• Авторизация


19 ноября родились... 19-11-2026 04:20 к комментариям - к полной версии - понравилось!


Dilthey1-4 (481x700, 167Kb)
1833
Вильгельм Дильтей (Wilhelm Dilthey)
немецкий философ и историк культуры. Дильтея, наряду с Ницше, считают родоначальником так называемой «философии жизни», а также, наряду с Шлейермахером, – герменевтики. Родился в коммуне Бибрих, близ Висбадена. Сын пастора реформатской церкви. Изучал теологию в Гейдельбергском, затем в Берлинском университете. Получил степень доктора в Берлинском университете в 1864, в 1866 стал профессором философии Базельского университета. В дальнейшем был профессором университетов Киля (1868) и Бреслау (ныне Вроцлав) (1871), а также Берлинского университета, где преподавал с 1882. Вклад, внесенный Дильтеем в философию вообще и в теорию познания, в частности, был оценен по достоинству уже после его смерти. Отчасти это случилось из-за старомодной терминологии – вместо терминов «культура» и «науки о культуре» (гуманитарные науки) Дильтей пользовался терминами «дух» и «науки о духе», что сразу же помещало его в традицию классического немецкого идеализма (Фихте, Гегель) и романтизма (Фр.Шлегель, Новалис). Таким образом, несмотря на то, что Дильтей, по сути, разрабатывал ту же проблематику, что занимала «философию культуры» конца 19 – начала 20 вв. (Г.Риккерт, В.Виндельбанд, О.Шпенглер), Дильтей долгое время не был включен в ее контекст. Между тем для дильтеевского подхода характерен ряд моментов, выгодно отличающих его от концепции культуры, предложенной неокантианством. Во-первых, проблематику специфики историко-гуманитарного знания Дильтей, в противоположность Виндельбанду и Риккерту, не сводит к методологическим вопросам. Для Риккерта различение между «науками о культуре» и «науками о природе» обусловлено теоретико-познавательными причинами, а именно особенностями «образования понятий» в различных видах познания – историческом, с одной стороны, и естественнонаучном, с другой. Если естественные науки оперируют ценностно ненагруженными и «генерализирующими», т.е. обобщающими, отвлекающимися от индивидуальности, методами, то историческое познание является (1) ценностным, (2) «индивидуализирующим». Отличие сферы «природы» от сферы «истории» носит, согласно Риккерту, исключительно формальный характер: они познаются по-разному не в силу их онтологических свойств, а в силу того, что при их познании применяются разные логические средства. Очень похожее различение вводит Виндельбанд. У него оно предстает в виде дихотомии «номотетических» и «идиографических» методов. Номотетический метод естествознания направлен на выявление закономерностей, тогда как идиографический метод исторического познания описывает индивидуальность, уникальную неповторимость явлений. У Дильтея же различие двух типов познания носит предметный характер: ученому-гуманитарию предстает в известной мере другая действительность, нежели та, с которой имеет дело представитель естественных наук. Во-вторых, содержание гуманитарного познания («наук о духе») далеко не сводится к исторической науке. Если для неокантианства «наука о культуре», по сути, тождественна истории как науке (обсуждение вопроса о теоретико-познавательном статусе «науки о культуре» у Риккерта совпадет с обсуждением критериев научности истории), то Дильтей рассматривает гуманитарное познание в качестве высоко дифференцированной целостности. К области «наук о духе» относятся, наряду с историей, филология, искусствознание, религиоведение и т.д. В-третьих, в том, что касается собственно методологического аспекта затронутой проблемы, Дильтей, опять-таки в противовес неокантианству, не редуцирует метод гуманитарного познания к «индивидуализирующим» процедурам историографии: наряду с «историческими», он выделяет «системно-теоретические» и «культурно-практические» методы гуманитарных наук. Наконец, в-четвертых, место познания культурно-исторического мира в неокантианстве определено рамками «философии ценностей»; культура предстает в результате как застывшая система, как неподвижный мир ценностей. Предлагаемая Дильтеем категория «жизнь» (и, соответственно, «философия жизни») обещает послужить гораздо более адекватным средством теоретического схватывания реальности культуры в ее динамике и изменчивости. Это продемонстрировал своим творчеством Георг Зиммель, многие положения теории культуры которого представляют собой развитие положений Дильтея. Свой философский проект Дильтей прямо увязывает с Кантом. Если последний выступил в свое время с «Критикой чистого (т.е. теоретического) разума», то Дильтей предлагает «Критику исторического разума». Если для кантовской «Критики» главным был вопрос, как возможна метафизика, то для Дильтея – как возможна история. «История» при этом понимается в вышеприведенном смысле, т.е. не в качестве описательной дисциплины, историографии, а в качестве науки об изменчивом мире человеческих творений (о мире «духа»). Рассматривая сферу духа как сферу объективаций человеческой жизни, Дильтей постепенно сближается с Гегелем, чье понятие «объективного духа» он использует в своих поздних работах. Науки о духе, систему которых намеревался построить Дильтей, суть, строго говоря, не только науки о культуре, а общественные, социальные науки в современном смысле слова. Объект «духовно-исторического познания» – не просто «культура», а «общественно-историческая действительность» как таковая. Поэтому в состав «наук о духе» входят, наряду с привычными гуманитарными дисциплинами, также теория хозяйства и учение о государстве. Система знания об общественно-исторической действительности включает в себя, согласно Дильтею, две группы наук – «науки о системах культуры» и «науки о внешней организации общества». Ставя вопрос о теоретико-познавательном статусе исторического познания, Дильтей попадает в самый центр дебатов вокруг т.н. «проблемы историзма». Во второй половине 19 в. слово «историзм» ассоциируется преимущественно с «исторической школой» (Савиньи в теории права, Ранке и Дройзен в историографии) и со связанным с нею противостоянием спекулятивной философии истории гегелевского типа. Главная забота историка – конкретная жизнь конкретных сообществ, говорят приверженцы «историзма». Вместе с тем перемещение внимания на «событийность» (т.е. изменчивость, преходящесть исторической реальности) имело своим результатом упразднение традиционного вопрошания о смысле истории. Вот почему приверженность историзму к началу 20 в. все чаще начинает означать приверженность историческому позитивизму. Содержание поиска Дильтея в этой связи можно сформулировать как попытку обнаружения индивидуальности без впадения в релятивизм. Отказ от подчинения реальной истории развитию «понятия» (как то имело место у Гегеля) есть отказ от «метафизики» истории, – но не ценой позитивистской отмены смыслового измерения исторического мира. Исключительно важную роль в развиваемой Дильтеем теории познания играет понятие «взаимосвязь», или «целокупность». Оно имеет не только гносеологический и методологический, но и онтологический аспект, обозначая как взаимосвязь знания, так и взаимосвязь действительности. Намереваясь преодолеть восходящий к Декарту субъект-объектный дуализм, Дильтей усматривает исток этого дуализма в искусственном расщеплении данности мира на «внутреннее» и «внешнее». Между тем такое расщепление не существует изначально, а является результатом интеллектуального конструирования. Если картезианская модель познания исходит из абстракции чистого мышления, то Дильтей делает своей отправной точкой «переживание». Именно в переживании познающему открывается живая, а не логически препарированная реальность. Конкретизируя это положение, Дильтей вводит понятие «жизнь». Жизнь есть одновременно и предмет познания, и его исходный пункт. Поскольку познающий, будучи живым существом, с самого начала является частью жизни как целого, его доступ к «духовно-исторической» реальности облегчен в сравнении с доступом к природному миру. Духовно-историческая реальность дана ему непосредственно. Имя этой непосредственности – «понимание». Формулируя эту мысль, Дильтей выдвигает свой знаменитый тезис: «природу мы объясняем, духовную жизнь мы понимаем». Заостряя противоположность понимания как интуитивного постижения реальности объяснению как дискурсивно-логической процедуре, Дильтей дает повод считать себя сторонником субъективизма. Но это противоречит основной цели его философии – дать методологическое обоснование историко-гуманитарного познания, что предполагает построение последнего на общезначимом, а не на субъективно-психологическом, основании. Это противоречие Дильтею не удалось полностью снять. Отвечая на критику Риккерта (а позже – на критику Гуссерля), философ вносит коррективы в свою гносеологическую концепцию. Он подчеркивает нетождественность «понимания» и «переживания», говорит о постоянном «взаимодействии живого опыта и понятия» в социально-гуманитарном познании (о роли процедуры анализа и абстрагирования речь шла уже в первом крупном труде Дильтея Введение в науки о духе (1883). Вместе с тем акт понимания остается для него прежде всего интуитивным схватыванием («во всяком понимании есть нечто иррациональное»). Дильтей постоянно указывает, что историко-гуманитарное познание имеет дело со сферой объективации, и трактует понимание как репродукцию, воспроизведение запечатленных в произведениях культуры «жизнеобнаружений» (объективаций жизни), но в то же время настойчиво утверждает приоритет психологии в системе социально-гуманитарного знания. Дильтей, как верно указал Гуссерль, так и не преодолел психологизма – редукции смысловых связей к психическим связям. Однако ряд оставленных Дильтеем набросков, а также отдельные фрагменты при жизни опубликованных сочинений, свидетельствует, что он отдавал себе отчет в порочности психологизма и искал выхода из обусловленного психологизмом методологического тупика. Обращение к феномену понимания делает философско-методологическую программу Дильтея программой герменевтической. Разрабатывая проблематику герменевтики, Дильтей, вслед за Шлейермахером, ставит вопрос об условиях возможности понимания письменных документов. Высшим условием выступает для Дильтея гомогенная (однородная) структура «общественно-исторического мира». Понимающий здесь – такая же часть духовно-исторической действительности, как и понимаемое: «Только то, что сотворено духом, дух в состоянии понять». И все же то, что позволяет некоторому произведению или тексту быть понятым – это отнюдь не изначальная изоморфность психологического устройства автора и читателя. Хотя у Дильтея можно встретить и такую трактовку сущности понимания, центр тяжести его герменевтической теории лежит не в субъективно-психологической плоскости, свидетельством тому – сама категория «объективного духа». Именно на эту, говоря современным языком, сферу культурных объективаций, и направлено преимущественное внимание дильтеевской «понимающей психологии». Но процесс понимания объективации вообще не сводится к простой эмпатии («вчувствованию»), а предполагает сложную историческую реконструкцию, а значит – вторичное конструирование того духовного мира, в котором жил автор. Эта мысль с достаточной четкостью звучит уже в Возникновении герменевтики (1900). Однако другой аспект герменевтики Дильтея, связанный с проблемой общезначимости понимания, остался в его прижизненных публикациях в тени. Проблематика общезначимости понимания схватывается Дильтеем в категории «внутренней целостности», или «внутренней взаимосвязи», выражающей такое объективное содержание, которое не может быть сведено к каким-либо индивидуально-психологическим интенциям. Данное содержание есть не что иное, как сфера идеально-логических значений. Осознав самостоятельность этой сферы, Дильтей вплотную подошел к феноменологии (не случайно Шелер включает его, наряду с Бергсоном и Ницше, в число родоначальников феноменологического направления в философии). Герменевтическая концепция Дильтея, как показали новейшие исследования (Рикёр, Ф.