1821
Михаил Петрович Кауфман
русский генерал, военный инженер, участник Крымской войны. Брат Константина Петровича и сын Петра Фёдоровича, родился в колонии Теленешты Оргеевского уезда Бессарабской области, где располагался тогда полк его отца. Воспитанник Николаевского инженерного училища, откуда был выпущен 25 августа 1839 года в Лейб-гвардии Сапёрный батальон, с оставлением при училище для продолжения обучения нижнем офицерском классе. 25 марта 1840 года переведён в Бобруйскую инженерную команду, но 13 февраля 1842 года вновь отправлен в училище и 23 августа того же года был произведён в подпоручики и переведён в верхний класс училища. По окончании курса 24 августа 1843 года переведён обратно в Лейб-гвардии сапёрный батальон прапорщиком и 1 сентября зачислен в Петербургскую инженерную команду. 19 апреля 1846 года Кауфман производится в подпоручики лейб-гвардии и 9 сентября 1847 года назначается батальонным адъютантом; 23 апреля 1848 года получил чин поручика лейб-гвардии. 28 ноября 1848 года Кауфман, по собственному желанию, перевелся в 1-й Кавказский сапёрный батальон в чине штабс-капитана армии и с ним участвовал в ряде экспедиций против горцев. В кампании 1849 года командовал 3-й саперной ротой батальона в Дагестанском отряде князя М.З.Аргутинского-Долгорукова, с которым участвовал в движении из Темир-Хан-Шуры к Цудахару и далее к аулу Чох и осаде и взятии последнего; осенью того же года занимался разработкой Военно-Ахтинской дороги; за отличие при осаде Чоха награждён 13 ноября 1849 года орденом Святой Анны III степени с бантом. В 1850 году со своей ротой был в боях на Лезгинской линии в составе отряда генерал-майора К.А.Бельгарда и 31 января 1851 года за отличие произведён в капитаны. Летом 1851 года Кауфман продолжал разработку Военно-Ахтинской дороги и за эти труды 9 ноября получил орден Святой Анны II степени. В кампанию 1852 года был командирован в Джаро-Балоканский округ и 21 мая участвовал в бою с отрядом Даниель-бека и далее неоднократно бывал при взятии разных селений и перестрелках с горцами. После четырёхмесячного отпуска вернулся к своему батальону в Тифлис, но там пробыл недолго и был снова командирован в Джаро-Белоканский округ, где командовал инженерными частями Лезгинского отряда. С началом Крымской войны Кавказский саперный батальон поступил в состав Александропольского отряда генерала Бебутова и 14 ноября 1853 года Кауфман участвовал в большом сражении с турками при Баяндуре; с января по март временно командовал батальоном вследствие смерти от ран командира полковника П.Н.Ковалевского. За отличия 7 мая 1854 года произведён в подполковники и 5 августа принял участие в сражении с турками при Курюк-Дара. В кампанию 1855 года во время блокады Карса Кауфман находился в составе отряда генерала П.П.Ковалевского и неоднократно ходил в поиски и разведки на Саганлуг и к Эрзеруму и был награждён 17 августа 1855 года орденом Святого Владимира IV степени с бантом. Во время неудачного штурма Карса находился в резерве и был послан с батальоном Рязанского пехотного полка на выручку колонны генерала Майделя, гибнущей под фортом Шорах. Кауфман под огнём атаковал и взял два ложемента, фланкировавших редут Тохмас-Табия, тем самым дав возможность Майделю перегруппироваться и в порядке отступить. Это же действо Кауфмана спасло и колонну генерала Ковалевского, понёсшую значительные потери при атаке Чахмахских укреплений. Сам батальон рязанцев был окружён прибывшими к туркам подкреплениями. Тогда, воодушевив рязанцев своим личным примером мужества, Кауфман повёл их в штыки, пробился сквозь густые ряды неприятеля, и, пройдя через всю линию карсских укреплений, кружными путями вернулся к отряду. Сразу после неудачного штурма Кауфман был назначен командиром Кавказского сапёрного батальона и 28 ноября присутствовал при сдаче Карса. За отличие при штурме Карса М.П.Кауфман был представлен 12 октября 1855 года к ордену СвятогоГеоргия IV степени, каковой и получил 26 декабря того же года «При штурме, 29 сентября 1855 года, крепости Карса, состоя командиром Кавказского Саперного баталиона и находясь во главе баталиона Рязанского пехотного полка, взял с боя два ложемента, а во время новой атаки на укрепление Томас-Тобия, будучи совершенно отрезан и окружен неприятелем, ударил в штыки и пробился сквозь ряды Турок, не оставив в их руках никакого трофея»

М.П.Кауфман в чине полковника
27 мая 1857 года Кауфман за отличие в Крымской войне произведён в полковники и в сентябре того же года назначен членом полевого аудиториата Кавказской армии, а 4 января 1858 года получил в командование Навагинский пехотный полк. С полком Кауфман прошёл всю кампанию 1858 года в Чечне, из наиболее крупных событий, в которых он принял участие стоит отметить закладку укреплений Аргунского, Шатоевского и Евдокимовского и штурм укреплённых завалов в Варандинском лесу. За отличие в экспедициях против горцев Кауфман был награждён 18 ноября 1858 года золотой шашкой с надписью «За храбрость» (за поход в Чечню) и 3 сентября 1859 года — орденом Святого Владимира III степени (за летнюю экспедицию 1859 года). В начале 1860 года Кавказский период боевой деятельности Кауфмана завершился, он был откомандирован в Петербург, где 25 марта 1860 года был назначен исполняющим дела Николаевской инженерной академии и 11 сентября 1860 года произведён в генерал-майоры (со старшинством 29 апреля 1863 года). С 1862 года Кауфман принимает участие в работе многочисленных комиссий и комитетов по военной реформе: Особого комитета о преобразовании военно-учебных заведений, Комитета об изменении численности войск, комитета для составления военно-судебного устава, Комитета по устройству и образованию войск (с 1863 года), Комитета для рассмотрения и составления вновь устава Медико-хирургической академии (с 1865 года) и других. Эти труды доставили ему ордена Святого Станислава I степени (29 апреля 1862 года) и орден Святой Анны I степени с мечами (1 мая 1864 года, императорская корона к этому ордену пожалована 29 апреля 1866 года). 9 ноября 1866 года был произведён в генерал-лейтенанты, назначен генерал-интендантом и 15 ноября сдал должность начальника Инженерной академии. 11 апреля 1867 года назначен Главным интендантом Военного министерства и начальником Главного интендантского управления. На должностях начальника Инженерной академии и Главного интенданта Кауфман зарекомендовал себя прекрасным деятельным администратором и за время 11-летнего управления интендантством пожалован званием генерал-адъютанта (7 декабря 1869 года) и орденами Святого Владимира II степени с мечами (2 мая 1869 года), Белого Орла (11 сентября 1873 года) и святого Александра Невского (11 сентября 1876 года). Покинув в 1877 году должность главного интенданта, Кауфман 28 апреля 1878 года был произведён в инженер-генералы и 28 марта 1882 года был назначен членом Государственного совета, но главным образом деятельность его сосредоточилась в главном управлении Российского общества Красного Креста членом главного управления которого он состоял с 1874 года (ещё с того времени, когда это общество называлось «Общество попечения о раненых и больных воинах») и во главе которого он встал в 1883 году. Начав с регламентации деятельности этого общества во время русско-турецкой войны 1877—1878 годов, Кауфман обратил особое внимание на подготовку женского санитарного персонала, состав которого достиг при нём 3 тысяч сестёр милосердия. Благодаря его энергии и широкому пониманию задач общества, отряды Красного Креста были посланы на театры войн: Сербии и Болгарии с Турцией, Греции с Турцией и Италии с Абиссинией, а также приняли участие в борьбе с голодом в 1891—1892 годах. За эти труды он был 15 мая 1883 года удостоен бриллиантовых знаков к ордену Святого Александра Невского, 16 августа 1889 года получил орден Святого Владимира I степени и 26 мая 1896 года орден Святого Андрея Первозванного. 3 сентября 1901 года за долголетнюю службу пожалован знаком отличия беспорочной службы за LX лет. С 9 ноября 1866 года Кауфман был действительным членом Русского технического общества, с 20 февраля 1869 года состоял действительным членом Русского географического общества по отделению статистики, 19 декабря 1885 года был избран почётным членом Санкт-Петербургской Академии наук. В 1898 года Кауфман сложил с себя звание председателя главного управления Красного Креста. В 1899 году был награждён Знаком отличия Красного Креста. С 1890 года по очерёдности награждения входил в состав пенсионеров — кавалеров ордена Святого Георгия IV степени (150 рублей в год). Умер в Санкт-Петербурге 20 января 1902 года, похоронен в Исидоровской церкви Александро-Невской лавры. М.П.Кауфман был женат на Елизавете Петровне Принц, их дети: Пётр (1857—1926, член Государственного совета) и Алексей (1861—1934, командир Лейб-гвардии Гродненского полка, генерал-лейтенант). С 1914 года дети Михаила Петровича носили приставку к фамилии «-Туркестанский», унаследованную от Константина Петровича Кауфмана, не имевшего детей. Имя М.П.Кауфмана носила известная в Санкт-Петербурге община сестёр милосердия. Литература: Редакция журнала. Главный интендант, генерал-адъютант М.П. фон-Кауфман 2-й // Иллюстрированная хроника войны. Приложение к «Всемирной иллюстрации» : журнал. — 1878. — № 72. — Страница 170; Альманах современных русских государственных деятелей. — Санкт-Петербург: Тип. Исидора Гольдберга, 1897. — Страница 39; Фон-Кауфман Михаил Петрович // Список генералам по старшинству. Составлен по 1 мая 1901 года. — Санкт-Петербург: Военная типография, 1901. — Страница 10; Кауфманы // Военная энциклопедия : [в 18 томах] / под редакцией В.Ф.Новицкого [и другие]. — Санкт-Петербург ; [Москва] : Типография товарищества И.Д.Сытина, 1911—1915; Шилов Д.Н., Кузьмин Ю.А. Члены Государственного совета Российской империи. 1801—1906: Биобиблиографический справочник. Санкт-Петербург, 2007; Источники: Covarschi Brighita, Jarcutchi Ion. Academicieni din Basarabia şi Transnistria. Chişinău. CETINI. 1996, p. 89-90.


