Игорь ЛОСЕВ, "Флот України"
25-08-2006 22:44
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
На рубеже ХХ и ХХІ столетий, вопреки заявлениям классиков марксизма о том, что нации якобы сливаются и отмирают, национальный фактор во многих регионах мира вышел на первый план. Советские идеологи утверждали, что в СССР вообще нет национального вопроса, он разрешен раз и навсегда. Подобные утверждения у мало-мальски осведомленных граждан вызывали немое изумление, которое было сродни тому, что вызвала одна гражданка, заявившая на первом в истории телемосте СССР-США: "У нас в СССР секса нет". Бедные янки, услышав такое, ужаснулись, не понимая, каким образом советские люди вообще появляются на свет, не иначе как клеточным делением... Но жизнь все поставила на место. Победные реляции об отсутствии этого пресловутого вопроса еще вызвали бы какое-то доверие, будь они произнесены, например, в Японии, где потомки богини Аматэрасу, легендарной прародительницы японской нации, составляют 99,5% населения. Но переварить подобное в СССР, где были сосредоточены три мировых культурных региона из шести (христианско-европейский, арабо-мусульманский, дальневосточный), где были вынуждены сосуществовать сотни народов и религий, языков и культур...
Особенно умиляло откровение М.С. Горбачева о том, что он не думал, что в СССР национальный вопрос может выйти на первое место. Наивность, достойная президента Исландии, где живут уже тысячу лет только исландцы, причем все они - кровные родственники, потомки экипажа и пассажиров небольшого корабля викингов.
Вот если бы там национальный вопрос встал во главу угла, президент такой страны имел бы полное право искренне удивиться...
Как бы там ни было, события последних лет заметно обострили интерес к науке, именуемой "этнологией". Этнология изучает племена, народности, народы, нации. Название этой научной дисциплины происходит от греческого слова "этнос" - племя, народ, порода. Кстати, поскольку мы европейцы (может быть, и весьма периферийные, но все же), то в нашей культуре и науке мы постоянно ощущаем присутствие наших великих учителей - древних греков и римлян. Без них - никуда. Откройте любой школьный учебник - по арифметике, физике, биологии - и на первых страницах, где излагается история предмета, вы обязательно найдете дюжину греческих и римских имен. И с этим же самым эффектом вы столкнетесь, открыв школьный учебник в Португалии и Швеции, Грузии и Швейцарии, Англии и Болгарии.
Ибо они, как и мы, - европейцы, потому что в основе всего у них, как и у нас, - римляне и греки.
Вся европейская научная терминология на 70% греческого и латинского происхождения. И хотя древнегреческий (архэ) и латынь уже давно мертвы, естествоиспытатели, медики, юристы, гуманитарии охотно используют их лексику, создавая язык науки. Ибо слова живых языков очень многозначны, могут иметь десятки значений. Это прекрасно для поэзии, но плохо для науки, где каждое понятие в идеале должно иметь один четко определенный смысл. А слово "народ" в славянских языках уж очень неоднозначное. Это и часть населения, не относящаяся к социальным верхам - "народ и власть"; это и субъект права - народ как источник всякой власти, суверен; это и просто большое количество людей - "народ вышел на площадь" и т.д. "Этнос" имеет только одно значение - это группа людей, связанных общностью происхождения, языка, культуры, традиций, самосознания и отличающая себя от других таких групп.
Каждый этнос имеет этноним, то есть самоназвание, свое имя. Например, есть этнос, который испанцы называют "аламаны", итальянцы - "тедеско", финны - "саксаляйнен", сербы - "швабы", англичане - "джёмен", а они сами себя зовут - "дёйч". Мы их зовем - "німці". Есть еще один этнос, который мы называем "вірмени", а они себя - "гайк". Те, кого у нас называют "грузинами", сами себя называют "картвелами", а свою страну "Сакартвело".
Причем, этнонимы могут меняться. Например, поляки несколько столетий пользовались этническим именем "лях", и лишь потом стали зваться "поляками". Румыны много веков назывались "волохами" и только в ХІХ веке стали "румынами", что, кстати, в буквальном переводе означает "римляне".
Византийские греки называли себя "ромеос" - "ромеи", что тоже означает "римлянин", хотя, конечно же, они таковыми не были.
Украинцы столетиями употребляли этноним "русин", "руський", хотя никогда не смешивали себя с другим, сформировавшимся на северо-востоке на собственной этнической основе очень энергичным и напористым народом. В интересах недопущения этнической путаницы, после утраты государственности был принят этноним "украинцы", который оказался удивительно стойким и чрезвычайно удачным.
