Фрагмент из книги Чогьял Намкай Норбу,
/www.theosophy.ru/lib/yoga-sna.htm
В то время однажды ночью мне приснился такой

В этом сновидении присутствовали дядя Кьентрул Ринпоче и его ученики: йог Кунсанг Рангдрол42, тогдэн Чампа Тендар и я. Учитель вместе с нами поднимался по склону, поросшему густым лесом, в котором было много разных деревьев. Вскоре мы вышли к дому; который смотрел на восток и был украшен узорами. Прямо перед нами был его главный вход, красивый, как сияющая радуга.

В это время дядя Кьентрул Ринпоче сказал нам: "В этом большом доме, на верхнем этаже, живет Кункьен Лонгчен Рабчжампа, давайте навестим его". Следом за Ринпоче мы подошли к двери. Потом медленно вошли в дом. По обе стороны лестницы и веранды мы увидели полуобнаженных девушек, одетых в шелка, драгоценности и украшения из кости. По выражению их лиц было видно, что они опьянены страстью. У одних распущенные волосы были ярко-рыжие, а у других — иссиня-черные. Девушки прогуливались в разных направлениях. Увидев нас, они выказали радость и почтение. Соединив большие и указательные пальцы, они сложили ладони и показали мудру, в которой средние пальцы соприкасаются, а безымянные и мизинцы разведены. Дядя Кьентрул Ринпоче ответил им мудрой, в которой большие и указательные пальцы соединены, образуя кольцо, а средние, безымянные и мизинцы разведены в стороны, словно летящая птичка.

Пока я думал, не спросить ли дядю Кьентрула Ринпоче, каково значение этих мудр, мы подошли к двери нижнего этажа. Там оказался великолепный зал для приемов, замечательно убранный разными украшениями. В середине зала, на высоте примерно с локоть, находился красный треугольный алтарь. На нем стоял зеленый алтарь в форме полумесяца — его резное отверстие было обращено к двери, а на нем — белый круглый алтарь. Каждый следующий алтарь был меньше предыдущего. На них было множество видов мяса, в том числе и человеческого, а также огромный выбор разнообразной еды. В центре всего этого возвышалось великолепное подношение-торма, тоже обращенное к двери.

Вокруг алтаря, на треугольных трехъярусных возвышениях, располагавшихся чуть ниже первого уровня алтаря, восседало множество йогов и йогинь в страстных объятьях; их облик выдавал их как тибетское, так и индийское происхождение. Они пели мелодию А ХО МАХА СУКХА ХО43.

Увидев этих йогов и йогинь, я настолько смутился, что не смог рассмотреть их подробно. Мне казалось, что от смущения у меня даже волоски на теле встали дыбом.

Мы, учитель и ученики, вошли в зал и, обойдя собрание йогов с правой стороны, медленно пошли дальше. Вдруг дядя Кьентрул Ринпоче запел невыразимо прекрасную мелодию, которую я никогда прежде не слышал. Он пел свою ваджрную песню КОЛ ЛА И РЕ ТИ АМ БХО ЛА, словно возглавляя хор собравшихся, и на ходу выполнял руками движения танца.