1822
Уильям Харроу (Willian Harrow)
американский юрист и генерал федеральной армии в годы гражданской войны. Во время сражения при Геттисберге его бригада участвовала в отражении атаки Пикета. Харроу родился в Винчестере (Кентукки) и получил образование в обычной школе. Впоследствии он стал изучать право и был допущен к юридической практике в иллинойском городе Лоуренсвилль. Некоторое время он работал вместе с будущим президентом Абрамом Линкольном. Позже он переселился в Винсенс в Индиане, а затем переехал в Вернон. Он женился на Джульетте Джеймс, чей отец владел частным банком в округе Посей. У них родилась дочь Эстер. Дела Харроу шли успешно и он стал известным человеком в своей округе. Его избрали капитаном роты ополчения, которая называлась «Knox Country Invincibles», которая выполняла в основном церемониальные функции. Когда началась гражданская война, штат Индиана начал формировать роты добровольцев и сводить их в полки. Уильяму было уже 40 лет, но он записался в федеральную армию и благодаря своим связям получил звание майора 14-го индианского полка, который был включён в бригаду Натана Кимбалла. Полк был направлен в западную Вирджинию и участвовал в сражении при Чит-Маунтин и при Гринбриер-Ривер. После этого бригада была переведена в долину Шенандоа, где Харроу получил звание подполковника и участвовал в нескольких сражениях кампании в долине Шенандоа. После сражения при Кернстауне ему присвоили звание полковника. В июле 1862 года его обвинили в употреблении спиртного во время сражения при Кернстауне и уволили из армии, однако уже через месяц он был восстановлен в своей должности. В сентябре 1862 года полк Харроу участвовал в сражении при Энтитеме, где атаковал позиции дивизии Дэниеля Хилла. В этом бою была потеряна почти половина его полка. Вскоре после сражения Харроу стал командовать бригадой, а в октябре Кимбалл лично попросил президента присвоить Харроу звание генерала. 16 октября Линкольн утвердил назначение, однако оно вступило в силу только в конце зимы. Ещё в звании полковника Харроу командовал бригадой во время сражения при Фредериксберге. В апреле 1863 года Харроу наконец получил звание бригадного генерала и официально возглавил 1-ю бригаду 2-й дивизии II корпуса Потомакской армии, сменив на этом посту генерала Альфреда Салли. На тот момент она состояла из четырёх полков: 19-й Мэнский; полковник Френсис Хет; 15-й Массачусеттский; полковник Джордж Уорд; 1-й Миннесотский; полковник Уильям Колвилл; 82-й Нью-Йоркский; подполковник Джеймс Хьюстон. Во время сражения при Геттисберге бригада обороняла Кладбищенский хребет, находясь в резерве, позади бригад Уэбба и Холла. 2 июля командование отправило на левый фланг дивизию Колдуэлла, закрыв зазор несколькими полками из бригад Харроу и Холла. Эти полки попали под удар дивизии Ричарда Андерсона. В бою особенно отличился 1-й миннесотский полк, который остановил атаку алабамский бригады Уилкокса, однако Харроу не присутствовал на том участке боя. В конце дня, когда дивизионный командир Джон Гиббон возглавил корпус, Харроу занял его место командира дивизии. 3 июля имена эта дивизия попала под удар «атаки Пикетта». Она стояла на левом фланге дивизии и вела ружейный огонь по наступающей бригаде Джеймса Кемпера. Когда бригада Армистеда прорвала оборону бригады Уэбба, Харроу отправил свои полки на помощь, однако ряды полков смешались, и бригада стала неуправляемой. Дивизия потеряла 1600 человек из 3773. В бою было захвачено четыре полковых знамени. Сама бригада Харроу потеряла 768 человек. И все же у командования оставались сомнения в способностях Уильяма Харроу. Его командир Джон Гиббон, в своём рапорте высоко оценил двух других дивизионных командиров, однако ни слова не сказал о Харроу. Вскоре он был отстранён от командования и покинул Потомакскую армию. Однако, Линкольн вмешался в его карьеру и Харроу был отправлен на запад, где возглавил 4-ю дивизию XV корпуса. Это назначение вызвало некоторое недовольство среди солдат, которые не очень уважали офицеров, переведённых с востока. Харроу пришлось прибегать к крайним мерам, чтобы заставить солдат повиноваться. И все же его дивизия хорошо проявила себя в битве за Атланту, особенно в сражении за Атланту и в сражении при Эзра-Чеч. В сентябре 1864 года прошла реорганизация армии, и Харроу остался без дела. Его сомнительная репутация стала причиной того, что его отказались принять к себе Оливер Ховард, Уильям Шерман и Уинфилд Хэнкок. Один из его подчинённых позже сказал: «Обладая способностями командира, он нигде наглядно не проявил их в ходе битвы за Атланту…». В апреле 1865 года Харроу уволился из армии. После войны Харроу вернулся в Монт-Вернон, к своей юридической практике. В 1872 году он погиб в Нью-Олбани во время железнодорожной катастрофы. В тот момент он ехал в Джефферсонвилль, где собирался выступить с речью в поддержку кандидата в президенты, Хораса Грили. Умер в Нью-Олбани (штат Индиана, США) 27 сентября 1872 года. Харроу был похоронен на кладбище Беллфнтэйн-Семетери в Монт-Вернон. Литература: Larry Tagg, Generals of Gettysburg: The Leaders of America’s Greatest Battle Da Capo Press, 2008 ISBN 0-7867-4394-8; Williams, Reub. General Reub Williams’s Memories of Civil War Times: Personal Reminiscences of Happenings That Took Place From 1861 to the Grand Review. Edited by Sally Coplen Hogan. Westminster, MD: Heritage Books, 2004. ISBN 978-0-7884-2517-2.