Тем более, что слово "Украина" встречается в летописях, начиная с ХІІ века, и обозначало тогда в основном всю ту территорию, которая ныне входит в состав нашего государства.
Этносы обладают самосознанием, которое возникает на основе противопоставления себя другим этносам, по схеме "мы - они". "Мы - греки, они - болгары". "Мы - ирландцы, они - французы". "Мы - таджики, они - курды" и т.д. Если этнос теряет способность отличать себя от других, сколь угодно близких этносов, значит, речь идет о значительной степени ассимиляции, которая свидетельствует о его угасании и возможном скором исчезновении с арены человеческой истории.
Каждый этнос обладает совокупностью представлений о себе и о других этнических общностях. Это могут быть достаточно точные представления, а могут быть системы стереотипов, предубеждений и иллюзий.
Этносы могут иметь свою территорию, а могут и не иметь ее. Цыгане не имеют и никогда не имели своей территории, но это - этнос, да еще какой стойкий, сумевший сохраниться на протяжении веков вопреки всем социально-историческим катаклизмам.
Евреи две тысячи лет не имели своей территории, но кто сможет сказать, что это не этнос? Впрочем, приведенные примеры - исключение, а не правило. Все этносы возникают, формируются на какой-то земле, которую они после этого могут покинуть или утратить. А могут и снова обрести, как те же евреи, воссоздавшие "Эрец Исраэль" - "страну Израиля", в которую вернулись после 20-векового перерыва.
Но люди могут долго сохранять свою этничность в отрыве от этнической территории. Такие группы, оторванные от родной земли и основной массы своего этноса, называются диаспорой, в переводе - пространством рассеяния. Конечно, самой большой, и, возможно, первой в истории была еврейская диаспора. Но сегодня большинство народов мира имеют свою диаспору. Например, армянская диаспора превосходит количеством армян, проживающих в армянском государстве.
Намного больше ирландцев проживают за границей, чем в самой Ирландии. Есть многочисленные греческая, курдская, турецкая, вьетнамская, китайская, японская, корейская, украинская, испанская, литовская, русская, татарская диаспоры. Когда ныне в кое-каких государствах начинается надрывный плач о "разделенном народе", то для плакальщиков надо срочно открывать курсы этнологии, дабы пояснить им, что подавляющее большинство народов мира являются разделенными. И если они начнут "воссоединяться", то в мире произойдет такой бедлам, что камня на камне не останется. В свое время небезызвестный Адольф Алоизович вознамерился соединить "разделенный" немецкий народ. И действительно, кроме Германии, немцы жили в Польше, Чехословакии, Дании, Швейцарии, Франции, Италии, Венгрии, Румынии, Югославии, Латвии, Литве, Эстонии. Да и в СССР. Результаты интеграционных усилий этого господина известны. Его последователь, ныне сидящий на скамье в Гааге, который решил "воссоединить" всех сербов в одной стране, тоже закончил плохо. Но еще печальней, что его стране еще очень долго придется все это расхлебывать, пребывая у разбитого корыта.
Этносам свойственны особые физические черты - антропологический тип. Но из этого правила есть очень много исключений. Глядя на белых, черных, коричневых, оливковых граждан Бразилии, трудно поверить, что это один народ. Но все сомнения исчезают, когда видишь, как они все вместе танцуют самбу или играют в футбол. Так синхронно действовать могут только дети одной матери - Бразилии. А на футбольном поле они понимают друг друга даже без помощи родного португальского языка, лучшим доказательством чего является пятикратное мировое чемпионство сборной Бразилии. Да и разноцветные кубинцы - единый ныне этнос. Антропологические различия для этноса несущественны.
Это вопрос вкуса. Кому-то симпатичны блондинки, а кто-то без ума от брюнеток. Самый важный элемент этнического единства - это самосознание, чувство общности с данной группой людей, эмоциональное переживание исторической судьбы своего народа. Как писал Маяковский по несколько иному поводу: "Я рад, что я этой силы частица, что общие даже слезы из глаз...".
Наконец, важным отличительным признаком этносов является их культурно-хозяйственный тип. Это орудия труда - японская наковальня разительно отличается от русской. Технология земледелия и строительства жилищ - украинскую хату не перепутаешь с русской избой. Украинский воз, запряженный волами, отличается от русской телеги, запряженной лошадьми, а та, в свою очередь, от латышской.