Роди), не так уж далеко отстоит от экзистенциально-феноменологической и экзистенциально-герменевтической ветви в философии 20 в. Сколь бы энергично ни подчеркивали свой разрыв с прежней герменевтической традицией «фундаментальная онтология» (Хайдеггер) и «философская герменевтика» (Гадамер), многие их базисные положения можно найти уже у Дильтея. Согласно Хайдеггеру, понимание есть раскрытие структуры герменевтического опыта, т.е. изначально заложенного в человеческом бытии «понимания бытия». Отсюда следует неизбежность герменевтического круга, который нельзя разорвать, ибо он связан не с методологическими трудностями, а с онтологической структурой понимания. Весьма сходные мысли, пользуясь другими терминами, высказывает в связи с проблемой «герменевтического круга» Дильтей. Герменевтический круг, или круг понимания, обусловлен, по Дильтею, тем, что целостная взаимосвязь процесса жизни может быть понята только исходя из отдельных частей этой взаимосвязи, а каждая из этих частей, в свою очередь, нуждается для своего понимания в учете всей целостности. Если Хайдеггер и Гадамер, полемизируя с субъективно-психологическим подходом к герменевтической проблематике, подчеркивают, что понятийной парой в ситуации понимания являются не «субъект» / «объект» (тем более не «автор» / «интерпретатор»), а скорее «здесь-бытие» / «бытие» (Dasein / Sein), то Дильтей тоже выводит герменевтическую проблему за рамки столкновения двух субъективностей: выделяемая им понятийная пара есть «жизнь» / «жизнь». Все зависит от того, как Дильтея прочесть. Дильтеевская категория «жизнь» в известном смысле сродни хайдеггеровскому «бытию»: как Sein лишено смысла без Dasein, так и Leben артикулирует себя в Erleben (переживании), Ausdrueck (выражении) и Verstehen (понимании). Немаловажное значение имеет и то обстоятельство, что в поздних работах Дильтей вводит различие между Lebensausdrueck и Erlebnisausdrueck – «выражением жизни» и «выражением переживания». Герменевтические разработки Дильтея дали толчок т.н. «духовно-исторической школе» в историко-культурных и историко-литературных исследованиях. Парадигмальными для нее стали Жизнь Шлейермахера (1870), История юного Гегеля (1905), Переживание и поэзия: Лессинг, Гёте, Новалис и Гёльдерлин (1906), Сила поэтического воображения и безумие (1886) и др. В 1960-е годы нераскрытый потенциал дильтеевской герменевтики стал предметом размышлений О.Ф.Больнова, который, основываясь на работах Г.Миша и X.Липпса, показал продуктивность идей Дильтея в контексте современной логики и философии языка. Однако актуальность Дильтея не исчерпывается только его ролью в истории герменевтики. Кассирер в эссе Опыт о человеке: введение в философию человеческой культуры (1945) называет Дильтея одной из важнейших фигур в «истории философии человека», т.е. философской антропологии в широком смысле слова. Прямое и косвенное влияние Дильтея на философско-антропологическую мысль 20 в. велико. Так, под неявным воздействием Дильтея строится оппозиция «духа» и «жизни» в концепции М.Шелера – да и само понятие жизни, развиваемое Шелером в полемике с витализмом и натурализмом, очевидным образом восходит к Дильтею (а не, например, к Ницше). Тезис Гелена о культуре как сущностном выражении «природы» человека, равно как и сама базовая идея Гелена о необходимости увязать изучение человека с изучением мира культуры (теория институтов), также имеют своим, хотя и неявным, истоком положения Дильтея. В качестве непосредственного продолжения философско-методологической программы Дильтея строит свою философскую антропологию Плесснер: последняя замышляется им как универсальное знание о человеке, преодолевающее дихотомию естественнонаучного и гуманитарного подходов. Наконец, Дильтея можно без особых преувеличений назвать родоначальником немецкой культурной антропологии. Если в англо-американской литературе этот термин обозначает совокупность чисто эмпирических дисциплин, то в немецкую научную традицию понятие «культурная антропология» (Kulturanthropologie) ввел Ротхакер в одноименной книге 1942. Исходные положения данной книги определены кругом идей Дильтея. Умер Дильтей в Зейсе близ Больцано (Австрия) 3 октября 1911 года.
DiltheyGrab (700x466, 667Kb)
Похоронен на кладбище родной коммуны.
Библиография: Das Leben Schleiermachers, 1870; Gesammelte Schriften, 2 Aufl., hrsg. von Mulert H., I—VII Bde, 1922—1928; Шиллер Ф. П., Духовно-историческая школа в немецком литературоведении, «Лит-pa и марксизм», 1929, кн. IV; Erdmann В., Gedächtnisrede auf Dilthey, 1912; Spranger E., W. Dilthey, eine Gedächtnisrede, 1912; Tumarkin, Anna, Wilhelm Dilthey. L. Simion Nf.: — Берлин, 1912; Krakauer H., Dilthey’s Stellung zur theoretischen Philosophie Kants, 1913; Heynen W., Dilthey’s Psychologie des dichterischen Schaffens, 1916; Unger Rud., Weltanschauung und Dichtung. Zur Gestaltung des Problems bei Dilthey W., 1917; Cremer H., Die Begriffe «Romantik» und «romantisch» in den «Schriften» W. Dilthey’s, 1922; Unger R., Literaturgeschichte als Geistesgeschichte. Zur Frage geisteshistorischer Synthese mit bes. Berücksichtigung auf Dilthey W., 1924; Hoff B., Die Psychologie Dilthey’s W., 1926; Дильтей, В. Описательная психология. — Москва, 1924; Дильтей, В. Описательная психология / Перевод с немецкого Е.Д.Зайцевой под редакцией Г.Г Шпета. — Второе издание. — Санкт-Петербург: Алетейя, 1996. — 160 страниц. — (Заказное издание). — 1500 экземпляров. — ISBN 5-85233-003-27; Дильтей, В. Типы мировоззрения и их обнаружение в метафизических системах // Новые идеи в философии. — Выпуск 1. — Санкт-Петербург, 1912; Дильтей, В. Воззрение на мир и исследование человека со времен Возрождения и Реформации / Академия исследований культуры; перевод с немецкого М.И.Левина. — Москва —Иерусалим: Университетская книга, Мосты культуры / Гешарим, 2000. — (Книга света). — ISBN 5-323-00016-3, ISBN 5-93273-044-7. — Очерк 7. Функция антропологии в культуре XVI и XVII веков; Дильтей, В. Собрание сочинений в 6 томах Под редакцией A.B.Михайлова и Н.С.Плотникова. Том 1: Введение в науки о духе: Опыт полагания основ для изучения общества и истории / Перевод с немецкого под редакцией B.C.Малахова. — Москва : Дом интеллектуальной книги, 2000. ISBN 5-7333-0237-2 — копия; Дильтей, В. Собрание сочинений: в 6 томах Под редакцией A.B.Михайлова и Н.С.Плотникова. Том 3. Построение исторического мира в науках о духе / Перевод с немецкого под редакцией В.А.Куренного. — Москва : Три квадрата, 2004. — Страницы 10—413; Дильтей В. Собрание сочинений в 6 томах. Том 4: Герменевтика и теория литературы / Под редакцией А.В.Михайлова и Н.С.Плотникова / Перевод с немецкого под редакцией В.В. Бибихина и Н.С.Плотникова. — Научное издание. — Москва : Дом интеллектуальной книги, 2001. — 400 экземпляров — ISBN 5-7333-0240-2; Дильтей, В. Сущность философии = Das Wesen der Philosophie / Перевод с немецкого под редакцией М.Е.Цельтера. — Москва : Интрада, 2001. — (Научное издание). — 1000 экземпляров. — ISBN 5-87604-051-7; Дильтей, В. Литературные архивы и их значение для изучения истории философии // Вопросы философии. — 1995. — № 5. — Страницы 124—136; Дильтей, В. Наброски к критике исторического разума // Вопросы философии. — 1988. — № 4. — Страницы 135—152; Дильтей, В. Введение в науки о духе (фрагменты) // Зарубежная эстетика и теория литературы XIX—XX вв. Трактаты, статьи, эссе. — Москва, 1987; Дильтей, В. Сон. Воображение поэта. Элементы поэтики. Литературные архивы и их значение для изучения истории философии // Вопросы философии. — 1995. — № 5. — Страницы 112—136; Дильтей, В. Категории жизни // Вопросы философии. — 1995. — № 10. — Страницы 129—143; Дильтей, В. Основная мысль моей философии // Вопросы философии. — 2001. — № 9. — Страницы 122—123; Дильтей, В. Предпосылки или условия сознания либо научного познания // Вопросы философии. — 2001. — № 9. — Страницы 124—125. Литература: Плотников, Н. С. Жизнь и история: Философская программа Вильгельма Дильгея. — Москва : Дом интеллектуальной книги, 2000; Плотников, Николай — Куренной, Виталий. E-mail переписка по проблеме перевода некоторых терминов в рамках работы над собранием сочинений В.Дильтея // Логос. — 2001. — № 2. — Страницы 186—200; Бибихин, В. Письмо Николаю Плотникову. По поводу перевода терминологии Дильтея // Логос. — 2001. — № 2. — Страницы 201—202; Роди, Ф. Интенсивность жизни. К вопросу о месте графа Йорка между Дильтеем и Хайдеггером / Перевод Николая Плотникова // Логос. — 1999. — № 10. — Страницы 29—42; Ящук, А. Н. Методологические принципы критики исторического разума В. Дильтея // Методология науки. — Томск, 1998. — Выпуск 3. — Страницы 226—229; Будаев, А.А. Философия истории Вильгельма Дильтея: Диссертация на соискание учёной степени кандидата философских наук / Санкт-Петербургский государственный университет. — Санкт-Петербург, 2002; Михайлов, И.А. Понятия «жизнь» и «история» в немецкой философии конца XIX — начала XX века: Граф Йорк фон Вартенбург, В. Дильтей и ранний Хайдеггер: Диссертация на соискание учёной степени кандидата философских наук. — Москва, 1996; Михайлов, И.А. Переписка Дильтея и Гуссерля. Экзистенциальные истоки феноменологии. // История философии. — № 1. — Москва, 1997. — Страницы 71—80; Лызлов, А.В. Истоки гуманитарного направления в психологии: На материале трудов В. Дильтея: Дис. … канд. психол. наук. — Москва, 2006; Михайлов, И.А. Дильтей // История философии. Запад-Россия-Восток. — Под ред. Н. В. Мотрошиловой. — Кн. 3. — Москва : Греко-латинский кабинет Ю.А.Шичалина, 1998; Герменевтика. Психология. История. Вильгельм Дильтей и современная философия. Антология. — Москва : Три квадрата, 2002. — 208 страниц— ISBN 5-94607-017-7 — Доклады конференции «Вильгельм Дильтей и философская культура современности» (4—5 октября 2001, философский факультет РГГУ); Моисеев, В.И. Тайна Вильгельма Дильтея. — 1998.

