Это цитата сообщения Йелла_охуелла Оригинальное сообщение

Когда я была маленькой, то среди родителей было модно выделять ребенка мозгами, а если не мозгами, то прочими талантами – но талантами. И мозгами. То есть, ребенком, конечно, нужно было гордиться и хвалиться. Но как-то осмысленно и заслуженно. Поэтому старались как могли. Можно было, например,
- отдать ребенка в художественную школу, а потом развесить по стенам листы ватмана, все в домиках, косых собаках, сюрреалистичных дядьках и тетьках и с гордостью водить гостей по импровизированной картинной галерее. «Нет, корова не обкакалась, это из нее летят бомбы».
- отдать ребенка в музыкальную школу, а потом опять же перед гостями туго цеплять ему на шею бабочку, приклеивать к стульчику и заставлять четырьмя пальцами наяривать какую-нибудь «Смерть Осе».
- отдать ребенка на танцы, а потом, раздобыв видео с записью его неуклюжих топтаний и прихлопов под кряканья Майкла Джексона, лить слезы умиления над этой плачевной картиной (мой случай. Да-да, я ж пять лет танцевала, не побоюсь этого слова)
- отдать ребенка в секцию фигурного катания, а потом с гордостью демонстрировать его синяки, приговаривая: «Ну, вот это мы двойной тулуп не смогли, а вот это – смогли!»
При этом всегда предполагалось, что гордиться нужно чем-то заслуженным, заработанным, что ли. Если не было музыкалки, художки, коньков или шахмат, тов мои замшелые времена гордились пятерками в дневнике, умением в десять лет поджарить яичницу и сварить кашу, пошить платье кукле, самостоятельно набить лицо обидчику, подпеть папе за столом про изгиб гитары и прочие гитары, помочь маме настругать салат, вынуть после из салат дядю Толю, в общем, гордились самостоятельностью, смышленостью, да всем чем угодно, но положительным. А вот если при взгляде на ребенка возникало желание спросить у родителя: «Прститепжалста, вы курили во время беременности или пили после?», то это был уже такой сигнальчик – мол, нечем вам гордиться, тетя Нина.
А вот сейчас все по-другому, сейчас гордиться тем, что ваш ребенок сам выпилил лобзиком сиденье для унитаза – некомильфо. Вот если он этим лобзиком сиденье испооортил, тогда да, тогда поздравляю.
Короче, вашему ребенку уже десять, а он по-прежнему ковыряется в носу соской? Он может часами пялиться в стену и уверяет вас, что видел там зеленых человечков? У него шило в жопе и он уже восемнадцать раз пробивал головой окно в булочной? В восьмом классе он не может выучить больше, чем, например: «Я мужчина-лесбиянец, иностранец, иностранец, я на Лесбосе возрос, о ЛесбОс, ЛесбОс, ЛесбОс! (с)»? Он может прицельно опИсать кошку, но не может сам завязать себе шнурки? Что ж, гордитесь, у вас ребенок – ИНДИГО! С этим не нужно ничего делать, главное – отдать ребенка в специальную секцию, где он вместе с другими такими же детьми будет ковыряться в носу, пилить кегли ручной пилой и готовиться к захвату Земли.

Нет, я конечно верю, что дети-индиго существуют. Что с ними трудно. Что они – особенные. Но почему красивым термином «индиго» вдруг стали называть повальную недоразвитость, капризы и нежелание учиться, мне до сих пор непонятно.