В ХІХ веке русские крестьяне, переселенцы в Украину, строили срубные избы даже там, где нет леса. Они годами жили в землянках, копили деньги, чтобы купить древесину. Этнические привычки очень устойчивы. Кстати, их тяжело контролировать, что создает определенные проблемы для агентурной разведки. В период второй мировой войны британская контрразведка выловила немало немецких агентов, разоблачив их на совершенных пустяках, например, на манере пришивать пуговицы. Если пуговица имеет четыре отверстия, то пришивать ее можно крест-накрест, параллельно и квадратиком. Уже не помню, как это делают англичане, хотя один британский контрразведчик посвятил этому вопросу несколько страниц в своих мемуарах. Ну разве могли у Абвера дойти руки до такой ничтожной ерунды?
Венгерский востоковед Вамбери, который в позапрошлом столетии захотел проникнуть в запретный для "неверных" город Бухару, выучил арабский, турецкий, фарси, проштудировал Коран, изучил обычаи мусульман - вообще, и арабов тюрок, персов - в частности, но чуть было не "сгорел" на пустяковине, выдавая себя за мусульманина. Кстати, и с "сюнетом" (обрезанием) у него все было в порядке, поскольку Вамбери принадлежал к еврейской общине Австро-Венгрии. И вот в один прекрасный момент, думая, что его никто не видит, расслабившись в каком-то караван-сарае Центральной Азии, он, слушая заунывную восточную мелодию, машинально стал отбивать такт ногой. Это едва не стоило ему провала. Привычка-то оказалась шибко уж европейской. Правда, в данном случае, уже даже не этнической, а общеевропейской.
Однако общность культурно-хозяйственного типа не является решающей. Гуцулы, баски, горные швейцарцы, хевсуры имеют чрезвычайно много общего в быту. Ибо живут в одинаковых природных условиях. Все горцы, даже принадлежа к самым разным народам, похожи.
Иногда культурно-хозяйственный тип роднит этническую группу не со своим, а с другим этносом. Донские казаки однозначно считают себя русскими, но при этом их бытовая культура чрезвычайно близка к бытовой культуре украинцев и южных соседей - кубанских казаков, которых донцы называют "хохлами", безошибочно определяя таким образом их этническое происхождение.
Часто очень важным этнообразующим признаком выступает религия. На Балканах есть очень близкие славянские народы, которые именно благодаря религии стали особыми этносами. Славяне западных Балкан, исповедуя православие, стали сербами, исповедуя католицизм - хорватами, ислам - боснийцами. Впрочем, определенные этнические различия были между ними еще и в языческие времена.
Недавно автор этих строк прочитал в московской "Литературной газете" рассуждения члена-корреспондента РАН Волкова, директора Института славяноведения, показавшиеся ему странными. Впав в обычную по нынешним временам славянофильскую риторику ("все славяне - братья", угу, между прочим, все потомки Адама и Евы - тоже братья и сестры), без пяти минут действительный член РАН настолько вдохновился, что допустил заявление для профессионала, мягко говоря, неприличное. По его мнению, каждый смертный может убедиться в "единстве" "славянского мира" эмпирическим путем, ибо способен в любой славянской стране обойтись без переводчика.
Что ж, можно провести эксперимент. Пусть человек, владеющий только русским языком, пообщается с жителем Словении, владеющим только словенским, с жителем Чехии, владеющим только чешским, с жителем Сербии, владеющим только сербским. И он убедится, насколько серьезные затруднения у него возникнут. Так что политическая возбужденность вредит научному поиску истины. Да что там сербский, чешский! Несколько лет назад мне довелось публично выступать в Киеве на украинском языке в присутствии одной моей московской знакомой. После мероприятия она поделилась со мной своими впечатлениями: "Ну, вот, говорят, братский язык, братский язык, а ни хрена не поймешь". Так это она слушала литературный украинский, а попади она в карпатское, закарпатское, буковинское село... Уж директор-то главного "славянского" института должен бы знать...
Но главным признаком всякого этноса выступает созданная им культура. Этнос может потерять территорию, государственность, язык. Но если он сохранил свою культуру, самосознание, историческую память - он еще жив и способен к возрождению.
Очень важное значение имеет взаимодействие этноса с его природной средой, ландшафтом. Это взаимодействие дает феномен великих народов - мореплавателей, земледельцев, скотоводов, торговцев. Изменение ландшафта может привести к изменению этнического "амплуа". Так, например, народ маори бороздил бескрайние просторы Тихого океана на своих судах, но, поселившись в Новой Зеландии, начисто утратил способность к мореплаванию. Этнографы называют подобное явление - "вторичная дикость".
Многие элементы ландшафта становятся символом этнической принадлежности (береза - у русских, тополь - у украинцев, сакура - у японцев, кедр - у ливанских арабов), часто в сочетании с топонимами (Рейн - у немцев, Днепр и Карпаты - у украинцев, гора Фудзи - у японцев, Волга - у русских).