Joaquín_Riascos_García (574x700, 299Kb)
1833
Мануэль Хоакин де Санта Исабель Риаскос Гарсиа (испанское имя — Manuel Joaquín de Santa Isabel Riascos García)
колумбийский военный и политический деятель. Мануэль Хоакин Риаскос родился в округе Ла-Чоррера, Республика Новая Гранада (сейчас это территория Панамы). Вместе с семьёй он впоследствии переехал в Картахену, а затем в Санта-Марту, и в итоге осел в Сьенаге, где занялся сельским хозяйством и бизнесом. Во время гражданской войны 1860—1862 годов он быстро стал генералом, воюя на стороне повстанцев, но 14 января 1862 года попал в плен и провёл 11 месяцев в заключении в Медельине. Соединённые Штаты Колумбии после своего основания находились в состоянии, которое колумбийские историки метко назвали «организованной анархией». В 1864 году находящийся во главе вооружённой армии Хоакин Риаскос сверг президента Суверенного штата Магдалена Хосе-Марию Луиса Эрреру и объявил временным президентом штата себя. 24 апреля 1867 года он стал президентом штата уже на легальном основании. Принятая в 1863 году Конституция Соединённых Штатов Колумбии отменила в стране пост вице-президента, и ввела посты «Designado Presidencial» — первый (Primer), второй (Segundo) и третий (Tercer); занимающие эти посты люди должны были исполнять обязанности президента (в указанном порядке) в случае его отсутствия (а также невозможности исполнения президентских обязанностей предыдущим Designado Presidencial). В 1867 году Конгресс Колумбии назначил на очередной календарный год в качестве Designado Presidencial очередных трёх человек: Сантоса Гутьерреса, Сантоса Акосту и Хоакина Риаскоса. 29 апреля 1867 года, через пять дней после того, как Хоакин Риаскос официально встал во главе Магдалены, президент страны Томас Сиприано де Москера разогнал Конгресс, ввёл в стране военное положение и объявил себя высшей властью. Не имея точной информации о происходящем, но зная, что Сантос Гутьеррес находится за границей, Хоакин Риаскос 12 мая 1867 года объявил себя, как Tercer Designado Presidencial, исполняющим обязанности президента страны. Тем временем 23 мая 1867 года произошёл военный переворот: полковник Даниэль Дельгадо Парис арестовал Томаса Сиприано де Москера и передал власть Сантосу Акосте как Segundo Designado Presidencial. Из-за трудностей коммуникаций в то время Хоакин Риаскос узнал о произошедшем в столице перевороте лишь в июне, и официально передал президентские полномочия Сантосу Акосте. В атмосфере радости после победы над Москерой Конгресс официально признал (закон № 15 от 1868 года), что в той ситуации Хоакин Риаскос действовал в соответствии с Конституцией и официально являлся президентом; таким образом в течение 36 дней у Соединённых Штатов Колумбии было два официальных президента (Риаскос и Акоста). По окончании срока полномочий как главы Суверенного штата Магдалена Хоакин Риаскос удалился в Сьенагу, где вновь занялся сельским хозяйством и бизнесом. Умер в Сан-Хуан-дель-Сесар 8 августа 1875 года.