[507x700]
1823
Михаил Николаевич Лонгинов
известный русский литератор, писатель, поэт, мемуарист, библиограф, историк литературы и одновременно видный государственный деятель, крупный чиновник, губернатор Орловской губернии (в 1867—1871 годах) и, наконец, главный цензор России, начальник главного управления по делам печати Министерства внутренних дел (с 1871 года — и до дня своей смерти). Михаил Лонгинов прошёл впечатляющий путь личного развития. Активный либерал и вольнодумец круга «Современника», закадычный приятель Некрасова, Тургенева и Дружинина, вдобавок, автор многих водевилей, «срамных стихов» и откровенно порнографических поэм, спустя всего двадцать лет он стал государственником и, заняв кресло «главного цензора» России, беспощадно вымарывал из произведений своих бывших коллег даже самые незаметные намёки на фривольность или свободомыслие. Михаил Лонгинов родился в Санкт-Петербурге, в семье крупного чиновника, статс-секретаря Николая Михайловича Лонгинова, занимавшего должность управляющего учреждениями вдовствующей императрицы Марии Фёдоровны. Будучи сыном крупного бюрократа с обширными связями в обществе, Михаил Лонгинов пошёл по стопам отца — и впоследствии сам занял весьма заметное место в бюрократической среде времён императора Александра II. Учился и воспитывался Михаил Лонгинов сначала в Александровском Царскосельском лицее, по окончании которого немедленно поступил на юридический факультет Санкт-Петербургского университета, где учился неважно и вёл весьма свободный, богемный образ жизни. Тем не менее в 1843 году окончил обучение с низшим званием действительного студента, и при содействии отца сразу же определился на службу в комиссариат. Дальнейшая карьера Михаила Лонгинова развивалась довольно гладко. В 1846 году он был откомандирован в Симферополь для инспектирования состояния местной провиантской комиссии, а в 1849 году направлен в Саратов для контроля за поставкою провианта для Кавказской армии, где пробыл весьма краткое время. Наскучивши состоять чиновником при армейском снабжении, в том же году Михаил Лонгинов перевёлся на службу в департамент духовных дел по иностранным исповеданиям, а в 1854 году перешёл в канцелярию чиновником при Московском военном генерал-губернаторе Закревском. При этом обширные связи отца и собственные знакомства позволяли Лонгинову не особенно надрываться по службе и распорядок иметь весьма свободный. Довольно часто он имел возможность отлучаться из Москвы в столицу на весьма продолжительное время. Именно концом 1840-х годов датируется его сближение с кругом «Современника», более всего с Некрасовым, Тургеневым, Дружининым и Панаевым. Отойдёт Лонгинов от журнала примерно в 1857 году, не приняв проводимых Чернышевским и Добролюбовым радикальных идей и не разделяя новых принципов «реальной критики». Судя по всему, отход от прежнего круга общения сопровождался у Лонгинова личной обидой и резким пересмотром прежних взглядов. Спустя всего четыре года он выступает с резкими нападками на новых вождей «Современника» в своей ярко полемической статье «Белинский и его лже-ученики» (журнал «Русский вестник», № 6 за 1861 год). Следующие пять лет, в 1859 — 1864 годах, Михаил Лонгинов замещал должность секретаря общества любителей российской словесности при Московском университете. В это время, когда только начинались большие реформы Александра II, Лонгинов по воспоминаниям Николая Гилярова-Платонова, был большим либералом, всячески «выставлял себя самым ярым защитником свободного слова и самым резким порицателем цензурного учреждения». В 1865 году Михаил Лонгинов получил назначение состоять ответственным членом от правительства в Тульском губернском присутствии по крестьянским делам, а уже в следующем году — Крапивенским предводителем дворянства, но в этой должности он состоял всего три месяца, после чего перевёлся на службу в министерство внутренних дел. Однако и там пробыл лишь немногим больше. В 1867 году карьера Михаила Лонгинова вступила в свою наивысшую фазу. По протекции своих столичных друзей он получил неожиданно высокое назначение орловским губернатором, в каковой должности и оставался до 1871 года. В 1871 году Михаил Лонгинов занял последний и высший пост в своей карьере. Его перевели в Санкт-Петербург, где он получил назначение на должность начальника Главного управления по делам печати (или Главного цензора России). Этот пост Лонгинов занимал до самой своей смерти и заслужил на нём своеобразную и громкую славу как в среде чиновников, так и своих бывших друзей и коллег по литературному труду. Либерально настроенный в молодости, уже в 1860-е годы Лонгинов перешёл на ярко выраженные реакционные позиции, которые не замедлили в полной мере проявиться на посту Главного цензора. Тот же Николай Гиляров-Платонов с удивлением отмечал, что Лонгинова словно подменили, его было не узнать, до такой степени «он озлоблением дышал против печати, видел в ней как бы личного врага». Именно Лонгинов выступил главным инициатором и создателем новых цензурных правил от 31 мая 1872 года, сильно дополнивших «слишком либеральный» закон о печати от 6 апреля 1865 года в сторону стеснения положения печати и существенного расширения полномочий министерства внутренних дел в этой области. Временами деятельность Лонгинова на своём посту отличалась крайней раздражительностью, порой доходившей до фанатической нетерпимости к инакомыслию: так например, он собирался наложить запрет даже на издание русского перевода «Происхождения видов» Чарлза Дарвина. Именно по этому поводу Алексей Толстой написал (в стихах) язвительное «Послание к M.H.Лонгинову о дарвинисме», довольно широко распространившееся в списках и копиях. Несомненно, что большинство литераторов воспринимали «ценсорство» срамного поэта Лонгинова, как нечто анекдотическое и несерьёзное, чем только многократно усиливали его раздражение и репрессии. Весьма забавным в один голос находили также и довольно комическое несоответствие добродушной, почти детской внешности Лонгинова и той несусветной строгости, которую он напустил на себя и всех окружающих. Показателен с этой точки зрения самый стиль толстовского «Послания» — нарочито сниженный, фамильярный и почти нецензурный, начинающийся следующим прямым обращением к начальнику Главного управления при Министерстве внутренних дел Российской империи по делам печати:

Правда ль это, что я слышу?
Молвят о́вамо и се́мо:
Огорчает очень Мишу
Будто Дарвина система?