Иногда именно ландшафт диктует тот или иной тип развития этносов. Например, говоря о причинах более быстрого развития европейской цивилизации, профессор В.О. Ключевский утверждал, что это объясняется величайшим разнообразием форм поверхности в Европе и чрезвычайно извилистыми очертаниями морских берегов (в Европе на 30 квадратных миль материкового пространства приходится одна миля морского берега, а в Азии - одна миля морского берега приходится на 100 квадратных миль материкового пространства). Именно островное положение страны обусловило многие особенности этнического характера англичан, их особое отношение к мореплаванию, флоту. Не случайно национальный гимн провозглашает: "Правь, Британия, морями". А национальная мудрость утверждает: "Флот существует, и поэтому многое не происходит", то есть многое для англичан неприятное. Дай Бог, чтобы мы когда-нибудь поумнели и эта мудрость стала бы нашим национальным тезисом.
Этнические особенности проявляются и в военном деле. В контексте вышесказанного не удивительно, что англичане стали признанными мастерами десантных операций, что они еще раз подтвердили на Фолклендах. Собственно, создание Британской империи было совокупностью десантных операций в разных регионах мира на протяжении многих столетий.
Очень важным для бытия этноса фактором является язык. Язык переживает постоянные изменения, новации. Что-то в нем отмирает, что-то рождается. Языки возникают, погибают, возрождаются, дробятся, сливаются.
Языки по степени общности, сходства объединяются в группы и семьи. Поскольку невежество в широких массах в этом аспекте весьма распространено, следует, очевидно, напомнить: украинский, русский, белорусский языки принадлежат к восточной ветви славянской группы индоевропейской (арийской) семьи языков. Есть еще западная ветвь славянских языков - польский, чешский, словацкий, нижнелужицкий и верхнелужицкий (последние два - это языки небольших этнических групп, сохранившихся в Германии (в районе Дрездена), после почти полного истребления германцами полабских славян) и южная - болгарский, сербский, хорватский, македонский, словенский.
Кроме славянской группы, есть еще германская - немецкий, английский, шведский, голландский, датский, норвежский, исландский, фламандский языки.
Романская - итальянский, французский, испанский, португальский, румынский языки. Есть еще в нашей арийской семье индийские языки, их очень много, самые известные - хинди, урду, раджастани. Есть иранские - фарси, пушту, дари, осетинский, курдский, таджикский. Чуть не забыл назвать балтийскую группу - литовский, латышский и ныне мертвый язык пруссов. Кельтская группа - ирский, гэльский, валлийский, бретонский.
Уральская семья: ограничусь только финно-угорской группой - венгерский, ханты-мансийский, финский, эстонский, марийский, мокшанский, эрзянский, удмуртский, коми.
Алтайская семья делится на тюркскую и монгольскую группы. Их желательно не смешивать, как смешивают монголов и татар. Это настолько же разные народы, как ирландцы и греки.
Тюркская группа - турецкий, татарский, крымскотатарский, азербайджанский, узбекский, туркменский, казахский, киргизский, чувашский, башкирский, якутский, кумыкский, карачаевский, балкарский. А есть еще кавказская семья и много других.
Существует наука, позволяющая достаточно точно выяснить степень родства языков. Она называется глоттохронология. Наука сия исходит из того очевидного факта, что язык меняется; прежде всего это касается лексики. Спросите учеников русскоязычных севастопольских школ, что означают слова "десница" и "шуйца"? Ответят только самые "продвинутые", а 100 лет назад это знал каждый гимназист. Ныне эти слова сохраняются в русском языке как архаизмы. А скоро и так сохраняться не будут. Глоттохронология утверждает, что в любом языке есть 200 базисных слов. Это самые употребительные, без которых не проживешь. Это те слова, которые не для того, чтобы стихи писать, а чтобы выжить. Так вот, по подсчетам представителей названой науки, за 1000 лет из 200 базисных слов уходят, исчезают 39 (не больше и не меньше!). Но 161 слово остается. Коэффициент "сохраняемости лексики" равняется в среднем 80,6% на тысячелетие.
Зная, что в современных украинском и русском языках 62% общей лексики (подсчеты Лингвистического музея Киевского университета им. Т. Шевченко), путем несложных математических подсчетов можно определить, что существенные различия между ними возникли еще до Киевской Руси. Если, конечно, глоттохронология не является "буржуазной лженаукой". Вроде генетики и кибернетики.
Разнообразие этносов в мире есть источник культурного богатства и развития человечества. Всякая унификация такого разнообразия есть дело заведомо вредное и часто выливающееся в преступные формы. Этническая же политика государства должна строиться на основе глубокого знания современных этнических процессов.
И тут наука, которая называется "этнология", - совершенно незаменима.
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote