Как я умирала

Пошла с утра пописать. Поворачиваюсь воду спустить, а там… все красное. Кровь. И так много. Ну все. Если столько крови выходит, значит мне пришел полный трындец. Врачи бесполезны. Жить мне осталось максимум неделя.



А как же родители? А Антоша? – он ко мне так привязался, что с ним будет. Сижу у себя в комнате, плачу.



Минут через 20 взяла себя в руки. Решила, что надо в первую очередь написать завещание. Вытерла слезы, села писать: а что мне завещать? Квартиру - Машке, Рубенса - Антону, золото-серебро девчонкам на память… Опять заревела: кольцо с изумрудиком стало жалко Алке отдавать, да и кулон с сапфиром. Решила, что когда умру все возьму с собой, а девчонкам оставлю книжки (их мне было не жалко), ну если только полное собрание сочинений Анны и Сержа Галлонов не отдам (тоже решила взять с собой).



Продолжая реветь, завещала все свои вещи красному кресту, кроме мехового пиджака (Там же наверное холодно), пары Джинс (они совсем новые – все пару раз одела) и новых офигенных розовых босоножек (почти не носила). Продумала макияж, цвет ногтей, прическу.



И вот ведь, что странно: я же никогда не чувствовала себя плохо. Как же так могло случиться, что это за болезнь такая? И тут вдруг как молния: МЕНЯ МАМА ВЧЕРА НА НОЧЬ СВЕКЛОЙ НАКОРМИЛА! ЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁЁ



Порвала завещание на фиг. Мне самой еще все это пригодится



И свеклу я больше не ем…