Полно, Миша! Ты не сетуй!
Без хвоста твоя ведь ж…,
Так тебе обиды нету
В том, что было до потопа…

Несмотря на то, что Михаил Лонгинов находился (почти буквально) на посту главного цензора России всего четыре года, имя его стало притчей во языцех как в среде пишущих авторов, так и более широких кругах российской интеллигенции. Все эти годы его сопровождала не только репутация «чудовища» и «тирана», но и более чем двусмысленная слава «автора замечательных по форме, но отвратительных по своему цинизму стихов». Не случайно, когда спустя восемь лет, в 1883 году на тот же самый пост Главного цензора назначили известного литератора Евгения Феоктистова, прошедшего почти подобный путь от либерала круга «Современника» до самого махрового консерватора и охранителя, в нём дружно признали «призрак Лонгинова». И призрак не замедлил с лихвой оправдать присвоенное ему высокое звание, нисколько не тяготясь славой своего предшественника. В своей известной книге воспоминаний под красноречивым названием «За кулисами политики и литературы», Феоктистов охарактеризовал Михаила Лонгинова всего в нескольких словах, как великолепного сочинителя непристойной литературы, которая «своим содержанием могла бы возбудить острую зависть даже в Баркове». После четырёх лет пребывания на посту Главного цензора 4 февраля 1875 года Михаил Николаевич Лонгинов скончался. Его смерть была воспринята в кругах литераторов с подлинным облегчением, почти как «ещё одно освобождение», многие авторы и сочувствующие даже не трудились скрывать своей радости. Эти настроения лучше всяких описаний иллюстрируют многие десятки эпиграмм и эпитафий известных поэтов, написанных «вослед тирану». Вот только одна из них, сочинённая известным русским поэтом и сатириком Дмитрием Минаевым:

Стяжав барковский ореол,
Поборник лжи и вестник мрака,
В литературе — раком шёл
И умер сам — от рака.

