Она сидела за столом и рисовала цветными карандашами кошек... Рыжих, серых, белых, черных... Полосатых и пятнистых... Кошек самой неведомой окраски... Кошек всех цветов радуги... Цветные животные еле умещались на альбомный лист... Сворачивались клубком, поднимали трубой хвосты, выгибали спины, вытягивали шеи и лапы... Они были похожи друг на друга и в то же время такие разные...Всех их: и кошек, и ее объединяло одно - одна мечта, одна надежда... В ее больших синих глазах, и в сотне оранжевых, зеленых и голубых глазах кошек жила эта мечта... Она мечтала... Мечтала вместе с сотней нарисованных кошек... Мечтала в своем собственном, только ей подвластном, мире... Мечтала о лете, о солнце, о небе, о море... Мечтала о таких обычных, казалось, вещах... Но эти мечты давали надежду на жизнь... Она жила этой надеждой... В мечтах уквидеть настоящие, а не нарисованное цветными карандашами на альбомном листе, море, небо, облака, солнце, чаек... Сколько раз она рисовала это... День ото дня... А сегодня с альбомного листа ей улыбались кошки... А она улыбалась им... Словно говорила с ними... Она смеялась и плакала.. И кошки качали в такт разноцветными головами... Срывались с альбомного листа и отпечатывались в ее памяти... Заползали в ее душу... А она поила их молоком с медом, укрывала лоскутным одеялом и растила в своей душе...Кошки жили в ней... Своенравные, свободолюбивые... А она заботилась о них... И всегда приносила им молоко и мед... Сладко-горький вкус... И горячее молоко обжигает губы... Она любила своих кошек... А те питались ее мечтами, ее надеждами... Им уже было мало места на альбомном листе, мало места внутри ее... И они вновь рвались наружу... Царапали ее сердце, скребли по душе.... И каждый раз, просыпаясь, она чувствовала во рту вкус их шерсть... Вкус молока и меда, которыми она так старательно вскармливала их... А кошки все стремились наружу... И каждый раз становилось все больнее... Иллюзорный, нарисованный на альбомном листе мир, поглотил ее... И теперь ее же мечты, ее же кошки сдавливали ее сердце... Она плакала... Но по-прежнему сидела за столом, среди обломанных цветных карандашей и рисовала бурю...