Вторая часть марлезонского балета(с)))) Ну букаф много, извиняйте...

 В первый же день Майка пригласила свою тётю Дусю и двух подруг, Ирку со Светкой, на шашлыки.

Ирка вегетарианка, поэтому ей шашлык делаецца из овощей.

Она вообще барышня нежная, томная, загадочная.

Блондинка. Голосок нежный.

У неё магазин зоотоваров – маленький совсем, но с хорошим ассортиментом.

Любит животных, и приютила у себя тощенького рыжего котика, который в магазине теперь лицо первой величины.

И в противовес ей – Светка – брюнетка, девушка решительная, употребляющая порой ненормативную лексику, с тяжёлой рукой. Голос низкий, как у шмеля.

Но тоже жалеет бродячих собак-кошек, возит им кастрюли каши перед работой – ну молодец, уважаю.

Тётя Дуся  женщина одинокая, с нелёгкой судьбой и непростым характером.

 Много лет провела в Воркуте, и говорит, что её воспитал Север.

 Ко мне относицца прекрасно, не знаю за что, особо близко мы не общались в прошлые приезды.

Но в этот приезд я наверстала упущенное…)))

За столом Майка сообщила, что мы с тётей Дусей едем 8-го на море.

Возражения не принимались.

У меня дома полно тряпочек именно для моря, но кто ж знал?

Хорошо, что я взяла с собой купальник – просто на всякий случай, патамушта никуда с Майкиного участка отлучацца не собиралась, и купальник мне там без надобности.

Но взяла. Майка забраковала моё парео – старое, мол, видавшее виды.

А его абажаю! Штапельное, в нежно голубой с синим гамме, как морская вода.

- Тебе какого цвета купить парео? – спросила Майка. Пансионат крутой, там люди солидные, а твоё вон уже с дырками.

Тоже мне, Куршавель.

Ну и что, что с дырками? Зато невесомое и натуральное. И кошкам на участке пофиг, есть на нём дырки или нет.

Я говорю:

-Вот в такой же гамме и купи. Голубовато-бирюзово-зелёной.

Майка купила оранжевое с фиолетовым, впрочем, очень красивое.

 И два пляжных платья.

Штоб я её там своим видом не позорила.

А тётя Дуся сказала, что у неё много купальников, она мне даст любой.

Ну классно.

Затем Майка купила т. Дусе ноутбук и попросила научить её пользовацца им. Интернет должны были подключать через неделю, а пока я стала учить её видеть на экране курсор, пользовацца мышью, закрывать и открывать окна.

Ей-богу, мне было её ужасно жалко.

Она терялась, ничего не понимала, мышь её не слушалась, но это не вызывало у меня раздражения.

Я очень сочувствовала бабульке, которую против её воли хотя научить пользовацца скайпом, почтой и тэдэ, а она и пишет-то не очень грамотно, а иностранные буквы – ваще тёмный лес. Тогда я стала учить её пасьянсу «Паук».

Она водила мышью, а я тыкала пальцем в нужные карты и поясняла, почему именно в эту карту надо ткнуть мышом, а не в другую.

Конечно, она нифига не понимала, но мы выигрывали, и каждый раз был фейерверк, и она радовалась, как ребёнок.

Она каждый день стала приезжать к Майке, и мы занимались по 5-6 часов с маленькими перерывами. Какой загар, господь с вами! Паук и ещё раз паук.

Т.Дуся была увлечена не на шутку. Она перестала открывать ноутбук по моей шпаргалке: «Нажать пальцем кнопку, загорицца лампочка, откроецца окно, нажмёшь внизу цветной мячик, потом «игры», потом «паук», щелкни два раза»

Вскоре моя ученица выучила этот квест наизусть, и довольно сносно орудовала мышью, хотя, когда пыталась класть пасьянс самостоятельно, хуёвничала страшно, и фейерверка не было. Тогда я садилась рядом, и всё получалось, и т. Дуся была щщаслива.

