Странник тут флешмоб задвинул.
Вернее, сперва один написал, потом другого тема торкнула, потом третью.
И я прочитала и подумала - хорошая тема для флешмоба.
Но я подумала и продолжила играть в игрушку.
А Странник взял да и объявил флешмоб!
Мне понравилось)))
Приму участие)))

Двенадцать лет - трудный возраст.
Особенно для родителей подростка.
Мои родители не были исключением.
Из девочки-припевочки я как-то вдруг стала дерзкой, грубой, лживой и противной.
Меня неудержимо тянуло на идиоцкие поступки, я прогуливала школу, врала на ровном месте, убегала из дома. Как вариант лайт с ребятами лазали по чердакам, крышам, деревьям, и никакие мамины напоминания о том, что я девочка, на меня не действовали.
Одноклассницам запрещали со мной общацца, да я и сама не рвалась - мне с ними было скучно.
В двенадцать лет я начала курить.
Ну как начала? Ребята курили и я с ними, типа.
А ведь дура.
Оставила сигареты в куртке.
Мама и нашла.
Платочек носовой положить в карман хотела.
А тут такое.
Она в ужасе сигареты выкинула и к папе.
Папа был в большом авторитете, пригласил меня в кабинет и буднично спросил:
- Какие куришь?
- Столичные! - с вызовом ответила я.
Он сходил за сигаретами и сказал:
- Пойдем, покурим?
В нашей семье кроме деда никто не курил, и я удивилась:
- Ты же не куришь?
- Ну пробовал когда-то. Я ведь и не пью. Но если надо - могу и спирт. Ты же знаешь. И с сигаретами так же. Мне просто не нравицца.
И мы уселись у него, причем я раздувалась от щщастья - никто не ругает, нравоучений не читает, сидим с папой и курим!!!
Мама от такого безобразия ушла в обморок в другую комнату.
Я докурила, папа говорит:
- А еще по одной?
Снова закурили.
Удовольствия мне само курение особо не доставляло, но с папой! Легально! Как большая!
А папа говорит:
- А чего ты не затягиваешься? Кто ж так курит?
- А как надо?
-А вот так. Папа вдохнул дым и сказал:
- Бабка - печку - не - топила - дым - не -шел - бабка - печку - затопила - дым - пошел.
При последних словах он выпустил из легких дым, который во время всей фразы про бабку действительно "не шел".
И дым пошел! Это было круто!
- Так что давай затягивайся. Курить- так курить.
На первых словах учебной фразы я жутко закашлялась, до слез.
Я ж и правда не умела курить.
Но папа подбодрил:
- Ничего-ничего. Решила курить? Учись.
Я снова попробовала, и у меня закружилась голова и замутило нереально.
- Я больше не могу! - проскулила я.
- Да ладно. Я же могу. Давай еще по одной.
Потом он вывел меня, зеленую, во двор - у нас был первый этаж с выходом в садик.
Меня тошнило, мне было не просто плохо - ужасно.
Но курить я больше не стала.
Смотреть не могла, только представляла, как бабка там хуевничала с печкой, сразу мутить начинало.
Такой вот метод.
Жестокий, но очень действенный.
И больше мы к теме курения не возвращались.
Никто не напоминал мне этот случай.
Курить я начала только в институте, на третьем курсе.
Хоть чему-то там научилась.
Кончно, можно было написать про что-то хорошее из децтства, про крылатые качели или про то, как мы с бабушкой собирали малину, например.
Но это и без меня напишут.
А я, как всегда, подкинула ложечку дегтя в щщисливые децкие воспоминания.
Характер такой.