Начну издалека.

В начале 90-х годов мы с моим тогдашним мужем занялись недвижимостью.

Делали мы это незатейливо. 

Покупали газету "Из рук в руки", практически единственную в своём роде, посадили у себя дома на телефоне мальчика Дениску, и он обзванивал объявления о продаже квартир, а потом сами эти же объявления выставляли в газете уже с другой ценой.

Когда нам звонили с пожеланием посмотреть квартиру, мы звонили реальным хозяевам и договаривались о просмотре. Везли клиентов, показывали квартиру, если устраивала, назначали сделку, нет - квартиру оставляли в своей базе. Периодически Дениска эту базу прозванивал на предмет обновления.

Однажды нам позвонила девушка, представилась Ольгой и сказала, что хочет посмотреть одну из квартир. Причём она  сказала, что эта квартира есть у неё в базе тоже, но она хочет, чтоб её заказчик об этом не знал. Потому что это её начальник, и он ей денег не заплатит. А нам, как людям посторонним, заплатит. А мы с ней поделимся.

Мы удивились, но согласились. И вот подобрали её по дороге, посмотрели на двух горилл, сопровождавших её к нашей машине, и поехали по адресу.

Тогда много евреев уезжало на ПМЖ  в Израиль, квартиры стоили недорого, и начальник нашей новой знакомой Ольги скупал их для сотрудников своей фирмы.

Мы с этой Ольгой держались церемонно-вежливо, никаких фамильярностей-панибратства, никакой ненормативной лексики, исключительно на Вы.

Приехали.

Типовая трёшка-распашонка.

Но хозяйка, Сара Соломоновна, усадила нас на диван и начала говорить.

Остановить её было невозможно, мы слушали про родственников, про отъезд, про прелести квартиры и про то, как дёшево, практически даром, она её продаёт. Мишка ждал нас в машине, и я сидела и думала, какой он злой, наверное, потому что так подолгу квартиры никто не смотрит.

А ему уже кофе пить пора.

Наконец поток красноречия прервался, мы вклинились в паузу, поднялись разом, ещё полчаса стоя слушали всё по второму кругу, долго откланивались, и я, охуевшая вконец, сказала: "До свиданья, Сара Моисеевна".

"Соломоновна"- поправила она меня.

Я заизвинялась, но, к слову сказать, упорно продолжала называть её каждый раз Моисеевной. Не знаю, почему. Ну вот перемкнуло меня! Помню, до последнего помню, как правильно, а говорю всё равно упорно Моисеевна. 

И вот вываливаемся мы полуживые из её квартиры, молча, не глядя друг на друга, вызываем лифт, заходим, синхронно приваливаемся спинами к стенкам лифта и хором говорим с чувством:

- Ёёёёёёб твою мать....

После чего начинаем истерически ржать, и вся показная интеллигентность слетает с нас в мгновение ока.

С этой минуты мы подружились с Ольгой, Майоршей, как я её называла, я уже писала о ней как-то.

И вот я продолжаю называть бедную женщину Моисеевной, и она уже даже откликаецца.

И вдруг в день сделки, в нотариальной конторе, прощаясь с ней, я говорю:

- До свиданья, Сара Соломоноана.

На что она мне отвечает:

- Оля, что с вами? Вы не заболели? Таки я уже привыкла, что я Моисеевна...

Вот такая история была 20 лет назад.

Но пути господни неисповедимы...

Сегодня Сюзи повезла меня знакомицца к бабуле, с которой я должна была работать..

Нет, я её не узнала.

Узнала она меня.

Она сказала:

-Как, деточка, это снова вы?! И вы снова будете звать меня Сара Моисеевна? ! Зовите-зовите, Моисей тоже был персона не абы какая!

Да я уже и привыкла, похоже!

А теперь угадайте, мальчики и девочки, что я  сказала, когда мы от неё вышли?

Угадали? Нет?

Ну тогда смотрите выше...