Так много ушло, чтобы стало понятно,
что важно, а что - пустота,
одно растворяется в мыле как пятна,
и снова рубашка чиста, другое
насквозь прожигает как уголь,
оставив лишь дыры и тьму,
и хочешь забиться в какой-нибудь угол -
не дамся теперь никому.
Пытаешься жить из последних силенок,
и все даже думают - ах!
Лишь чертово сердце как глупый ребенок,
что вечно сидит в синяках -
ударит одних и само разобьется,
споткнется - колени в крови,
и ты себе шепчешь: да ладно,
уймётся, забей и давай не реви.
Потом всё проходит и думаешь:
"Боже, неужто могло так болеть?"
И все эти шрамы - твой почерк
на коже, ты сам ведь держал
свою плеть, ты сам отмерял
себе силу ударов, цепляясь
за то, чего нет, забыв,
что за самым тяжелым кошмаром -
всегда самый яркий рассвет.
(с) Дикон Шерола (Deacon)

|
|