Ноутбук мы взяли с собой.

На море мы выехали рано утром, но всё равно пару раз попадали в пробки, а, когда приехали в «Жемчужину», оказалось, что работают только два корпуса, патамушта ремонт и перестройка, и все остальные корпуса поломаны, завешаны зелёными сетками, и полно техники, которая шумит, гремит и воняет.

Но мы пошли заселяцца, и тут случилось попадалово номер раз: мы с т. Дусей оказались в одном номере. А Майка ваще на другом этаже.

Попадалово номер два заключалось в двуспальной роскошной кровати на полномера.

Тут я встала в стойку, патамушта не люблю спать в одной койке с малознакомыми старушками.

Майка тоже слегка охуела, и разнесла всю администрацию, с требованием   распилить кровать на две   номера на две кровати, но их не оказалось, и мне прикатили шикарную раскладушку, которую я попросилаа установить на балконе.

Горничная посмотрела на меня дико, но я сказала, что спать на свежем воздухе – моя давнишняя мечта.

Смотреть на звёзды – ах, как романтично!

Затем т. Дуся выложила на кровать свои купальники – аж четыре штуки – и великодушно сказала мне:

-Выбирай любой!

Мамадорогая…

Когда я легкомыслина согласилась на аренду тётидусиного купальника, я думала, что пусть он будет немодный, пусть старенький, лишь бы что-то на смену моему, патамушта я не могу в мокром купальнике находицца вне воды ни минуты. Я наивно полагала, что это какой -нить эластичный раздельный купальник, можно затянуть, ушить, а, фигня!

Я так думала, пока не увидела то, что Дусёк выложил на покрывало…

Майка икнула и выскочила ржать в холл.

А я тупо разглядывала самопальные, Дусиными руками сшитые купальники образца одна тысяча пятьдесят девятого года, из какого-то мерзкого синтетического материала, с труселями в складочку у резинки, с бюстгальтером, доходившим практически до этих самых труселей, с широченными лямками, на бельевых пуговицах и накидных петлях. Некоторые были скомбинированы совсем из разных тканей, это был ужас, и заржать я не могла – т. Дуся смотрела на меня с доброй улыбкой и ждала, что я начну мерить все. Но я, сославшись на жару, отказалась это делать, взяла самый скромненький, убрала подальше в шкаф, и больше одного раза в день не купалась. Забегая вперёд, скажу, что в день отъзда вернула его Дусе, сказав, што бюстгалтер мне мал, а трусы велики.

Дусёк огорчилась:

-А чего ж сразу не сказала? Я с собой и нитки с иголкой взяла. Ушили б.

И затем с надеждой предложила:

-А хочешь – подарю?

Но я энергично отказалась, сказав, что в Москвеу меня полно купальников, а этот, прекрасный, и я его просто сфотаю.

Затем мы пошли обедать в ресторацию, и это было попадалово номер четыре:

Если бы я знала, что каждый раз, для того, чтоб поесть, надо пилить вверх 264 ступеньки, я б купила лапши «доширак», кипятильник, и заваривала лапшу эту себе в номере, чем трижды в день поднимацца на хуеву тучу ступенек над уровнем моря, хотя еда была очень вкусной и разнообразной, хлеб пекли сами, и сало было потрясающим.

Впрочем, до моря тоже надо было дойти – там тоже шло усовершенствование пляжа, и построили деревянные лестницы вокруг горы. Не, ступенек не так уж немного, штук 80, но крутых, блять, шопиздец!

Я, когда первый раз это увидела, да ещё не прийдя в себя от предидущих четырёх попадалов, озверела вконец, и хотела разинуть рот, и сказать, что я думаю по всем этим поводам, но посмотрела на кроткую Дусю, с скорбной складкой у губ, и устыдилась. Патаму как бабке 85 лет, и она так же, как я, должна преодолевать всю эту многоступенчатую хуйню, а она молчит.

