Это цитата сообщения ЛАПОПЕНДРОН Оригинальное сообщение

ПО УСАМ ТЕКЛО

Прыгающие рыбки, несколько видов невообразимых креветок, морские жуки, морской язык, морской петух, огромная рыба-бык, лобстеры, омары, раки, речные и морские крабы со связанными водорослями клешнями, мидии в раковинах, улитки в спиральных- и улитки в цилиндрических домиках, рыбы средние, рыбы большие, рыбы маленькие и микроскопические, рыбы морские, озерные и речные, водоросли, приправы, салаты, овощи, фрукты, рис, соусы, курицы, петушки, утки, гуси, говядина, баранина, свинина, мясо змеи, мясо каких-то странных птиц и что-то соевое, десерты, сладкие шарики в десятках вариантах, соки, чаи, фруктовые воды, стручки, орехи, бобы, семена и зернышки, лепестки цветов и сами цветы, какие-то вытяжки из стеблей и что-то еще и еще, и еще... я запутался в меню моментально, как только открыл его.
Мы только что вошли в шикарное фойе огромного фишенебельного ресторана "Sea Food Hotel".
Натертые до зеркального блеска мраморные полы, гул голосов в арках сложной формы, в узорах лепных и резных украшений, в витражах окон и в кристаллах хрустальных люстр.
Нас втретили у входа, на второй ступеньке широчайшей лестницы.
Как только отъехала в сторону дверь нашего минивена и моя нога ступила на брусчатку, живописная девушка у распахнутых дверей ослепительно улыбнулась и сделала знак внутрь холла.
На второй ступеньке лестницы меня бережно подхватила под локоток менеджер Sea Food отеля - черноволосая кудрявая китаянка.
Далее были расшаркивания, приветствия, улыбки, общие фразы и, наконец, меня пригласили пройти в их шоу-зал для выбора меню.
Пробежавшись глазами по вязи иероглифов, не найдя ни слова по-английски, я просмотрел картинки и обратился за помощью к Дафену.
Дафен предложил достать фотоаппарат и следовать за кудрявой теткой.
Тут же в холле первого этажа, вся правая часть была занята — ну как бы это назвать — аквариумом. Стеклянные шкафы с водой, в которых плавают живые рыбы.
Под шкафами большие лотки, в которых тоже вода, а воде шевелится и ползает разная морская и речная мелочь - те самые прыгающие рыбки, жуки, креветки и прочее. Гигантская рыба-игла глупо смотрела на меня своим глазом, скаты "летали" по своему вольеру, как гигантские бабочки, очень резвые рыбки густой стайкой метались от стенки к стенке, красиво переливаясь радужной чешуей, угри учились завязывать из себя морские узлы... и многое многое другое.
Плеск воды, шевеление, запах моря и эхо, как в бассейне.
Я находлся в "Живом меню" ресторана.
Под каждым лотком и аквариумом подвешен ценник. За килограмм, за штуку, за кусок, за пару. Нужно указать "что" и "сколько". Шустрый работник ресторана, быстро выловит, взвесит и унесет (бегом) на кухню.
Осмотр "Живого меню" занял 15 минут.
В отдельных клетках, в холле, гоготали гуси. Рядом бродили за сеткой, странные молчаливые куры. В углу на большом столе краснела разделанная туша барана и большие куски свинины.
Натурализм и цинизм - это всегда где-то рядом. Особенно в кулинарии. Особенно в китайской.
Вытянувшись в струнку, кто-то из свиты зачитал нам весь перечень заказа.
Сказал: "Сися!", и мы поднялись по широкой витой лестнице на третий этаж.
По коврам типичного гостиничного коридора нас провели до нашего номера и открыли дверь.
Маленький холл, в котором кухня для сервировки и умывальник, дальше большая квадратная комната с круглым столом посередине, мягкими стульями вокруг стола и большим мягким диваном у окна. По углам комнаты стояли крупные тяжелые торшеры с вышитыми (драконами) абажурами. У стены размашистый плоский телевизор и, конечно, неизменный спаситель-кондиционер размером с телефонную будку.
