Машечка написала, чтоб я не занимала четверг и сделала беляши.
Я уже не выясняю, куда и насколько мы едем, потому что это бесполезно.
Я просто складываю сумку с пляжно - туристскими делами, а там - как карта ляжет.
В этот раз карта легла на север, на самый северный север Израиля.
На место мы прибыли уже в полной тьме, часов в восемь вечера, пока Леха таскал вещи, а Машечка сноровисто ставила палатки и надувала матрасы, я избражала группу "Мы с Мухтаром на границе", держа на поводке Шуню.
Палаток на берегу было совсем мало, нам досталось шикарное место - огомное бунгало без стен, в смысле шесть столбов и крыша из пальмовых листьев, куда прекрасно встали палатки и стол стульями и мангалом, на котором Леха сразу стал жарить мясо: огромные куски мрамрной говядины размером с подошву 42 размера.
Таких строений на пляже было всего два, в другом поставили палатки еще две пары, одна с маленьким милым песиком, у которого наглая Шуня пИздила косточки.
Но, поскольку была чрезмерно сыта, закапывала их в песок на черный день.
На этот раз мы вняли советам друзей и поставили палатки подальше от моря, метрах в пятидесяти, к морю не мордой, а боком, и палатки застегнули, поэтому спать было почти не сыро.
Мы пировали, Шуня смотрела на нас очень голодными глазами, а мимо нас туда-сюда таскался мужик с тачкой, типа как из супермаркета.
Мы приехали - он уже ходил с этой повозкой, мы сидели пьянствовали - а он все ходил. Две его палатки - большая и маленькая- стояли почти у воды.
Мы гадали, в чем он привез все это добро, потому как наша машина была под завязку, а у него вещей было просто на большой автобус.
Катать тележку по песку - удовольствие то еще, но добил он нас не этим- под конец своих хождений он принес лыжи.
Нет, не водные - самые обычные беговые лыжи и палки.
Вот скажите мне: зачем в Израиле, а мае, на берегу Средиземного моря нужны лыжи?!
А мужик стал натирать их мазью, как положено, потом поставил домиком и одну лыжу привязал к палатке.
Мы тихо охуевали и гадали, че он будет с ними делать утром.
Забегая вперед скажу, что за ночь он их куда-то проебал, потому что, когда я шла с моря, его палатка была открыта, и в ней не было не только лыж, но и вообще никаких вещей.
Куда он все это девал?
Загадка.
Пока мы болтали за столом, ребята рассказали мне замечательную историю.
В прошлый раз, когда они ездили без меня, неподалеку от них расположилась лагерем компания арабов.
А музыка на пляжах там запрещена.
Но эти парни были уже все обдолбанные, они балдели под транс, причем обосновались они там конкретно - с огромными колонками, все честь по чести.
Один парень был в норме, сидел и клевал семечки.
Машка уже легла, а Лехина душа хотела другой, хорошей музыки.
Леха подошел к компании - те не обратили на него внимания, им было и так хорошо, поэтому Леха направился к тому, с семечками.
Леха ласково погладил его по голове и сказал, чтоб он сменил музыку на что-то хорошее.
Я представила себе эту картину, огромного пьяного Леху, гладящего по голове маленького араба, и захохотала.
Леха вернулся к себе, стал ждать хорошей музыки, но ее все не было, хотя и транса тоже.
Леха немного подождал и пошел обратно.
Но ребят как ветром сдуло - очевидно их очень впечатлил Лехин визит: за какие-то десять минут парни свернули свои колонки и прочие вещи, и их как будто не было.
Вот так славно мы сидели, слушали море, а луна на небе была огромная, желтая и абсолютно круглая.
И ее света было вполне достаточно, чтоб видеть весь берег, и волны, другие палатки.
Да, народ, вечер был замечательный, и мы прикидывали, как классно мы проведем следующий день, купаясь, загорая или валяясь в тени нашего пальмового навеса, а потом Машечка пообещала поездку в грот на границе с Ливаном, где, как она сказала, " одна баба убилась"
Ну не может Машечка без покойников.
Спать мы пошли ближе к двум ночи, а про другой день я расскажу в следующий раз, а то очень много букаф получицца, да и фотки Машунчик еще не подогнала.
Так что надолго не прощаюсь)))