Ещё в раннем детстве Михаил Лонгинов был очень живым, развитым ребёнком и производил на окружающих впечатление вундеркинда. Склонность к писаниям он обнаружил в себе очень рано: ещё будучи восьми лет от роду, он сочинил некую повесть под заглавием: «Наездники», которая в том же году была издана его отцом в количестве 50 экземпляров (Санкт-Петербург, 1831 год). Когда в конце 1830-х годов стал выходить энциклопедический лексикон Плюшара, пятнадцатилетний Михаил Лонгинов принял в нём живое участие, специально написав для него несколько статей (в XV—XVI тома). В 1850-х годах Михаил Лонгинов под псевдонимом «Скорбный поэт» публиковал в «Современнике» короткие стихотворения, в те же годы он написал вторую свою повесть «Широкая натура». Большинство сочинённых Лонгиновым порнографических поэм и стихов не только датировано пятидесятыми годами, но и напрямую связана с его друзьями, известнейшими поэтами и писателями круга «Современника». Так, поэма «Бордельный мальчик» посвящена Ивану Панаеву, «Свадьба поэта» имеет в качестве мишени Нестора Кукольника и написана в диалоге с Некрасовым, а известный «Ответ Лонгинова Тургеневу» говорит сам за себя. Широко распространенные в списках и изданные двадцатью годами позднее в Карлсруэ неким «неизвестным доброжелателем» (когда их автор уже находился на посту главного цензора России), срамные стихи составили основную прижизненную славу Лонгинова. Он достойно продолжил эту весьма особую линию русской словесности и подхватил славные традиции Баркова, Пушкина, Лермонтова и своих близких «современников», Некрасова и Тургенева. Можно сказать, что среди русской поэзии второй половины XIX века Михаил Лонгинов в срамном жанре по лёгкости языка и объёму творческого наследия уступал только знаменитому специалисту в своём роде, Петру Шумахеру. Будучи страстным театралом и постоянным любителем как сцены, так и кулис, Михаил Лонгинов приложил свои литературные способности также и в этой области изящного слова. Так, в соавторстве с К.А.Тарановским он перевёл для сцены несколько французских комедий и водевилей, например, «Всех цветочков боле розу я любил», «Быть бычку на веревочке!» (1858 год) и среди прочих, даже одну мелодраму — «Испанский Дворянин» (1858). Особого упоминания заслуживает тот факт, что почти все свои пьесы Лонгинов написал, будучи чиновником канцелярии при Московском военном генерал-губернаторе. Как яркий и вдумчивый библиограф Михаил Лонгинов впервые проявился в те же годы. Его интересы касались в основном тонких подробностей истории русской литературы и масонства XVIII и начала XIX века. В 1856 году, всё в том же журнале «Современник» Лонгинов опубликовал свои первые «Библиографические заметки» о русских писателях XVIII и XIX веков. Чаще всего он интересовался и посвящал свои труды малоизвестным писателям этой эпохи. Так, в 1856—1857 годах Лонгинов написал для «Современника» целый ряд статей и рецензий, в которых раскопал для интересующегося читателя малоизвестные обстоятельства жизни и творчества таких «раритетных» писателей, как Хераскова, Новикова, Фонвизина, Радищева, Дельвига и многих других. После разрыва с «Современником», Михаил Лонгинов продолжал публиковать свои литературно-биографические разыскания в «Русском Вестнике» (1857—1860 года), затем, с момента его основания — в «Русском Архиве» (1863—1865 год), где опубликовал целую серию статей под названием «Биографические разыскания» о разных писателях XVIII и XIX веков и, наконец, в «Русской Старине» — также с момента её основания, в 1870 году, где продолжил прежнюю серию статей под заглавием «Биографические сведения о некоторых русских писателях XVIII века». Также в «Русской старине» вышли в свет и несколько исторических статей Лонгинова (в эти годы он занимал пост орловского губернатора). И в каждой из публикаций Лонгинова всегда имелась какая-либо изюминка, новая деталь, он всякий раз раскапывал нечто новое, ранее неизвестное и с удовольствием предавал огласке найденные им в архивах ценные материалы. В частности, он разыскал и опубликовал массу материалов для полного собрания сочинений многих русских писателей: графа Фёдора Ростопчина, баснописца Ивана Крылова, князя Ивана Долгорукова, поэтов Михаила Милонова и Евгения Баратынского, а также многих других. Особенная заслуга Михаила Лонгинова состояла в том, что он первый разыскал и упомянул о забытых произведениях писателей, о которых до тех пор почти не было известно и не говорилось в печати. В качестве примеров подобного рода можно привести его статьи: «Новые подробности для биографии Новикова и Шварца» («Русский Вестник», 1857—1859, статья вышла отдельно и выдержала три издания), «А.А.Петров и переведённый им хризомандер» («Сборник литературных статей, посвященных памяти А.Ф.Смирдина», том IV, 1859 год), «Княжна Тараканова» (том 23), «Я.Б.Княжнин и его трагедия Вадим» («Русский Вестник», 1860). Две детальные статьи в «Русском Вестнике» Лонгинов посвятил графу Сперанскому, опередив таким образом обширный труд барона М.А.Корфа, вышедший в 1861 году. Как видно из статей о Новикове и Шварце, Лонгинова также интересовали исследования российского масонства, где он также явился одним из пионеров. Кроме нескольких персональных статей, он посвятил этому вопросу самый крупный свой труд: «Новиков и московские мартинисты», вышедший отдельным изданием в Москве, в 1867 году. Эта книга Михаила Лонгинова на долгие годы стала образцовым сборником тщательно проверенных сведений о русской литературе и масонстве конца XVIII века. Библиографические работы Лонгинова не несли в себе какой-либо стройной методологии или системы, но они и по сей день сохраняют ценность как собрание подробного и редкого фактического материала. В этом смысле Михаила Лонгинова можно считать научным предшественником Леонида Майкова, Владимира Саитова, Бориса Модзалевского и других культурных «микрологистов», понимавших историю литературы как сумму подробных биографических и библиографических очерков. Для окончательной характеристики Лонгинова как библиографа и цензора можно привести следующие слова из письма князя Петра Вяземского, прямо и от первого лица обращённые к нему: «Вы отец и командир всей пишущей, грамотной и полуграмотной братии нашей, как строевой и наличной, так и бессрочноотпускной и инвалидной. Вы не только начальник главного управления по делам печати живой и нынешней, но и мёртвой, вчерашней, третьегоднешней и едва ли не допотопной. Трудолюбивый, неутомимый изыскатель по русской части биографической и библиографической, вы всё прочуяли, переведали, пересмотрели, до всего добрались и продолжаете добираться. От ваших истинно цензорских, то есть сотенных аргусов глаз, ничто печатное доныне, и чуть ли не всё писанное, не ускользнуло. Всеведение и память ваша изумительны». Отдельной ценностью обладает также и Лонгинов-мемуарист. Будучи хорошо знакомым с целым рядом русских литераторов первой величины, он не преминул оставить о них свои воспоминания, написанные живым и острым языком. Первым такого рода произведением оказалась его статья, опубликованная в 1854 году в том же «Современнике» под названием «Воспоминание о Гоголе», написанное спустя два года после его смерти. Отец Михаила в 1831 году нанял для него и двоих его старших братьев домашнего учителя словесности. Этим учителем оказался Николай Гоголь, рекомендованный Лонгинову-старшему Жуковским и Плетнёвым. Яркие воспоминания, лишённые всякой сентиментальности, выспренности или детской примитивности разительно отличаются от большинства произведений подобного жанра: «Первое впечатление, произведённое им на нас, мальчиков от девяти до тринадцати лет, было довольно выгодно, потому что в добродушной физиономии нового нашего учителя, не лишенной, впрочем, какой-то насмешливости, не нашли мы и тени педантизма, угрюмости и взыскательности, которые считаются часто принадлежностию звания наставника. Не могу скрыть, что, с другой стороны, одно чувство приличия, может быть, удержало нас от порыва свойственной нашему возрасту смешливости, которую должна была возбудить в нас наружность Гоголя. Небольшой рост, худой и искривленный нос, кривые ноги, хохолок волосов на голове, не отличавшейся вообще изяществом причёски, отрывистая речь, беспрестанно прерываемая лёгким носовым звуком, подёргивающим лицо, — всё это прежде всего бросалось в глаза. Прибавьте к этому костюм, составленный из резких противоположностей щегольства и неряшества, — вот каков был Гоголь в молодости. Двойная фамилия учителя Гоголь-Яновский, как обыкновенно бывает в подобных случаях, затруднила нас вначале; почему-то нам казалось сподручнее называть его господином Яновским, а не господином Гоголем; но он сильно протестовал против этого с первого раза. — Зачем называете вы меня Яновским? — сказал он. — Моя фамилия Гоголь, а Яновский только так, прибавка; её поляки выдумали» — (Михаил Лонгинов. Воспоминание о Гоголе). Ещё большую ценность представляют заметки Лонгинова о Лермонтове, с которым он был знаком не только в детском возрасте, но общался почти десять лет и краткое время даже был весьма дружен. К сожалению, эти воспоминания, написанные в последний год перед смертью Михаила Лонгинова, отрывочны и не носят законченного характера. Они так и называются: «Заметки о Лермонтове» и по своей структуре похожи на разрозненные листки из записной книжки. Тем не менее, в них содержится масса малоизвестных фактов и весьма живых подробностей, не ускользнувших от взгляда Михаила Лонгинова. «Лермонтов был очень плохой служака, в смысле фронтовика и исполнителя всех мелочных подробностей в обмундировании и исполнений обязанностей тогдашнего гвардейского офицера. Он частенько сиживал в Царском Селе на гауптвахте, где я его иногда навещал. Между прочим, помню, как однажды он жестоко приставал к арестованному вместе с ним лейб-гусару покойному Владимиру Дмитриевичу Бакаеву (умер в 1871 году). Весною 1839 года Лермонтов явился к разводу с маленькою, чуть-чуть не игрушечною детскою саблею при боку, несмотря на присутствие великого князя Михаила Павловича, который тут же арестовал его за это, велел снять с него эту саблю и дал поиграть ею маленьким великим князьям Николаю и Михаилу Николаевичам, которых привели смотреть на развод» — (Михаил Лонгинов. Заметки о Лермонтове). В середине 1850-х годов Михаил Лонгинов занимался активным розыском редких и неизданных материалов Пушкина. В этом деле ему помогали друзья поэта: С.А.Соболевский, П.Я.Чаадаев, В.А.Жуковский и П.А.Вяземский. В результате Михаил Лонгинов составил сборник произведений Пушкина, не вошедших в первое собрание сочинений издания П.В.Анненкова. Свою работу Лонгинов снабдил подробными и живыми примечаниями (неизданная рукопись хранится в рукописном отделе Российской государственной библиотеки). Под редакцией Лонгинова были опубликованы два сборника: «Письма Карамзина к А.Ф.Малиновскому» и «Письма Грибоедова к С.Н.Бегичеву» (Москва, 1860 год). Лонгинов написал несколько исторических трудов, богатых редкими и ранее неизвестными документами. Вот некоторые из них: «Драматические сочинения Екатерины II»" (Москва, 1857 год); «Неизданные материалы для истории царствования Екатерины Великой» (Москва, 1858 год); «Покойный граф Д.Н.Блудов» (Москва, 1864 год); «Абрам Петрович Ганнибал» // Русский архив, 1864. — Выпуск 2. — Столбцы 180—191; «Заметка о княжне Таракановой. П поводу картины г. Флавицкого» // Русский архив, 1865. — Издание 2-е. — Москва, 1866. — Столбцы 651—656; «Заметки о Чренышевых» // Русский архив, 1865. — Издание 2-е. — Москва, 1866. — Столбцы 1004—1009; «Известие о Записках князя Ивана Михайловича Долгорукого» // Русский архив, 1865. — Издание 2-е. — Москва, 1866. — Столбцы 964—968; «Хронология некоторых стихотворений князя Ивана Михайловича Долгорукова» // Русский архив, 1865. — Издание 2-е. — Москва, 1866. — Столбцы 968—971; «Несколько известий о Пензенском помещике Струйском» // Русский архив, 1865. — Издание 2-е. — Москва, 1866. — Столбцы 958—964; «Материалы для биографии и полного собрания сочинений графа Федора Васильевича Ростопчина» // Русский архив, 1868. — Издание 2-е. — Москва, 1869. — Столбцы 851—859; «Эпизод из жизни П.Я.Чаадаева. (1820 года)» // Русский архив, 1868. — Издание 2-е. — Москва, 1869. — Столбцы 1317—1328; «Добавление к статье: Несколько известий о первых пособниках Екатерины Великой» // Русский архив, 1870. — Издание 2-е. — Москва, 1871. — Столбцы 965-969; «Несколько заметок для истории русского театра и для биографии некоторых старинных русских актеров» // Русский архив, 1870. — Издание 2-е. — Москва, 1871. — Столбцы 1348—1366; «Несколько замечаний о письмах Екатерины II к княгине Черкасской (Левшиной)» // Русский архив, 1870. — Издание 2-е. — Москва, 1871. — Столбцы 687—694; «По поводу статьи Греча о Плюшаре и об Энциклопедическом лексиконе» // Русский архив, 1870. — Издание 2-е. — Москва, 1871. — Столбцы 1940—1942; «Управление русскими театрами в Санкт-Петербурге и Москве» // Русский архив, 1870. — Издание 2-е. — Москва, 1871. — Столбцы 1551—1558; «Материалы для издания полного собрания сочинений и переводов Жуковского» // Русский архив, 1870. — Издание 2-е. — Москва, 1871. — Столбцы 695—710; «Русский театр в Санкт-Петербурге и Москве» (1873 год, XXIII том «Записок Императорской Академии Наук»); «М.Ю.Лермонтов. Заметки о Лермонтове и о некоторых его современниках» // Русская старина, 1873. — Том 7. — № 3. — Страницы 380—392; «О Санкт-Петербургских дворцах XVIII века» (Москва, 1873 год); «Ф.Н.Обер. Из Санкт-Петербургских воспоминаний 1840-х гг.» // Русская старина, 1874. — Том 11. — № 11. — Страницы 550—557; «Новиков и московские мартинисты» (Москва, 1867 год). Это наиболее крупный труд Лонгинова, посвящённый его излюбленной теме русского масонства. И хотя принципиальное понимание масонства в последней книге узко, а порою даже превратно, но фактический материал очень богат и складывается в широкую картину общественной жизни при Екатерине II. Кроме того, в приложениях напечатаны многие немаловажные документы; Издание наиболее полного собрания сочинений Михаила Лонгинова предпринято в 1915 году (Москва), Л.Э.Бухгеймом, под редакцией П.К.Симони.


