впечатлениям. Мы выросли на телепередачах "В мире животных", "Очевидное-невероятное" и др. Сейчас нам с телеэкранов просто молотками различных так называемых "ток-шоу" вбивается в голову концепция сверхценности псевдо-эрудированности. Началось это с восхищения знатоками из "Что где когда", но там хоть требовалась именно способность мыслить. Сейчас все свелось к телешоу вроде "Кто хочет стать миллионером" и подобных ему, где побеждает тот, кто просто является складом совершенно бессмысленной информации. А кто побеждает - тот и создает образ "героя нашего времени". А накопление информации - это также форма получения впечатлений.

06-04-03) Переживание блаженства расслаивается, как и другие рассмотренные нами переживания, на несколько потоков – на несколько разных переживаний. К ним относятся:
1) «Излучающая любовь». Это любовь-ни-к-кому-конкретно, любовь ненаправленная и безличная как в своей исходной точке, так и в своей направленности. Это даже не «я люблю» - это просто свет, идущий из ниоткуда в никуда, поэтому излучающая любовь бескорыстна в самом глубоком смысле этого слова, т.е. она свободна от непременного требования ответной любви или вообще чего угодно в ответ.
В этом переживании мы узнаем то чувство, которое испытывали ранее как «любовь к кому-то конкретному». Однако межличностная любовь - чувство расширяющееся. Чем менее она омрачена глупостями в виде ревности и т.п., тем стремительнее она начинает расширяться - она начинает захватывать все новых и новых женщин, и мужчин, и детей, и собак и кошек, и дерево и восход и ветер и море, и превращается в «излучающую любовь».
Процесс расширения может идти двумя путями:
а) возникает состояние, когда любишь кого-то любовью любимого человека - т.е. я люблю А, А любит меня и любит (в любой форме проявления любви) Б., и вот я начинаю чувствовать и переживать каким-то непостижимым образом любовь А к Б - я словно вливаюсь в некий канал, по которому струится любовь А к Б и переживаю это, при этом от меня к Б не идет ничего.
б) обратное - когда я люблю А, и Б любит А, то я могу ощущать, что я реализую свою любовь к А не только непосредственно, но и через любовь Б к А - в том только случае, если А тоже испытывает что-то к Б.
Расширяющаяся любовь неизбежно приходит к любви безусловной, из которой уже и вырастает излучающая любовь.

2) «Беспричинное счастье». Как сильно пренебрежение беспричинными явлениями, даже вот и пословица есть: "смех без причины - признак дурачины". А напрасно. Я бы именно на беспричинные явления советую обращать особое внимание.
Беспричинное счастье - часто ли мы его испытываем? А любовь - разве вообще является любовью то, что имеет причину? А если мы испытываем мгновения беспричинного счастья или беспричинной любви - то ценим ли мы их? Раньше, когда я испытывал прилив беспричинного счастья, я немедленно старался его прекратить - это чувство казалось мне каким-то несерьезным. Можно ли себе представить большую глупость, чем такая реакция? Если я испытываю довольство от того-то или того-то - то это нормально, это достойно серьезного человека, а вот чтобы испытывать счастье, да просто так... А может тут причина в том, что я инстинктивно старался избежать того, что нельзя ухватить? Что нельзя было повторить произвольно, по желанию, а стало быть - мне очень не хотелось быть заложником состояний, приходящих неизвестно каким образом, и видимо действовал принцип исключения - мол я лучше постараюсь добиться ощущения счастья каким-то понятным образом, чтобы потом приходить в это состояние сколько и когда захочу. Но одно другому не только не мешает, а совсем наоборот. Переживание беспричинного счастья безусловно способствует поиску и обнаружению путей, ведущих к нему, поскольку оно является потоком переживания Блаженства, а переживания "притягивают" не только друг друга, но и озаренные желания и мысли, которые и становятся проводниками.
В конце концов, я пришел к выводу, что именно беспричинное счастье и есть настоящее, а счастье, имеющее причину - скорее не счастье, а так, довольство, и нажимая на известную кнопку я очень быстро прихожу к пресыщению. Удивительное свойство беспричинного счастья - его неисчерпаемость и неприедаемость.

3) «Яркий Экстаз». Это такая форма блаженства, когда все твое существо полностью охвачено ей и нет никакой возможности для того, чтобы делать что-то еще. Кажется, что все твое существо сосредоточилось прямо сейчас в этой ослепительной вспышке, за пределами которой нет ничего.