[419x700]
1834
Георг Германн Квинке (немецкое имя — Georg Hermann Quincke)
немецкий физик. Родился во Франкфурте-на-Одере, Германия. Его отец, Герман Квинке, и младший брат, Генрих Квинке, — известные немецкие врачи. Обучался в Берлинском, Кёнигсбергском и Гейдельбергском университетах; с 1859 года приват-доцент, в 1865 году — экстраординарный профессор физики в Берлинском университете; в 1872 году — ординарный профессор физики в Вюрцбургском университете, с 1875 года — в Гейдельбергском университете. Основные научные работы посвящены молекулярной физике, акустике, оптике. Исследовал молекулярные силы в жидкостях, капиллярные явления, свойства материалов, их поведение в электрических и магнитных полях. Разработал метод определения диа- и парамагнитной восприимчивости жидкостей и газов. В 1866 г. изобрел прибор для измерения длины звуковых волн с использованием явления интерференции (трубка Квинке). Открыл (1861) явление возникновения разности потенциалов при движении дисперсионной среды относительно неподвижной дисперсной фазы, например, при продавливании электролита через пористое тело (потенциал протекания или эффект Квинке). С 1856 года его научные труды печатались в «Annalen der Chemie und Physik» Поггендорфа и Видеманна. Умер в Гейдельберге 13 января 1924 года. Литература: Квинке, Георг-Германн // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: в 86 томах (82 тома и 4 дополнительных) — Санкт-Петербург, 1890—1907; Храмов Ю.А. Квинке Георг Герман (Quincke Georg Hermann) // Физики: Биографический справочник / Под редакцией А.И.Ахиезера. — Издание 2-е, исправленное и дополненное — Москва : Наука, 1983. — Страница 128. — 400 страниц — 200 000 экземпляров (в переплёте)

Franz_Krones_Ritter_von_Marchland (555x700, 531Kb)
1835
Франц Кронес (немецкое имя — Franz Krones Ritter von Marchland)
австрийский историк. Родился в городе Угерски-Острог, ныне Чехия. Был профессором в Граце; напечатал: «Umrisse des Geschichtslebens der deutsch-österr. Ländergruppe vom X bis XVI Jahrh.» (Инсбр., 1863); «Die österr., böhm. und ungar. Länder 1437—1526» (составляет 6 том «Oesterr. Geschichte für das Volk», Вена, 1864); «Ungarn unter Maria Theresia und Joseph II» (Грац, 1871); «Handbuch der Geschichte Oesterreichs» (Берл., 1876—1879); «Grundriss der österr. Geschichte» (Вена, 1881—1883); «Zur Geschichte Oesterreichs 1792—1815» (Гота, 1886); «Die deutsche Besiedelung der östl. Alpenländer» (Штуттг., 1889); «Aus Oesterreichs stillen und bewegten Jahren, 1810-12 und 1813-15» (Инсбр., 1892) и др. Умер в Граце 17 октября 1902 года. Литература: Кронес, Франц // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: в 86 томах (82 тома и 4 дополнительных) — Санкт-Петербург, 1890—1907.

Fitzhugh_Lee,_1835-1905_LCCN2004681938.tif (496x700, 120Kb)
1835
Фитцхью Ли (Fitzhugh Lee)
командующий кавалерией армии Северной Вирджинии в Гражданскую войну в США, генерал-майор, племянник генерала Роберта Эдварда Ли, губернатор Вирджинии, дипломат и генерал армии США во время испанской войны. Ли родился в Клермоне, в округе Фэирфакс, штат Виргиния. Он был внуком генерал-майора Генри Ли, и племянником Роберта Ли. Его отец, Сидни Смит Ли, был капитаном флота при коммодоре Перри в водах Японии, его мать была внучкой Джорджа Мэйсона("отец Билля о правах") и сестрой Джеймса Муррей Мэйсона. В 1856 году он окончил Академию Вест-Пойнт и ему было присвоено звание младшего лейтенанта 2-го кавалерийского полка, которым командовал полковник Альберт Сидни Джонстон. В том же полку служил подподлковником его дядя Роберт Ли. Как кавалерист он проявил себя в боевых действиях против команчей в Техасе и был тяжело ранен в бою при Нескутунге в 1859 году. В мае 1860 он был назначен инструктором кавалерии в Вест-Пойнт, но уволился после сецессии Вирджинии. Ли вступил в армию Конфедерации в звании лейтенанта кавалерии и служил штабным офицером бригадного генерала Ричарда Эвелла во время первого сражения при Бул-Ране. В августе 1861 он был повышен до подполковника 1-го кавалерийского полка и служил под командованием Джеба Стюарта. Он стал полковником этого полка в марте 1862 года, а 24 июля 1862 был повышен до бригадного генерала. Во время Северовирджинской кампании Ли стал известен тем, что опоздал со своей кавалерией к точке сбора, что позволило федеральной кавалерии совершить набег на штаб Стюарта и захватить его знаменитую шляпу. Однако, во время рейда на Кэтлетт-Стейшн ему удалось захватить палатку и униформу федерального генерал-майора Джона Поупа. Ли передал униформу Стюарту в виде компенсации за потерянную шляпу. Ли хорошо проявил себя во время Мерилендской кампании 1862 года, когда прикрывал отступление своей пехоты от Южной Горы. Он сумел задержать наступление федералов на Шарпсбург перед Энтитемским сражением. Он же прикрывал отступление армии через Потомак в Вирджинию. 17 марта 1863 он грамотно и успешно командовал кавалерией в бою при Келли-Форд, где его 400 бойцов захватили в плен 150 человек, потеряв всего 14. В мае 1863 в сражении при Чанселорсвилле именно его кавалеристы обнаружили открытость правого фланга федеральной армии, что позволило Джексону осуществить свою знаменитую атаку и разгромить корпус генерала Ховарда. После Чанселорсвилла Ли перенес тяжелое заболевание ревматизмом, пропустив около месяца боевых действий, в том числе, кавалерийскую Битву у станции Бренди. Он выздоровел как раз к началу рейда Джеба Стюарта вокруг федеральной армии, приняв участие в сражении при Карлисли. Во время битвы при Геттисберге его бригада участвовала в неудачном набеге на тылы федеральной армии на третий день сражения. После сражения Стюарт в своем рапорте не упомянул никого из офицеров кроме Фицхью Ли, про которого написал: «один из лучших кавалерийских офицеров на континенте, определенно достойный повышения». 3 августа 1863 года он был повышен до генерал-майора. В сражениях 1864 года он командовал дивизией сначала при Стюарте, затем, после смерти последнего, при Уэйде Хэмптоне. Хэмптон и Ли всю войну были в равном положении, но Хэмптон был старше и опытнее. Некоторые предполагали, что генерал Роберт Ли все же назначит главным своего племянника, но этого не произошло. Ли участвовал в кампании Джубала Эрли против Фила Шеридана в долине Шенандоа, а при Третьем Винчестере 19 сентября 1864 года под ним погибло три лошади и сам он был тяжело ранен. 29 марта 1865 года Хэмптон был отправлен на соединение с Джозефом Джонстоном в Северную Каролину и Фицхью Ли ненадолго стал командующим всей кавалерией генерала Ли. Его действия прекратились после капитуляции Роберта Ли при Аппаматоксе. Фицхью Ли лично возглавил последнюю атаку южан при Фармвилле 9 апреля. После войны Ли посвятил себя фермерской деятельности в округе Стаффорд (Вирджиния), и стал известен своими попытками примирить население Юга с последствиями войны. С 1886 по 1890 являлся губернатором Вирджинии. Он командовал 3-й дивизией на двух инаугурационных парадах президента Кливленда: в 1885 году и 1893. В апреле 1896 президент назначил его Генеральным консулом в Гавану с обязанностями дипломатического и военного характера в дополнение к обычным консульским. В 1898 году президент Мак-Кинли сохранил за ним этот пост. В гаване Ли оказался в самый кризисный момент американо-испанских отношений: именно тогда, 15 февраля 1898 взорвался броненосец "Мэн". Когда началась американо-испанская война, он вернулся в армию. Он был одним из трех генералов Конфедерации, которые после войны стали генералами армии США. Ли командовал 7-м армейским корпусом, однако не принял участия в операциях на Кубе. Он был военным губернатором Гаваны и Пинар-дель-Рио в 1899, затем командовал департаментом Миссури и в 1901 вышел в отставку в звании бригадного генерала армии США.
Fitzhugh_Lee's_Grave (525x700, 401Kb)
Ли умер в Вашингтоне 18 апреля 1905 года и был похоронен на кладбище Холливуд в Ричмонде.
Он написал статью о Роберте Ли в серии «Великие Командиры»(1894) и «Борьба Кубы против Испании» (1899). Литература: Wert, Jefry D. Cavalryman of the Lost Cause. — New York: Simon&Shuster, 2008. — 496 p. — ISBN 0-7432-7819-4.