1823
Фридрих Конрад Мюллер фон дер Верра (немецкое имя — Friedrich Konrad Müller von der Werra)
немецкий писатель. Родился в Уммерштадте, Пруссия. После Революции 1848 года был вынужден бежать в Швейцарию. Написал: «Die Reime» (1849), «Der Freiheit Wunderhorn» (1850), «Der Liederhort» (1851), «Amaranthos» (1855), «Ein Lorbeerkranz» (1857), «Ein deutscher Eichenkranz» (1857), «Flamboyant» (1859), «Thüringer Volkskalender» (1860—1863), «Der Johannistraum» (1860), «Schwert und Schild» (1860), «Alldeutschland» (1861), «Thüringen» (1861), «Die neue Sängerhalle» (1861—1871), «Das Buch der Lieder» (1866), «Deutscher Kinderfrühling» (1869), «Deutscher Liederhort» (1869), «Ererbt und ergerbt» (1871), «Allgemeines Reichskommersbuch» (1875), «Hohenzollern-Preis» (1879). Умер в Лейпциге 26 апреля 1881 года.

Похоронен на Старом кладбище Святого Иоанна в Лейпциге.
Литература: Мюллер фон дер Верра, Фридрих-Конрад Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: в 86 томах (82 тома и 4 дополнительных) — Санкт-Петербург, 1890—1907.

[600x679]
1823
Роберт Якобус Фрейн (Robert Jacobus Fruin)
голландский историк, профессор Лейденского университета (1860-1894). Родился в Роттердаме. Правый либерал, в методологии следовал идеям социального дарвинизма и позитивизма, проводя (хотя и непоследовательно) принцип комплексного (в том числе и экономического) исследования истории. В трактовке истории Нидерландской буржуазной революции XVI в. на первое место выдвигал национально-освободительный (а не социальный) аспект, главной движущей силой ее считал бюргеров, буржуазию, оранжистов, отводя народным массам роль «толпы». Умер в Лейдене 29 января 1899 года. Сочинения: Tien jaren uit de tachtigjarige oorlog 1588—1598. [12 dr.], Utrecht — Antw., 1961; Verspreide geschriften, [10 dln], 's Gravenhage, 1899—1905.


1825
Август Райсман (в старых источниках — Рейсман; немецкое имя — August Friedrich Wilhelm Reißmann)
немецкий композитор, музыковед и музыкальный журналист. Родился во Франкенштайне, ныне Зомбковице-Слёнске, Нижнесилезское воеводство, Польша. Учился в Бреслау у Иоганна Теодора Мозевиуса (теория), И.П.Люстнера (скрипка), Теодора Каля (виолончель) и других. В 1850—1852 гг. жил и работал в Веймаре, затем в Халле, в 1863—1880 гг. в Берлине, где в том числе в 1866—1874 гг. преподавал историю музыки в Консерватории Штерна. В 1875 г. в Лейпциге защитил докторскую диссертацию, затем работал в Висбадене и вновь в Берлине. Написал оперы «Гудрун» (1871) и «Шорндорфская бургомистрша» (немецкое название — Die Bürgermeisterin von Schorndorf; 1880), ораторию «Виттекинд» (1888), скрипичный концерт, ряд камерных, фортепианных и вокальных сочинений. Наибольший вклад в науку внёс книгой «История немецкой песни» (немецкое название — Geschichte des deutschen Liedes; 1861, переиздание 1874). Автор многочисленных популярно-компилятивных книг по истории музыки, в том числе «Всеобщей истории музыки» (немецкое название — Allgemeine Geschichte der Musik; 1863—1864, в трёх томах), «Иллюстрированной истории немецкой музыки» (немецкое название — Illustrierte Geschichte der deutschen Musik; 1881, переиздание 1892), многократно переиздававшихся биографий Роберта Шумана, Феликса Мендельсона, Франца Шуберта, Йозефа Гайдна, И.С.Баха, Г.Ф.Генделя, К.В.Глюка, К.М. фон Вебера, Фридриха Лукса. Редактировал также ряд справочных изданий, в том числе (начиная с 7-го тома в 1876 г., после смерти Германа Менделя) «Musikalischen Konversations-Lexikon». Умер в Берлине 1 декабря 1903 года.


1828
Андреас Андресен (немецкое имя — Andreas Andresen)
немецкий писатель, искусствовед, составитель каталогов гравюр. Родился в Лойте, Шлезвиг-Фленсбург, Шлезвиг-Гольштейн, Германия. Учился в Киле, Берлине, Бонне и Мюнхене. С 1857 по 1862 год работал в Германском национальном музее в Нюрнберге. Затем он отправился в Лейпциг, где стал главой Наумановского архива рисовального искусства (Naumanns Archiv für die zeichnenden Künste). После смерти Рудольфа Вейгеля в 1870 году руководил также изданием каталога лейпцигского аукциона предметов искусства. Написал ряд сочинений по гравёрному делу, в том числе четырёхтомное издание «Немецкие гравёры XIX века» (немецкое имя — Deutsche Maler-Radirer des XIX Jahrhunderts; Лейпциг, 1866—1870, с предисловием Э.И.Вессели, переиздание 1971), «Руководство для собирателя гравюры» (немецкое название — Handbuch für Kupferstichsammler; Лейпциг, 1870—1872), книгу о Никола Пуссене, а также неоконченное продолжение к справочнику Г.К.Наглера «Монограммисты». Умер 1 мая 1871 года. Источники: Андрезен, Андреас // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: в 86 томах (82 тома и 4 дополнительных) — Санкт-Петербург, 1890—1907.

[563x700]
1828
Лев Михайлович Жемчужников
украинский и российский график и живописец. Представитель демократического реализма. Родился в деревне Павловка, ныне Орловской области. Брат поэтов А.М. и В.М.Жемчужниковых. Был дружен с Т.Г.Шевченко. С 1849 посещал Санкт-Петербургскую Академию Художеств. Испытал влияние П.А.Федотова. Между 1856 и 1860 обучался офорту в Париже. Последователь Т.Г.Шевченко. В 1852—1856 подолгу жил на Украине. В ряде жанровых картин, акварелей и гравюр (офорт "Покинутая", 1860; серия офортов "Живописная Украина", 1861—1862, задумана как продолжение одноименной серии Т.Г.Шевченко) создал правдивые образы украинских крестьян. Умер 6 августа 1912 года. Сочинения: Несколько замечаний по поводу последней выставки в Санкт-Петербургской Академии Художеств, "Основа", 1861, февраль; Мои воспоминания из прошлого, [Ленинград — Москва, 1970]. Литература: Кузнецова Э.М., Лев Михайлович Жемчужников, в книге: Русское искусство... Середина девятнадцатого века, Москва, 1958.


