"Поликарп! Поликарп! Поликарп!" - так громко, как могла, каркала ворона, зовя своего благоверного, а тот тем временем валялся в гнезде, налакавшись воды с бензольными разводами в луже, сформировавшейся у самого дерева после затяжного ночного дождя. Его голые, уже совсем не розовые, лапки свисали из гнезда, свитого для их птенцов, и он подергивал ими от удовольствия, еще не зная, что женушка разыскивает его. А Макеевна, толстая ворона с ощипанным бочком и выпущенными перьями наружу из-под крыла уже была готова заклевать его нахальную клювосодержательную харю..."Опять нажрался", подумала она и клюнула его, что есть мочи. Поликарп каркнул на нее, она каркнула в ответ. Обе вороны взмыли в воздух и скрылись за шапками деревьев....

"Вороньи разборки", сказала я себе и пошла восвояси...

LI 5.09.15