06-03-14) По мере перехода качества безмятежности в качество Водопада Безмятежности, начинают проявляться составляющие его потоки.
1) «Твёрдая решимость». Обычно мы испытываем решимость от того, что в чем-то уверены, что имеем какую-то опору в виде ясной цели, или чего-то иного - определенного, имеющегося в наличии. Данная же решимость, проистекающая с Плато Безмятежности, не имеет никакого объекта, никакой опоры. Она просто есть и всё. Ты начинаешь чувствовать твёрдую решимость, и по привычке рассудок начинает искать - а, собственно, эта решимость - это решимость в чём? Или эта решимость - это решимость от чего? И так и эдак рассудок ищет - откуда же берется эта решимость? На чем основана? Ведь всегда она бралась откуда-то. Либо я чувствую себя сильнее остальных, и отсюда - решимость, или чувствую, что мне все безразлично, и отсюда - решимость. А здесь как ни копай - ничего нет. Твёрдая решимость без объекта, без опоры. Сама по себе. Поразительное переживание. Требуется время, чтобы научиться перестать совершать лихорадочные движения интеллекта в поисках опоры. Он ведь еще почему это делает - дело в том, что наша обычная бытовая уверенность, поскольку она основана на какой-то опоре, то она сразу начинает нуждается в постоянном памятовании об этой опоре, возникает озабоченность в поддержании этой опоры. Если я чувствую уверенность от того, что на этом шахматном турнире я играю сильнее всех, то для того, чтобы поддерживать в себе это приятное чувство уверенности, я должен постоянно возвращаться к осознанию своего превосходства и к контролю происходящего, чтобы не упустить чего-нибудь. Так и здесь - рассудок постоянно совершает спазматические попытки снова и снова нащупать это основание.
2) «Ощущение прибежища». Возникает удивительно теплое чувство особой доверчивости, защищенности, как будто ты вернулся не просто домой, а туда, где просто в принципе не может быть ничего тревожащего, угрожающего.
3) «Предвосхищение». Аналогично «твёрдой решимости», данное переживание безобъектно - это не предвосхищение чего-то. Это - просто предвосхищение. Квинтэссенция тех предвосхищений, которые мы испытывали ранее, и которые были направлены на что-то. Обычно это чувство у нас бывает связано с творческими состояниями - когда я чувствую, что вот-вот близко решение задачи, или когда я чувствую, что найду что-то интересное, увижу что-то необычное и т.п. Для того, чтобы это переживание предвосхищения у нас появлялось снова и снова, мы погружаемся в деятельность - мы создаем себе систему ценностей, и в рамках ее пытаемся получить чувство предвосхищения. Если я убедил себя в том, что это крайне почетно и важно - решить какую-то задачу, то в процессе ее решения я и начинаю испытывать чувство предвосхищения. Такое предвосхищение, конечно же - редкий гость, который надолго не задерживается и обрастает чудовищным количеством негативных эмоций. Переживание предвосхищения без опоры - это квинтэссенция этого чувства. Представьте себе - просто предвосхищение! Не нужно для него ничего - ты просто живешь в этом переживании, не будучи вынужденным постоянно что-то делать для этого. Рассудок, конечно, снова ищет какую-то опору. Он может назвать это предвосхищение "предвосхищением от новых переживаний, которые возникнут во мне". Но это неверно. Легко заметить, что даже в те периоды, когда новые переживания не возникают, то и тогда переживание предвосхищения точно также возникает и никак не отличается от того предвосхищения, которое возникало во время проявления чего-то нового. Эти переживания не зависят от условий.
4) «Серьёзность». Это - особая серьезность. Ты можешь шутить, смеяться, беситься, быть очень несерьезным, и при этом тебе будет присуща особая серьезность. Эта серьезность проистекает из соприкосновения с беспредельным, в то время как обычная серьезность возникает тогда, когда что-то имеет важность для человека в связи с его картиной мира. «Серьезность» как переживание даже препятствует тому, чтобы что-то полагалось важным, поскольку всякое переживание вне концепций.
5) «Здесь-и-сейчас». Мы начинаем особенно интенсивно, особенно ярко переживать настоящий миг, и он откликается целыми водопадами переживаний и осознаний. Это не мертвое настоящее, ограниченное "прошлым" и "будущим" - это какое-то удивительное настоящее, единственно существующее настоящее. Оно ничем не ограничено, из него сквозит беспредельность.
6) «Отрешенность». Это не означает, что ты теперь будешь ходить с такой физиономией, будто тебе все до лампочки. Но горячка предпочтений исчезает. Желания проявляться могут, но чем более озаренное то или иное желание, тем менее значим какой-то конкретный результат.
7) «Переживание вечной весны». Это переживание обладает силой и свежестью. Сила его поразительна. С одной стороны оно переживается как нечто безраздельно властвующее, тотальное, но с другой стороны, эта сила никуда не приложена. Нет никакого объекта, на который эта сила могла бы быть направлена, как мы привыкли это видеть в личной жизни. Это именно сила внутренне-присущая (имманентная), сила развития, это та сила, которая проявляется в нежных лепестках дерева, пробивающихся из почек. Странно называть это "силой", но это переживается именно как сила - как бесконечно могущественная сила, двигающая все живое своим чередом. Эта сила обладает первобытной свежестью.
Созерцание набухающих почек, распускающихся листьев, весенних ручьев и иных типично весенних картин способствует особенно яркому проявлению «переживания вечной весны».