1828
Джеймс Бердсей Макферсон (James Birdseye McPherson)
кадровый офицер американской армии, служил генералом армии Союза во время американской гражданской войны. Был убит в сражении при Атланте, и стал таким образом вторым из генералов высшего ранга, погибших на поле боя. Макферсон родился в Клайде, штат Огайо. Он поступил в академию Норволк в Огайо, затем учился в академии Вест-Пойнт, которую окончил в 1853 году первым из своего класса. В одном класе с ним учились Филип Шеридан, Джон Скофилд и Джон Белл Худ. Макферсон был определен в инженерный корпус во временном звании младшего лейтенанта. В течение года после выпуска он служил в Вест-Пойнте ассистентом инструктора практической инженерии, а с 1854 по 1857 служил ассистентом инженера при сооружении укреплений в бухте Нью-Йорка. В 1857 году он управлял строительством форта Делавер, а в 1857—1861 годах управлял сооружением укреплений на острове Алькатрас в Сан-Франциско.
Гражданская война
Когда началась война, Макферсон находился на службе в Сан-Франциско, но попросил перевести его в Инженерный Корпус, полагая, что служба на Востоке выгоднее для карьерного роста. 1 августа 1861 года он покинул Калифорнию, прибыл в Нью-Йорк и попросил места в штабе генерал-майора Генри Хэллека. Получив его ( в звании капитана инженерных войск), он отправился в Сент-Луис в Миссури. На Западе Макферсон участвовал в сражениях за форт-Генри и форт-Донельсон, получив в это время звание подполковника и должность главного инженера в армии Улисса Гранта. Во время сражения при Шайло он находился при штабе Гранта в звании полковника, а после сражения был повышен до бригадного генерала. 8 октября 1862 года его повысили до генерал-майора и вскоре поручили командовать XVII корпусом в Теннессийской армии Гранта. После того, как командир Теннессийской армии, Уильям Шерман стал главнокомандующим армиями на Западе,а Макферсон занял его место. Армия Макферсона стала правым крылом армии Шермана, в которую входили еще Огайская и Камберлендская армии. На тот момент армия насчитывала 25 000 человек и состояла из XV корпуса Джона Логана, XVI корпуса Гренвилля Доджа и 2-й дивизии из XVII корпуса, которым после Макферсона командовал генерал Блэр. 5 мая 1864 года началась битва за Атланту. Армия Макферсона играла ключевую роль в первом боевом столкновении кампании - сражении при Ресаке. Макферсон был послан в тыл армии Джонстона, чтобы перерезать его коммуникаци и стремительно вышел к железной дороге у Ресаки. И в решающий момент, несмотря на пятикратное численное превосходство своей армии, стал опасаться за фланги. Отступив, он сорвал планы Гранта. «У него было 23 000 лучших солдат армии, - писал Грант в мемуарах, - он мог бы с легкостью занять Ресаку и выдержать атаку всей армии Джонстона, тем более, зная, что Томас и Скофилд уже рядом. Такая возможность не выпадает дважды в жизни, и вот в этот самый момент Макферсон стал излишне осторожен.» Макферсон начал преследовать отступающего от Ресаки противника, и это привело к сражению у горы Кеннесо. Здесь Макферсон оказался на левом фланге армии и должен был провести отвлекающую атаку, но южане сразу поняли, что атака на фронте в 8 миль может быть только демонстрацией. 17 июля генерал Джонстон был отстранен от командование и заменен Джоном Худом. Худу пришлось отводить армию к Атланте. В сражении при Атланте южанам удалось выйти во фланг корпусам Макферсона и заставить их отходить. 22 июля 1864 года Макферсон лично отправился в расположение XVII корпуса, но наткнулся на стрелков противника, которые закричали "Стой!". Макферсон развернул свою лошадь, стремясь ускакать, но по нему открыли огонь и он получил смертельное ранение. Джон Белл Худ впоследствии писал: «Я отмечу гибель моего одноклассника и друга детства, генерала Джеймса Макферсона, известие о которой сильно меня опечалило. С самого выпуска 1853 года мы служили в разных местах и нам не довелось встретиться. Ни годы, ни взгляды, сделавшие нас врагами в этой войне, не отразились на нашей дружбе. Привязанность, сложившаяся в юности, только усилилась, когда я с восхищением наблюдал за его действиями против нас под Виксбергом. Его внимательное и доброе отношение к нам резко контрастировало с тем, что мы наблюдали у других федеральных офицеров.»

Статуя Макферсона в Канзасе
Наследие: Форт-Макферсон в Атланте назван в его честь 20 февраля 1866 года; Площадь Макферсона в Вашингтоне и станция "Площадь Макферсона" названы в его честь. В центре площади установлен конный памятник генералу; Округ Макферсон в Канзасе и город Макферсон названы его именем, и его статуя установлена перед зданием окружного суда; Округ Макферсон в Южной Дакоте основан в 1873 и назван в честь генерала, а также округ Макферсон в Небраске.


1828
Луи-Шарль де Сольс де Фрейсине (французское имя — Louis Charles de Saulces de Freycinet)
французский политик и государственный деятель, четырежды возглавлял кабинет министров Франции. Родился в городе Фу, департамент Арьеж, Франция. Шарль Луи Фрейсине по окончании курса в École polytechnique он перешел в École de mines и затем был инженером в Mont-de-Marsan, Chartres (1854) и Бордо (1855). С 1856 по 1861 год состоял начальником движения Южных железных дорог. В течение 1862—1867 годов исполнял по предложению правительства различные поручения, как во Франции, так и за границей, и за это время представил целый ряд научных работ, из которых следует отметить его «Rapport sur le travail des femmes et des enfants dans les manufactures de l’Angleterre» (1867) и «Principes de l’assainissement des villes» (1878). В 1870 году, после падения империи, Фрейсине был призван Гамбеттой в Тур, где стал во главе военного совета тамошней делегации (10 октября 1870 года). В этом звании он выказал огромную энергию, организуя новые отряды войск, доставая оружие и амуницию и составляя планы ведения войны. После заключения перемирия он вернулся к прежним занятиям и в 1871 году опубликовал интересный труд «La guerre en province pendant le siège de Paris». Как политический деятель, Фрейсине выступил впервые только в 1876 году и, будучи выбран в Сенат Франции, примкнул к левой республиканской партии. 13 декабря 1877 года был назначен Дюфором на пост министра общественных работ. Со свойственной ему энергией Фрейсине составил колоссальный план расширения сети железных дорог и каналов и не только добился от палат согласия на кредит в 500 миллионов франков для выкупа значительного числа небольших частных железнодорожных линий, но также и на постройку новых правительственных линий. Кроме того, он много заботился и об улучшении французских торговых портов. Портфель министра общественных работ Фрейсине сохранил и в кабинете Ваддингтона (4 февраля 1879 года), а после падения его кабинета (29 декабря 1879 года) принял на себя составление нового кабинета, в котором сохранил за собой портфель министра иностранных дел. Фрейсине оставался во главе правительства лишь до сентября 1880 года и, между прочим, успел провести амнистию коммунарам. В 1882 году Фрейсине был избран сенатором и после падения Гамбетты (26 января 1882 г.) стал во главе нового кабмина. Занимая и во втором своем кабинете пост министра иностранных дел, он потерпел поражение в палате по египетскому вопросу; ему было поставлено в вину допущение бомбардировки Александрии Англией. 29 июля 1882 г. кабинет Фрейсине подал в отставку. После падения кабинета Жюля Ферри, вызванного событиями в Тонкине (31 марта 1885 г.), Фрейсине в новом министерстве Бриссона снова получил портфель министра иностранных дел. При нём был заключен мир с Китаем по второму Тянь-цзинскому трактату и подписан трактат с Мадагаскаром. Во главе министерства иностранных дел Фрейсине находился и после отставки Бриссона, когда он сам в третий раз составил новый кабинет (7 января 1886 года).

