• Авторизация


Эмиль Январев 22-10-2007 08:40 к комментариям - к полной версии - понравилось!


Вроде ты еще летишь

Чуть не возле, чуть не рядом,

Но не так уже глядишь-

Холодишь скучливым взглядом.

Пришепетыванья все,

Нестреноженные шашни-

Это, милая, уже,

Как не тщись, а день вчерашний.

Заперты и пыл и боль

В сундучок былых сокровищ.

Как не сложно скрыть любовь!

Нелюбовь никак не скроешь.

вверх^ к полной версии понравилось! в evernote
Комментарии (3):
Glory-7 23-10-2007-20:06 удалить
Нашел в сети,Паша!) Как я не стала поэтом Олэна Медведева Памяти известного николаевского поэта, члена Союза писателей Украины, почетного гражданина г. Николаева, лауреата премии им. Н.Ушакова Эмиля Январёва. К нам, в школу, приехали поэты! Известный Поэт и его Ученик, совсем молодой человек с красивой бородкой. Поэту было чуть за сорок, но морозная седина, уже тогда покрывавшая всю голову делала его в наших глазах глубоким стариком. Ученик был действительно молод, да ещё и красив. Даже небольшая, пижонская бородка не добавляла ему возраста. Все наши девчонки сразу же в него влюбились. Стихи, беседы о поэзии и та тишина в зале, которая бывает только тогда, когда аудитория заворожена происходящим. Тишина, объединяющая говорящих и слушающих. В какой-то момент Поэт обратился к залу: - Может кто-нибудь из вас тоже пишет стихи и готов прочитать нам что-нибудь? Все обернулись ко мне. Я была школьным поэтом и, конечно же, имея такой титул, должна была выйти и что-нибудь прочесть. Шел сентябрь 1973 года, переворот в Чили – это было событие номер один и, конечно же, у меня про это было: Крупные буквы газеты: События в Чили. Эти три с лишним года Люди по-новому жили. Крупные буквы газеты: Сальвадор Альенде убит! Узнав об этом событии Митингов гнев кипит. Поэт слушал меня в своей излюбленной позе – слегка наклонив голову и подперев подбородок рукой. Я замолчала и, затаив дыхание, ждала приговора. Несколько секунд и я вдруг поняла, что стихи плохие, что надо было другие читать, но и другие – тоже плохие…Я готова была провалиться сквозь землю! - Обычно в вашем юном возрасте пишут длинные стихи про любовь. А вы…- он помолчал, подбирая слова, и спросил: - Вы, наверное, любите Маяковского? Я была удивлена его прозорливостью. - Люблю, Маяковский – мой любимый поэт, - сказала я и это было абсолютной правдой. - «Ах, закройте, закройте глаза газет!» - продекламировал Поэт и продолжил - Очень похоже? – то ли похвалив, то ли уличив в плагиате, добавил - Хорошо, что у вас такое короткое стихотворение. Он ещё что-то рассказывал о литературе вообще и о поэзии в частности, пригласил всех нас к себе на «Литобъединение». С той минуты для меня всё было решено. Я БОЛЬШЕ НИКОГДА НЕ БУДУ ПИСАТЬ СТИХИ. Так я не стала поэтом. Правда, это не помешало мне продолжать любить поэзию вообще и поэзию Поэта, Эмиля Январёва, в частности. Я никогда раньше не читала стихотворение Маяковского «Мама и убитый немцами вечер». А из своих стихов в памяти остался только этот, мой неудачный дебют. [507x699]
Glory-7 23-10-2007-20:35 удалить
Последний урок поэта Ушла целая литературная школа, где николаевец Эмиль Январев был не только учителем, но и учеником Дмитро КРЕМИНЬ, лауреат Национальной премии Украины имени Т. Г. Шевченко Умер Эмиль Январев - прекрасный поэт, энциклопедист, один из немногих аристократов духа. Ушла целая литературная школа, где Эмиль Израилевич был не только учителем, но и учеником. - Poёta - semper tira, - любил он повторять, листая к очередному выпуску популярной своей телевизионной передачи "Поле зрения" томик стихотворений Катулла, древнеримского поэта. Но Валериус Катулл был не единственным любимцем утонченного выпускника литературного института имени Горького в Москве и пединститута имени Белинского в Николаеве. Как это ему удавалось - Бог весть, но учился николаевский парнишка в двух вузах сразу. Пединститут окончил в 1952-м, литинститут - в 1953-м. И, к тому же, только Эмиль учился в классе знаменитого автора "Гренады" и "Каховки" Михаила Светлова, о