Меня усадили напротив этого аппарата, уточнив, что сажают на самое почетное место, как главного гостя. Я хотел было вякнуть что-то против, но тотчас понял, что именно сюда дует холодом белый спаситель, и заткнулся, распаковывая свои палочки. (кто бы знал, как они мне надоели)
За столом расселись. Дафен (наш коммерческий компаньон), Сью (жена босса фирмы посредника), Ёжик (шустрый пацан с головой без затылка и с волосами поднятыми гелем - потому и Ёжик), водитель Дафена и Янь Юнь (моя переводчица, китаянка из Шанхая, в быту просто Таня).
Внесли ненавистный чаек, салфетки, пиалы, воду, чашки. Включили музычку.
И сразу же, непрерывным неторопливым потоком, одно за другим на стол стали вносить и ставить яства. Китайский обеденный стол имеет две столешницы: одна круглая деревянная большая, на которую ставят посуду и на которой едят, и вторая, тоже круглая, но меньшего диаметра, из стекла или пластика, на широком подшипнике. Эта, вторая, столешница вращается. На нее ставят большие емкости с едой. Крутишь стол, накладываешь себе нужное, крутшь дальше.. и так все.
Скоро на стеклянной крутящейся подставке не осталось свободного места.
Что-то фырчало в чугунных сковоробках, что-то ароматно парило в круглых бамбуковых кадушках, что-то нежно пахло в глубоких тарелках и кастрюлях. Огромная запеченая в соусах рыбина размером с пылесос, усыпанная зеленью, Большой поднос с горой разрубленных поплам и сваренных в морской воде крабов. Ведро с раками, тарелки с горками вареных креветок, сороконожек, каких-то других хитиновых панцирей, тушеные овощи, кисло-сладкие фруктовые подливки, супы из рыбок, куриные крылышки, бедрышки, гусиные лапки, куриные гребешки, рыба такая, сякая, другая, лапша, еще лапша, рис и рис, и еще рис... и все время разный... улитки в горячих раковинах, маллюски в распахнутых створках перламутровых домиков, раки, плвники скатов, какая-то трава, листики, дольки, кусочки, лепестки, шарики, манты, рулетики, кубики...
... и холодное пиво Sindao. Уффф, как я в него впился, в это ледяное пиво.
- Вери вэлл, Дафен! Зис бир из вери вэлл! Ай лайк ит!
И он расплылся в довольной улыбке, оглядывая соседей за столом сквозь щелочки, мол, Видели? Да?
И тут же все китайцы дружно клацнули, как клювами, своими палочками и началось... зачавкали.
- Посс! - что-то вроде тоста "Ну, за искусство!"
И нам снова наполняли стаканы.
Хрустели крабами, высасывали улиток, во рту таяло нежнейшее мясо рыб и росла кучка чешуи креветок... Что-то уносилось, что-то вносилось вновь, официанты кружились в хороводе вокруг стола, выдергивая у меня из под носа, порой, то, что я только что с большим трудом очистил и не донес палочками до рта.
Одна мидия, тоненько пискнув, выстрелила между моих палочек и, оставив на память о себе симпатичное рыжее пятно на крахмальной скатерти, склизнула под стол. Клешня краба, когда пытался ее раскусить, больно защемила мне губу, и я с большим трудом (и, как мне показалось, незаметно) избавился от нее без крови и криков (повезло). Длинная рисовая лапша из вкуснейшего супа играла со мной в перетягивание канатиков. Шарики с мясной начинкой никак не хотели держаться меж палочек и мне подсказали, что можно их наткнуть шпажкой (зря боролся, вкус очень специфисский. тайком выплюнул.)
Так, в борьбе за кусочки, в чавканье китайских друзей, в поклонах официантов, в ароматах невозможных блюд, прошел вечер. Ужин (или это был обед?) закончился вдруг и нелепо - кто-то, скорее всего Ёжик, включил телевизор, а там - футбол.
И всё. И церемонии закончились. Все уставились в экран. Китайский комментатор кашляющими звуками нагнетал обстановку.
Я закурил и заскучал, тайком потаскивая из ближней миски понравившиеся мне тушеные рыбьи пузыри.
А потом мы поехали домой. В отель.
И мне снился ночью краб с перевязанной бинтом клешней, который кушал красную икру и громко чавкал.
Он еще что-то говорил, но я не помню, конечно.