Карикатура на Фрейсине
Одной из первых мер Фрейсине было присоединение к министерству иностранных дел управления странами, находящимися под протекторатом Франции, тогда как раньше управление это было сосредоточено в министерстве морском и колоний. Из других политических актов Фрейсине следует упомянуть об издании закона об изгнании претендентов. 3 декабря того же года коалиция из монархистов и радикалов свергла кабинет Фрейсине, не утвердив кредита, нужного для подпрефектур. Отказавшись вступить в следующие два кабинета во время последнего года президентства Греви, Фрейсине выставил в декабре 1887 года, вместе с Жюлем Ферри и Флоке, свою кандидатуру на пост президента, но получил лишь 76 голосов из 852. В кабинете Флоке (3 апреля 1888 года) Фрейсине получил портфель военного министра. В первый раз после падения монархии заведование военным министерством было поручено гражданскому министру, а не генералу. Пост этот Фрейсине сохранял за собой и при трех следующих кабинетах: Тирара (22 февраля 1889 года), своего четвёртого кабинета (17 марта 1890 — 18 февраля 1892) и Лубэ. Военное министерство, за время 4-летнего непрерывного управления им Фрейсине, многим было обязано ему. Он установил обязательный срок военной службы в 3 года, распространив его и на воспитанников семинарий и молодых людей либеральных профессий, учредил верховный военный совет и должность начальника главного штаба, заведующего всеми приготовлениями к войне, планами мобилизации и проч., расширил и преобразовал пограничные крепости и т. д. Во время четвёртого кабинета Фрейсине обострился вопрос об отношениях между государством и церковью. Являясь защитником конкордата, считал, однако, необходимым принять, в случае неуважения прав государства, некоторые репрессивные меры против духовенства. Меры эти заключались в проекте нового закона об ассоциациях, направленного главным образом против религиозных ассоциаций. Этот закон был причиной падения кабинета Фрейсине, место которого занял Лубэ (29 февраля 1892 года). В кабинете Рибо он опять занял пост военного министра, но во время панамского дела он оказался до некоторой степени скомпрометированным и 10 января 1893 годавышел в отставку, сдав свой пост генералу Луазийону. В октябре 1898 года он снова стал во главе военного министерства в кабинете Дюпюи. С возбуждением дела Дрейфуса он выступил противником пересмотра, желая спасти скомпрометированных генералов, и вообще действовал нерешительно, стараясь примирить обе враждующие стороны. После смерти Феликса Фора и избрания в президенты Э.Лубэ, положение Фрейсине сделалось довольно сложным, и он, после бурного заседания палаты, вызванного увольнением Фрейсине профессора политехнической школы Дюрюи — сторонника Дрейфуса, подал в отставку (6 мая 1899 года). Во время своей политической деятельности Фрейсине не прекращал и своих занятий ученого и инженера. В 1882 г. Фрейсине был избран членом академии наук, а в 1890 году членом французской академии. Переизбранный в сенат в 1900 году, он заметной роли более не играл; голосовал по большей части с националистами. Шарль Луи Фрейсине скончался в столице Франции городе Париже 14 мая 1923 года. Библиография: 1869 — «Emploi des eaux d' égout en agriculture»; 1870 — «Traité d’assainissement industriel». В области чистой математики ему принадлежат труды по философии математики вообще и метафизике анализа бесконечно малых в частности: 1871 — «De l’analyse infinit ésimale. Etude sur la mé taphysique du haut calcul»; 1896 — «Essais sur la philosophie des sciences. Analyse. M é canique». По прикладной математике и в частности по инженерному делу Фрейсине принадлежат: 1858 — «Trait é de mé canique rationnelle»; 1861 — «Des pentes économiques en chemins de fer. Recherches sur les dé penses des rampes»; 1892 — «Sur les principes de la m é canique rationelle». Источники: Фрейсине, Шарль-Луи // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: в 86 томах (82 тома и 4 дополнительных) — Санкт-Петербург, 1890—1907.


1829
Карл Вильгельм Купфер (немецкое имя — Karl Wilhelm von Kupffer, латышское имя — Kārlis Vilhelms Kupfers)
немецкий анатом, гистолог и эмбриолог. Родился в Лестене, Курляндия (ныне Латвия), изучал медицину в Дерпте, где был учеником знаменитого Фридриха Биддера. В 1854 году стал доктором медицины. С 1856 по 1866 годы — прозектор и экстраординарный профессор в Дерптском университете. В 1866—1876 годах — ординарный профессор в Киле, в 1876—1880 — в Кёнигсберге, а с 1880 года — в Мюнхене. Купфер написал много работ по описательной и сравнительной анатомии. Особенно известны его исследования, проведённые совместно с Биддером, о строении спинного мозга и др. В честь Купфера названы клетки Купфера — специализированные макрофаги печени, основной функцией которых является захват и переработка старых нефункциональных клеток крови. Получил звания рыцаря Karl Wilhelm Ritter von Kupffer (1889). Умер в Мюнхене 16 декабря 1902 года. Работы: De medulla spinalis textura in ranis ratione imprimis habita indolis substantiae cinereae, medicīnas doktora disertācija Tērbatas universitātē (1854); Untersuchungen über die Textur des Rückenmarks und die Entwicklung seiner Formelemente, Leipciga (1857); De embryogenesi apud chironomos observationes, Diss. pro venia legendi, Ķīles universitāte (1866); Beobachtungen über die Entwicklung der Knochenfische, Arch Mikroskop Anat 4 (1868) 209—272; Das Verhältnis der Drüsennerven zu Drüsenzellen, Arch Mikroskop Anat 9 (1873) 387—395; Über Differenzierung des Protoplasmas an den Zellen tierischer Gewebe, Schr. d. naturwiss. Ver. f. Schleswig-Holstein (1875) 229—242; Über Sternzellen der Leber, Arch Mikroskop Anat 12 (1876) 353—358; Immanuel Kants Schädel (kopā ar F. Bessel-Hagen), Kēnigsberga (1880); Über den Nachweis der Gallenkapillaren und spezifischen Fasern in den Leberläppchen durch Färbung, Sitzungsber. d. Ges. f. Morphol. u. Physiol. 5 (1889) 82-86; Über Sternzellen der Leber, Anat Anz 14 (1898) (Ergänzungsh.) 80-86; Über die sog. Sternzellen der Säugetierleber, Arch Mikroskop Anat Entwicklungsgeschichte 54 (1899) 254—288. Литература: Купфер, Карл Вильгельм // Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона: в 86 томах (82 тома и 4 дополнительных) — Санкт-Петербург, 1890—1907; Album academicum der Kaiserlichen Universität Dorpat. — Dorpat, 1889; Kenjiro Wake. Karl Wilhelm Kupffer And His Contributions To Modern Hepatology. Comp Hepatol 3 (Suppl 1) (2004) S2.