Ludwig_Stieda (531x700, 173Kb)
1837
Христиан Герман Людвиг Стида (немецкое имя — Christian Hermann Ludwig Stieda)
немецкий анатом и гистолог. Родился в Риге. Учился в Рижской гимназии, затем окончил медицинский факультет Дерптского университета (1860), где в 1861 году получил степень доктора медицины и с 1862 года был ассистентом в медицинской клинике и приват-доцентом на кафедре анатомии; с 1864 года работал также в Анатомическом институте. В 1866 году был избран экстраординарным профессором, в 1875 году — ординарным профессором анатомии и директором Анатомического института. С 1885 года по 1912 год — профессор университета в Кенигсберге (в 1887 году — декан медицинского факультета). С 1886 года он стал членом академии Леопольдина. Член-корреспондент Санкт-Петербургской академии наук по физико-математическому отделению (разряд биологический) с 4 декабря 1904 года. Умер в Гисене 19 ноября 1918 года. Главные труды: «Ueber das Rückenmark und einzelne Theile des Gehirns» (1861); «Studien über das centrale Nervensystem der Knochenfische der Vögel und Säugethiere, der Wirbelthiere, der Amphibien und Reptilien» (4 т., 1868—1875); «Ueber Entwickelung der Knochen und des Knochengewebes»; «Ueber die Homologie d. Brust und Beckengliedmasse der Menschen und Wirbelthiere» (1897); «Geschichte der Entwickelung der Lehre von Nervenzellen und Nervenfasern» (1899). Литература: Штида, Людвиг // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: в 86 томах (82 тома и 4 дополнительных) — Санкт-Петербург, 1890—1907.

CarolathBeuthen (408x700, 337Kb)
1839
Элизабет Наталия Юлия Иоганна цу Каролат-Бейтен (немецкое имя — Elisabeth Natalia Julia Johanna Fürstin zu Carolath-Beuthen; урождённая графиня фон Гацфельдт цу Трахенберг, Gräfin von Hatzfeldt zu Trachenberg)
немецкая княгиня, сожительница Герберта фон Бисмарка в 1880 году. Племянница Софии фон Гацфельдт. Графиня Элизабет фон Гацфельдт родилась в Трахенберге, в первом браке князя Германа Антона фон Гацфельдт цу Трахенберга (1808—1874) и графини Матильды фон Рейхенбах-Гошюц, разведённой графини Гётцен (1799—1858). Элизабет выросла в имении отца в Нижней Силезии, воспитывалась в католическом вероисповедании и играла большую роль в общественной жизни Берлина. Филипп цу Эйленбург описывал её как восхитительную женщину, которая привлекала многочисленных представителей придворных кругов. Как и многие другие, Эйленбург сам в молодости был влюблён в графиню. Привлекательная и остроумная Элизабет фон Гацфельдт пользовалась популярностью в берлинских салонах и была известна склонностью к азартным играм, поговаривали, что она в один вечер проиграла только что полученное наследство в 110 тыс. талеров. Несчастливый роман с графом Гербертом фон Бисмарком, старшим сыном рейхсканцлера Отто фон Бисмарка оказался в центре политической позиционной борьбы при прусском дворе. После развода в 1881 году и разрыва с графом Бисмарком Элизабет цу Каролат-Бейтен проживала в Венеции, где умерла за полгода до начала Первой мировой войны. Герберт фон Бисмарк познакомился с княгиней Элизабет, когда та уже в течение нескольких лет находилась в браке с членом сословного собрания Силезии и депутатом рейхстага Карлом цу Каролат-Бейтеном. Бисмарк без памяти влюбился в княгиню, которая была старше его на десять лет. По свидетельствам современников, она стала большой любовью в жизни обычно сурового Герберта. Бурный роман между Элизабет и Гербертом начался в 1879 году, в апреле 1881 года Элизабет развелась с мужем, чтобы выйти замуж за Бисмарка, который поспешил объявить о свадьбе в свете. Филипп цу Эйленбург, находившийся в дружественных отношениях с обоими и, тем не менее, бывший желанным гостем у старшего Бисмарка, сыграл в этой любовной истории важную роль посредника. Желание сына связать себя узами брака с княгиней натолкнулось на решительное и ожесточённое сопротивление старшего Бисмарка. По его мнению, которое поддерживали и другие, существовало сразу несколько обстоятельств, препятствовавших женитьбе. Элизабет была католичкой и разведённой женщиной, что было совершенно неприемлемо в прусском протестантском придворном обществе. Разница в возрасте также была вопиющей. Кроме того, Бисмарк выдвинул и другие претензии, которые носили явно личный характер и обострили напряжённую ситуацию: княгиня Элизабет происходила из семьи Гацфельдт-Трахенберг, которую Бисмарк ненавидел за их умеренно либеральные взгляды. Старшая сестра невесты Герберта Франциска была замужем за католиком, генерал-адъютантом Вальтером фон Лоэ, выступившим против Бисмарка в период Культуркампфа и энергично защищавшим отношения между Элизабет и Гербертом. Заклятым врагом «железного канцлера» была и сводная сестра Элизабет графиня Мария фон Шлейниц, чей берлинский салон с 60-х годов служил местом встреч либеральной фронды против Бисмарка. Весной 1881 года любовная история, о которой судачил весь Берлин, достигла своего апогея. Оппозиционная газета Vossische Zeitung опубликовала ироническую заметку о том, что депутат рейхстага князь Каролат-Бейтен ходатайствовал о предоставлении ему длительного отпуска, который он проведёт в своём имении, княгиня Каролат прибыла на Сицилии в Мессину, а граф Герберт Бисмарк некоторое время назад покинул Берлин и по неподтверждённым сведениям отправился с особой миссией в Италию. В действительности придворное общество уже давно знало о романе между Гербертом и Элизабет. Княгиня оформила развод, чем однозначно поставила Герберта перед необходимостью принять решение. Когда Герберт запросил разрешение на брак у своего отца, чьим подчинённым он являлся как сотрудник министерства иностранных дел, в доме Бисмарков разразился скандал. Канцлер топал ногами и угрожал сыну лишением наследства и передачей прав старшего сына младшему брату Вильгельму, что оставило бы Герберта без средств существования. Как рассказывал Герберт своему другу Эйленбургу, Бисмарк-старший даже угрожал сыну самоубийством, если княгиня возьмёт его фамилию. В мае 1881 года княгиня Элизабет выехала в Венецию, Герберт хотел последовать за ней, но его отец заявил, что поедет вслед за ним и призовёт княгиню к ответу, что поставит канцлера в смешное положение прежде всего в глазах либеральной прессы. По словам Эйленбурга, канцлер точно знал, что Герберт ни в коем случае не допустит этого. Герберт сдался, Элизабет, разочарованная его слабостью, прервала с ним переписку и прожила до конца жизни в палаццо Модена на канале Реджио в Венеции. Умерла в Венеции 12 января 1914 года. Вынужденный наступить на собственные чувства Герберт фон Бисмарк сломал себе жизнь, стал пить и с трудом справлялся с приступами гнева. Княгиня подверглась общественному презрению. Критически настроенные к канцлеру представители общественности предполагали, что столь яростное, истерическое выступление канцлера против брака сына с княгиней Элизабет могло объясняться желанием Отто фон Бисмарка видеть сына своим преемником на посту канцлера и женить его на прусской принцессе, возможно на дочери кронпринца Фридриха Вильгельма.
Семья: 23 апреля 1866 года Элизабет фон Гацфельдт вышла замуж за князя Карла Людвига Эрдмана Фердинанда цу Каролат-Бейтена (1845—1912). Брак был расторгнут в 1881 году. У супругов была дочь, принцесса Каролина Элизабет Октавия Сибилла Маргарита фон Шёнайх-Каролат (1867—1912), которая в 1894 году вышла замуж за графа Ганса фон Кёнигсмарка (1865—1943). Литература: Philipp zu Eulenburg-Hertefeld, Herbert Bismarcks Tragödie, in: Aus fünfzig Jahren, Berlin 1923, S. 81—107; Bernhard von Bülow, Denkwürdigkeiten, Bd. 4, Berlin 1931; Louis Leo Snyder, Political Implications of Herbert von Bismarck’s Marital Affairs, 1881, 1892, in: The Journal of Modern History, Bd. 36/2 (Juni 1964), S. 155—169.

Kovalevsky (525x700, 231Kb)
1840
Александр Онуфриевич Ковалевский
русский биолог-эволюционист, основоположник сравнительной эмбриологии и физиологии беспозвоночных животных, один из основателей экспериментальной и эволюционной гистологии, академик (с 1890). Брат В.О.Ковалевского. Родился в Динабургском уезде Витебской губернии (ныне Латвия). Учился с 1856 в Институте корпуса инженеров путей сообщения (Петербург.) в 1859 перешел на естественное отделение физико-математического факультета Санкт-Петербургского университета, который и окончил в 1863. В 1865 защитил магистерскую диссертацию "История развития Amphioxus lanceolatus или Branchiostoma lumbricum" и в 1866 был утвержден в звании приват-доцента Санкт-Петербургского университета. В 1867 защитил докторскую диссертацию "Анатомия и история развития Pnoronis". С 1868 был профессором Казанского, с 1869 Киевского, с 1874 Новороссийского (в Одессе) и в 1891—1894 Санкт-Петербургского университетов. Для изучения морских животных предпринял многочисленные экспедиции и поездки: работал на Адриатическом море (Триест, 1867), Средиземном море (Неаполь, 1864, позже Мессина, 1868, Виллафранка, 1895), на Каспийском море (1869), Красном море (1870), на проливе Ла-Манш (Росков, 1892) и др. Ковалевский участвовал в разработке мер борьбы с вредителем виноградников — филлоксерой — в Бессарабии, в Крыму и на Кавказе; был одним из организаторов Севастопольской морской биологической станции. С самого начала научной деятельности Ковалевский активно включился в разгоревшуюся в 1860-х гг. борьбу за дарвиновскую идею развития органического мира. Изучив развитие многочисленных представителей основных типов и классов многоклеточных животных, в особенности беспозвоночных (до него почти не изученных эмбриологически), Ковалевский способствовал своими работами установлению родственных связей между животными группами и тем самым установлению конкретных путей развития животного мира. Поставив сравнительный метод в эмбриологии на службу молодому эволюционному учению, Ковалевский превратил его в метод исторический. Он установил, что в процессе эмбрионального развития всех многоклеточных животных наблюдаются общие черты, которые свидетельствуют о единстве их происхождения. Ковалевский впервые проследил у кишечнополостных, червей, иглокожих, асцидий и ланцетника образование полого шаря в результате дробления оплодотворенного яйца, состоящего из одного слоя клеток, названное позднее бластулой, и образование путем впячивания одной из стенок бластулы двуслойного зародыша, названного гаструлой. Лишь позднее возникают различия, которые характеризуют отдельные типы животных. Ковалевский доказал образование зародышевых листков в процессе развития как беспозвоночных, так и позвоночных животных и сделал обобщение о соответствии зародышевых листков у представителей всех систематич. групп. Таким образом, Ковалевский является основателем филогенетической теории зародышевых листков, которая подтвердила и конкретизировала в области эмбриологии дарвиновское учение о генетическом единстве животного мира и разрушила господствовавшие в то время представления о принципиальных различиях в процессе развития позвоночных и беспозвоночных животных. Исследования Ковалевского имели выдающееся значение для решения вопроса о происхождении позвоночных. В магистерской диссертации (1865) он дал первое классическое описание развития ланцетника, которого тогда относили к низшим позвоночным, установив в его эмбриональном развитии ряд черт, общих с развитием многих морских беспозвоночных; в то же время показал общие признаки в развитии ланцетника и позвоночных животных (образование нервной трубки, хорды, жаберных щелей и др.). Позднее он установил родство асцидий, которых относили к группе моллюскообразных, с ланцетником и позвоночными животными (1866). Эти данные послужили основанием для выделения асцидий из состава моллюскообразных и соединения их с позвоночными в одном типе хордовых. Изучив анатомию Balanoglossus (1866), Ковалевский установил, что кишечнодышащие также имеют некоторые общие черты с позвоночными, например жаберные щели. Этими работами был охарактеризован тип хордовых и его положение в системе животного мира и уточнено положение в этой системе целого ряда животных форм. Ковалевскому принадлежат многие фундаментальные открытия в области эмбриологии. Им впервые был описан особый способ возникновения зародышевого листка — мезодермы (в виде отшнуровывающихся парных выпячиваний стенки первичного кишечника) у саггиты (из щетинкочелюстных), а затем у ланцетника и плеченогих. Позднее этот способ образования мезодермы был обнаружен у очень многих животных и явился одной из характеристик обширной группы животного царства — вторичноротых. Ковалевский первым открыл у зародышей рыб (акул и других) и ланцетника временную связь нервной трубки с кишечником на заднем конце тела (нервно-кишечный канал); подобное образование было позднее обнаружено и в развитии других позвоночных и человека. Монография Ковалевского "Наблюдения над развитием Brachiopoda" (1874), являющаяся до сих пор непревзойденной работой по эмбриологии плеченогих, заставила зоологов отказаться от мысли о родстве этих животных с моллюсками и сблизить их с червями и мшанками. В исследованиях гистологических процессов при метаморфозе у мух (1886—1887) и асцидий (1890) Ковалевский установил, что разрушение (гистолиз) ряда тканей и органов личинки происходит путем фагоцитоза; тем самым более ранние наблюдения И.И.Мечникова над фагоцитозом у иглокожих приобрели более широкое общебиологич. значение. Ковалевский уделял много внимания изучению сравнительной анатомии, физиологии и биологии беспозвоночных. Он открыл и описал карликовых редуцированных самцов червя бонеллия (из класса эхиурид), "паразитирующих" в половых протоках самки и питающихся слизистыми выделениями последних, — яркий пример крайнего полового диморфизма; открыл ползающего гребневика, к-рого назвал в честь своего друга И.И.Мечникова Coeloplana metschnikowi. Это открытие сыграло роль в филогенетич. построениях относительно происхождения двусторонне-симметричных животных.
Kovalevsky_from_sebastopol (700x393, 388Kb)
Памятник А.О.Ковалевскому возле Института биологии южных морей, носящего его имя. Севастополь, Приморский бульвар
Ряд исследований Ковалевского касается анатомии и биологии различных пиявок. Последние годы жизни Ковалевский посвятил изучению строения и функции выделительной системы и фагоцитарных органов у беспозвоночных животных. Эти работы, вместе с работами И.И.Мечникова, положили начало экспериментальной и эволюционной гистологии. Использовав и разработав метод прижизненного введения в организм красок и взвесей, предложенный впервые русским ученым Н.А.Хржонщовским (1864), Ковалевский установил, что одни отделы выделительной системы беспозвоночных выделяют щелочные, а другие — кислые экскреты; подобное явление имеет место и у позвоночных животных. "Щелочные" отделы выделительной системы некоторых беспозвоночных животных, обладая способностью выделять введенный в кровь индигокармин, соответствуют в этом отношении мочевым канальцам, а "кислые", выделяющие аммиачный кармин, — мальпигиевым тельцам почки позвоночных. Применив ту же методику прижизненного введения красок, Ковалевский открыл у беспозвоночных животных обширную группу органов, получивших название фагоцитарных, выполняющих функцию обезвреживания мелких твердых тел. В своей работе "Экспериментальные исследования лимфатических желез беспозвоночных" (1893, опубликована в 1894) Ковалевский сообщил результаты опытов по выявлению фагоцитарных органов у моллюсков и членистоногих путем введения животным в полость тела или под кожу бактерий сибирской язвы и птичьего туберкулеза. Для работ Ковалевского характерно единство морфологического, физиологического и экологического подходов к изучаемым объектам, сочетание сравнительно-описательных и экспериментальных методов исследования. Ковалевский вместе с И.И.Мечниковым творчески развил дарвинизм в новой области — эмбриологии и гистологии — и выдвинул отечественную эмбриологию на первое место в мировой науке. Умер в Санкт-Петербурге 22 ноября 1901 года.
KovalevskyМогила (465x700, 528Kb)
Похоронен на Новодевичьем кладбище в Санкт-Петербург
Некоторые научные работы: "История развития ланцетника (Amphioxus lanceolatus)", Санкт-Петербург, 1865; "Beitrage zur Anat. und Entwicklungsgeschichte d. Loxosoma Neapolitanum" ("Mem. de l'Acad. Imp. des Sc. de St-Petersburg", 1866), "Entwicklungsgeschichte der Rippenquallen" (там же); "Entwicklungsgeschichte der einfachen Ascidien" (там же); "Beitrage z. Entw. der Holothurien" (там же, 1867); "Анатомия и история развития Phoronis" (приложения к XI тому "Записок Императорской Академии Наук", 1867); "О планариеобразном самце Бонеллии" ("Записки Киевского Общества Естествознания", 1870); "Embryologische Studien an Wurmern und Arthropoden" (сообщение 1864 г., "Mem. de l'Ас. Imp. d. Sc. de St.-Pet.", 1871); "Weitere Studien uber die Entwicklung der einfachen Ascidien" ("Archiv f. mikr. Anatomie", 1871); "О бесполом размножении Amaroecium" ("Протоколы съезда русских естествоиспытателей в Киеве", 1871); "Наблюдения над развитием Coelenterata" ("Известия Императорского Общества Любителей Естествознания etc.", 1873); "Ueber die Knospung der Ascidien" ("Arch. f. mikr. Anatomie", 1874); "Наблюдения над развитием Brachiopoda" ("Известия Императорского Общества Любителей Естествознания", 1874); "Ueber die Entwicklungsgeschichte d. Pyrosoma" ("Archiv f. mikr. Anatomie", 1875); "Zur Entwicklungsgeschichte der Alcyoniden, Sympodium coralloides und Clavularia crassa" ("Zool. Anzeiger", 1879); вместе с Marion : "Documents pour l'histoire embryogenique des Alcyonaires" ("Annales du Musee d'hist. de Marseille", 1883); "Embryogenie du Chiton Polii etc." ("Ann. du Musee d'hist. nat. d. Marseille", 1883); "Zur Entwicklungsgeschichte der Lucernaria" ("Zool. Anz.", 1884); "Zum Verhalten des Ruckengefasses und d. guirlandenformigen Zellstranges der Musciden wahrend der Metamorphose" ("Biologisches Centralblatt", 1886); "Zur Embryologie der Musciden" (там же); вместе с M.Шульгиным: "К Истории развития кавказского скорпиона" (Androctonus ornatus, "Записки Новороссийского Общества Естествознания", том XI); "Beitrage z. Kenntniss der nachembryonalen Entwicklung d. Musciden" ("Zeitschrift f. wissenschaftliche Zoologie", 1887); "О выделительных органах членистоногих" (Arthropoda, "Записки Новороссийского Общества Естествознания", том XII); вместе с Marion: "Sur les especes de Proneomenia des cotes de Provence" ("Comptes Rendus", т. 106, 1881); "Ein Beitrag z. Kenntniss d. Excretionsorgane" ("Biol. Centralblatt", Bd. 9, №№ 2, 3 и 4, 1889); "О выделительных органах беспозвоночных животных" ("Записки Новороссийского Общества Естествознания", 1890); вместе с Marion: "Contributions a l'hist. des Solenogastres ou Aplacophores" ("Ann. du Mus. d'Hist. Natur.", Марсель, 1887); "О выделительных органах некоторых насекомых" ("Записки Новороссийского Общества Естествознания", 1890); "О селезенке у моллюсков" (там же, 1891); "О превращении личинки асцидий и об образовании мантии" ("Вестник Естествознания", 1891); "Einige Beitrage z. Bildung des Mantels der Ascidien" ("Mem. de l'Acad. Sc. S.-Petersb.", 1892); "Ein Beitrag z. Kenntniss d. Excretionsorgane der Pantopoden" (там же); "Sur les organes excreteurs chez les arthropodes terrestres" ("Travaux du congres international de Zoologie a Moscou", 1893); "Etude experimentale sur les glandes lymphatiques des invertebres"; "Etudes sur le coeur de quelques Orthopteres".
[511x700]
Почтовая марка СССР, 1951 год.
Сочинения: Избранные работы, Москва, 1951 (имеется библиография трудов Ковалевского и литература о нем); Письма А.О.Ковалевского к И.И.Мечникову (1866—1900); Ленинград, 1955. Литература: Догель В.А., А.О.Ковалевский (1840—1901), Москва—Ленинград, 1945; Гайсиновяч А.Е., А.О.Ковалевский и его роль в возникновении эволюционной эмбриологии в России, "Успехи современной биологии", 1953, том 36, выпуск 2, страницы 252—274; Бляхер Л.Я., История эмбриологии в России (С середины XIX до середины XX вв.). Беспозвоночные, Москва, 1959; Мечников И.И., Александр Онуфриевич Ковалевский (Очерк из истории науки в России), в его книге: Страницы воспоминаний. Сборник автобиографических статей, Москва, 1946; Штрайх С.Я., Семья Ковалевских, Москва, 1948; Хлопин Н.Г. и Кнорре А.Г., А.О.Ковалевский как гистолог и значение его работ для развития гистологии (К 50-летию со дня смерти), "Успехи современной биологии", 1951, том 32, выпуск 3(6); Пузанов И.И., Александр Онуфриевич Ковалевский, его жизнь и значение в мировой науке, "Пращ Одеського державного ун-ту iм. I.I.Мечникова", 1955, том 145, випуск 7, страницы 5—19; Некрасов А.Д., Роль А.О.Ковалевского в изучении примитивной группы моллюсков Solengastres (Об одной забытой работе А.О.Ковалевского), в книге: Труды Института истории естествознания и техники, том 4, Москва, 1955 (страницы 149—163).

Andrejkmet (569x700, 431Kb)
1841
Андрей Кметь (словацкое имя — Andrej Kmeť)
словацкий римско-католический священник, археолог, геолог, палеонтолог, историк, ботаник, этнограф. Родился в селе Бзеница, Королевство Венгрия (ныне село Бзеница, района Жьяр-над-Гроном, Банскобистрицкий край, Словакия), в многодетной семье кузнеца. Учился в школе пиаристов, затем — в духовной семинарии в городе Трнава. Служил священником. Помимо этого, с детства интересовался естественными науками. Хотя профессионального образования не получил, был одним из первых словацких интеллектуалов, которые систематически занимались археологией. А.Кметь был одним из первых исследователей, которые занимались археологическими раскопками в Центральной Европе. Современники называли его «словацким Шлиманом». Во время своих исследований выкопал и спас скелет мамонта.
Andrej_Kmeť_statue (525x700, 261Kb)
Памятник Андрею Кметю в городе Банска-Бистрица.
В области геологии, минералогии и палеонтологии сотрудничал со специалистами академии в Банска-Штьявница. Определил несколько новых видов растений и собрал гербарий из 72 000 образцов, из которых 39 000 высших растений (около 6000 роз). Им собрана коллекция семян, содержащая 1733 образца, принадлежащих к 516 видам. В его честь названо около 40 растений и грибов. Гербарий хранится в Словацком Народном музее. Занимался сбором фольклорных и этнографических материалов. В 1892 году А.Кметь основал Словацкое научное общество, которое позже стало основой Словацкой академии наук. Известен также острой критикой алкоголизма. Умер в Мартине 16 февраля 1908 года.
Andrejkmetмогила (515x700, 534Kb)
Андрей Кметь похоронен на пантеоне выдающихся личностей Словакии — Народном кладбище в городе Мартине.