чем написал в пронизанных светом любви к мастеру поэтических строках. А ведь он учился с будущей звездной плеядой поэтов-шестидесятников, знал юных, моложе его, Евгения Евтушенко, исключенного из литинститута, знал его первую любовь Бэллу Ахмадулину, дружил с Робертом Рождественским. О поэтах-земляках, записных к тому времени москвичах, уж и не говорю. Впрочем, избирательным учеником у великих поэтов был Эмиль. Учился номинально, скажем, у Светлова, а многое почерпнул у сурового мастера, прошедшего войну политруком, Бориса Слуцкого. Не зря, как мне кажется, и первую книгу, вышедшую именно в Москве, да еще в "Советском писателе", в 1967 году, 36-летний автор назвал - "Переправа". Кто помнит бессмертные строчки из "Василия Теркина" Александра Твардовского, подумает о них. Но нет, Эмилю были дороже стихи Б. Слуцкого о том, как тонут лошади на разбомбленной переправе. Я это знаю с его слов. Дитя военного лихолетья, годы, когда в городе Николаеве хозяйничали немецкие оккупанты, мальчик провел в эвакуации. После войны видел, как вешали фашистов. У него, у Январева, есть такой цикл неизданной прозы, опубликованной только в прессе, под названием "Дети Победы". Там есть и об этом - о казни офицеров проигравшей войну армии. Тех, кто лютовал и в его родном городе. Война была вечной болью мальчика, спасшегося в эвакуации, в Средней Азии: вряд ли оберштурмфюрер СС, офицер СД Роллинг пропустил бы в "черных списках" еврейского мальчика. Памяти своих сверстников - героев-подпольщиков, связных легендарного "Кена", Корнева-Лягина, Шуры Кобера и Вити Хоменко посвящена пьеса "Это было в Николаеве", которую Эмиль Январев написал в соавторстве с Михаилом Владимовым, впоследствии ярким поэтом-сатириком. У талантливого, бесконечно доброжелательного мудрого Эмиля было очень много друзей, поклонников и поклонниц. Легендой стала и любовь Эмиля к Людмиле, второй - и единственной в жизни поэта. Вспоминаю фото, где они - Эмиль и Люда - такие лучезарно молодые, в Коктебеле или в Юрмале... Господи, как же не верилось тогда в печальный конец… А все-таки поэты живут и после смерти. Думаю, потянутся немолодые, но и юные николаевцы к томикам стихов известного, коренного своего поэта. Я сам перечитаю книги Эмиля Январева, все, что смерть поэта придает совершенно иное звучание стихам, и это уже навсегда. Все книги учителя и друга у меня с автографами автора, к тому же, стихотворными посвящениями, - нет, нет и нет забытью, Эмиль, Эмиль Израилевич… Достаньте их с полки, стихотворные сборники Э. Январева - от "Переправы" до избранного "Ольвийский причал", последних сборников "Документ" и "Стихи мои младше меня", отмеченных престижной всеукраинской премией имени Н. Н. Ушакова. Вслушайтесь в голос Поэта, растворившийся в шелесте платанов, пенье птиц, шуме прибоя. Урок Эмиля Январева в том и состоит, что поэзия жива во время урок. И слово человеческое - в поэзии обретает свое бессмертье. Прочитайте их. Прости и прощай, Мастер… Злоба дня Вы спросили у меня, Пацаны десятой школы, Что такое злоба дня… Это - рощи, это - долы И под солнцем зеленя. Все, что утешает нас В этой жизни торопливой, Трепет губ, сиянье глаз, Блеск аллеи тополиной, Друга искренний рассказ. * * * Увидев над тобою ореол, Которого не видели другие, Я за тобою в сумерках побрел, Как будто свыше трубы протрубили. Я протянул тебе свою ладонь, И ты смогла под молодой луною хлеб преломить, принять мою любовь, родить мне дочь и жизнь пройти со мною! * * * Задор стариковский, ей-богу, - брехня! С годами приходит смиренье. И все же стихи мои младше меня, Наивней, смелее. В них страсти Еще кипяточком кипят, Как раньше, крамольны вопросы. Они безоглядны с макушки до пят И - темноволосы!
По отношению к литературе: Так и я не могу сказать "хорошо", если вижу, что это плохо.


Комментарии (3): вверх^

Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.

Дневник Эмиль Январев | большой_генри - Воспоминания Большого Генри | Лента друзей большой_генри / Полная версия Добавить в друзья Страницы: раньше»