Спокойно позагорать на пляже Майка нам не давала, хотя я обожаю валяцца на лежаке, с книжкой или плеером, а всякие подвижные увеселения при сорока градусах, типа игры в волейбол, не люблю. Хорошо хоть, она не требовала, чтоб мы вставали вместе с ней в 6 утра. Сама Майка именно так и делала.

 Потом рассказывала:

- Я погуляла по берегу. А там кемпинг, слышь? Я прошлась между палатками.

 Рано, 6 утра, все спят, вещи раскиданы.

Тихо так, спокойно…

Думаю: вот как щас бы заорать!..

Не спрашивая нашего согласия, она оплачивала катамаран, и волокла нас в открытое море, приговаривая:

-Отдых должен быть активным!

На бедную Дусю надели спасжилет, который очень подходил к её панамке, и она покорно сидела на пассажирском месте, пока мы Майкой крутили педали.

После ступенек и катамарана мне хотелось, чтоб меня пристрелили, но на следующий день всё повторялось. Вечером я вырубалась на своём подзвёздным ложе часов в 10, а Дусёк увлечённо раскладывал паука. Один раз она меня, правда, разбудила в час ночи, показать, что надо сделать, а то у неё не получаецца.

Я была кротка, и, умиляясь на саму себя, показала, што бабке надо сделать, и рухнула снова. Я засыпала – и видела её за компом. Просыпалась – она уже там сидела. Но каково же было её ликованье, когда у неё лично, без подсказок и помощи, «получился фейерверк"!

А как я была горда за ученицу – не передать словами.)))

Вернувшись в Гулькевичи, мы поехали к Дуську, чтоб проследить за тем, как мастер проведёт Интернет, и потом я учила её общацца в скайпе.

Она одарила меня кучей вязаных носков, варежек и фартуков.

Я благодарила, но, прости меня, господи, оставила всё это щщастье Ларисе, которая следит за домом. Они ей нужней, а у меня бы заняли всё место в рюкзаке.

Потом Майка улетела в Москву, а я уехала через день. В аэропорт меня вёз Майкин знакомый Серёжа.  

 У него хорошая иномарка, с кондиционером, а Майке не переносит Кубанской жары.

Серёга мощный и спокойный, у меня он сразу вызвал чувство надёжности: крепкий, борцовская шея, боксом занимался, спарцмен такой, не пьёт-не курит, невозмутимый, с хорошим юмором.

И кошек любит.

 У него их три: Мазда, Хонда и Масяня.

Мы договорились, что на вокзал повезёт меня он.

Болтали по дороге, я знала, что он ездил с семьёй на море, отмечал годовщину свадьбы.

  -Ну, как съездил? - спрашиваю.

-Хорошо! Даже подрался! Такой хмырь, слышь, прям к воде подъехал, и машину моет. Ему батя сказал, штоб отъехал, он его послал. Я подошёл – ну меня возмутило, пацан, лет тридцать, а бате 73.

 А он его послал.

Ну, я и дал ему пару раз.

Он вскочил, в телефон пальцами тыкает – типа, подмогу вызывает.

 И мне орёт:

-Всё, мужик, ты попал!

-Знаю, - говорю, што попал. Два раза. Хочешь, ещё попаду?

Тут я стала ржать, как гиена.

Ну крутой чувак…

Щисливая его жена.

Вот уж за ним точно – как за каменной стеной.

А потом он посадил меня в купе, и мы распрощались, довольные друг другом.

А в Москве меня встречала сестрица с машиной, и доставила в лучшем виде по месту прописку.

Как же дома хорошо…

Боже мой. Как же хорошо дома…

Серпантин.

Этим козлам и в 40 градусов водку пить не западло.

...и увидели море...

Синее-синее..

а утром - в золотистых бликах...

...а такое - на закате...

А вот и моя героиня, Кибердуся)))

Просто морской волк!)))

А вот тот чудовищный аксессуар, который я не решилась надеть даже в этой дыре))))

Ну и Иришка со Светой, о которых я начала рассказ. В жизни они много лучше)))