Salinas-Portrait (530x700, 227Kb)
1841
Антонио Салинас (итальянское имя — Antonino Salinas)
итальянский нумизмат, искусствовед и археолог. Профессор и ректор университета Палермо. Член национальной академии деи Линчеи (с 1908). Родился в Палермо, Сицилия. Выпускник Берлинского университета. Во время учёбы совершил несколько научных поездок в Грецию. С 1865 года на преподавательской работе в университете Палермо, с 1867 года — профессор археологии. В 1903—1904 годах был ректором университета Палермо.
SalinasSul_tipo_de%u2019_tetradrammi_di_Segesta_Tav._I_ (700x358, 84Kb)
Монеты из коллекции А. Салинаса
С 1873 по 1914 — директор национального археологического музея в Палермо. Основатель и долгое время президент Итальянского нумизматического института (Istituto italiano di numismatica). Антонио Салинас изучал сицилийскую античную нумизматику, византийские печати и другое, участвовал в многочисленных археологических раскопках на Сицилии, на острове Мотия и античного города Селинунт. Его находки сейчас хранятся в музее в Палермо. Умер в Риме 7 марта 1914 года. В своём завещании всю свою частную коллекцию, в том числе, большое количество книг и около 6000 собранных им монет передал в дар музею, который ныне носит его имя — Региональный археологический музей имени Антонино Салинаса. Избранные публикации: I monumenti sepolcrali scoperti presso la chiesa della Santa Trinità in Atene. Torino 1863; Le monete delle antiche città di Sicilia. Palermo, 1870; Del Museo nazionale di Palermo e del suo avvenire. Palermo, 1874; Ricordi storici delle rivoluzioni siciliane del secolo XIX. Palermo, 1886. Литература: Салинас, Антоний // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: в 86 томах (82 тома и 4 дополнительных) — Санкт-Петербург, 1890—1907.

frigyes2 (583x700, 274Kb)
1841
Фридьеш Шулек (венгерское имя — Schulek Frigyes; немецкое имя — Friedrich Schulek)
венгерский архитектор. Фридьеш Шулек родился в Будапеште, в семье коммерсанта и политика Агостона Шулека. Младший брат Фридьеша — венгерский офтальмолог Вильмош Шулек. После учёбы в будапештском политехникуме Шулек перебрался в Вену, где в 1861—1867 годах учился в Венской академии художеств. Шулек, получивший в молодости опыт каменщика, участвовал в реставрации Регенсбургского собора. В 1867 году побывал на Всемирной выставке в Париже. Вернувшись в Вену, участвовал в работе над проектом церкви Святой Бригитты и церкви Марии Победительницы. Также проживал в Венгрии, а затем в Италии. Шулек работал в архитектурном бюро своего сокурсника Имре Штейндля. После смерти Штейндля возглавил отдел средневековой архитектуры в Будапештском техническом университете.
Schulek FrigyesFisherman's_Bastion_Lunge (525x700, 379Kb)
Рыбацкий бастион в Будапеште
Важным этапом в творчестве Шулека стала реконструкция церкви Святого Матьяша в Будапеште. Главным шедевром Шулека стал Рыбацкий бастион на Будайском холме. По проекту Фридьеша Шулека построен кафедральный собор Сегеда, один из шедевров венгерского историзма. Умер в Балатонлелле 5 сентября 1919 года.

Адам_Бонєцкі (690x700, 451Kb)
1842
Адам Юзеф Феликс Фредро-Бонецкий (польское имя — Adam Józef Feliks Fredro-Boniecki)
польский историк, геральдист и генеалог, автор фундаментального труда «Гербовник Польский», юрист. Родился недалеко от Кельце, Свентокшиское воеводство, Польша. Происходил из шляхетской семьи. Его родителями были Фердинанд и Леонтина Стадницкая. Рано лишился родителей. Бонецкий изучал право в университете Санкт-Петербурга и в одном из старейших и наиболее престижных юридических учебных заведений Парижа — École de droit. В 1865—1872 годах работал в судебной системе Варшавы. После того, как поселился в имении Свидно под Варшавой, он посвятил себя геральдическим исследованиям. В 1899 году в сотрудничестве с Артуром Рейским он приступил к выпуску многотомной работы «Гербовник Польский» (польск. Herbarz polski). До его смерти в 1909 году вышло из печати тринадцать томов. После смерти Бонецкого работу над «Гербовником Польским» продолжали Артур Рейский и Владимир Дворжачек. «Польский Гербовник» Адама Бонецкого является одним из основных справочников по шляхетским родам Королевства Польского и Великого княжества Литовского.
Adam_Boniecki.портрет (491x700, 323Kb)
Портрет Бонецкого
Он составлен на основе материалов, почерпнутых из книг Коронной и Литовской метрик, актов Коронного трибунала, гродских и земских судов, а также опубликованных источников и литературы (с соответствующими ссылками). Всего было издано 16 томов. Адам Бонецкий был одним из первых членов Польского Геральдического Общества. Умер в Варшаве 24 июня 1909 года. Литература: Boniecki A. Kronika rodziny Bonieckich. — Warszawa, 1875; Poczet rodów w Wielkiém Księstwie Litewskiém w XV i XVI wieku / ułożył i wyd. Adam Boniecki. — Warszawa, 1887. — 425 s; Herbarz polski. — T. 1—16. — Warszawa: skł. gł. Gebethner i Wolff, 1899—1913; Semkowicz W. Ś. p. Adam Fredro Boniecki // Miesięcznik Heraldyczny. — 1909. — R. 2. — № 8—9; Słownik historyków polskich. — Warszawa: Wiedza Powszechna, 1994. — 630 s. — ISBN 83-214-1051-0; Dworzaczek W. Boniecki-Fredro Adam // Polski Słownik Biograficzny. — T. 2: Beyzym Jan — Brownsford Marja. — Kraków: Polska Akademia Umiejętności — Skład Główny w Księgarniach Gebethnera i Wolffa, 1936. — S. 302—303.
вверх^ к полной версии понравилось! в evernote


Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.

Дневник 19 ноября родились... | kakula - Дневник любителя старины | Лента друзей kakula / Полная версия Добавить в друзья Страницы: раньше»