19.07.2004.
Есть поворот оверштаг, а есть поворот оверкиль...

Я не меньше, чем Ахилл. Неуязвима. Кто-то Там явно не хочет, чтобы я уходила из этого мира…
Встали где-то в 11. В 12 тронулись в путь. В своей палатке я замерзла до ужаса. Было ощущение, что я превращаюсь в ледышку. Холод. Ночь. И сны под стать. Неспокойные, странные, пугающие. Сняться люди, с которыми, волею судеб, мне приходиться общаться достаточно часто и достаточно плотно. Поняла, насколько проник в меня V:tM…
Работали чуть слаженней, но речка с характером. Ярынья. Ее я запомню на всю жизнь. Она достойна называться горной. Пороги, буруны, камни, деревья, запруды, стремнины. Работа для меня в новь, времени для отвлеченных от гребли мыслей почти не остается.
Где-то в районе часа мы пропоролись в самом каменистом и стремительном месте реки. Пристали по разные стороны, все три байдарки. Натянули веревки через речку. Перетащили байдарку, перешли сами. Пока мужчины ее зашивали, мы купались: оттягивали веревку насколько позволяло течение вперед и позволяли ему тащить нас назад, правда речка мелкая, много камней, поэтому немного пообдирали колени. Но это стоило того! Ощущения те же, как при прыжке в штормящее море под гребень волны. Только там это – момент, а здесь постоянно.
Зашились – пошли дальше. По дороге искупались еще на одном пляжике.
Постоянные буруны и стремнины кончились. Появилась спокойная вода.
Но нас это только расслабило. На очередном изгибе реки обнаружили порог, к тому же проход был перегорожен упавшим деревом. Оставался маленький проход у правого берега. В последний момент, понимая, что правым берегом нам не пройти, отец решил поменять направление и пройти под ветками левым берегом. Но течение было слишком сильно. Нас просто выкинуло на ствол причем еще и в поперечном положении. Течение стаскивало нас вниз, а дерево не пускало – оверкиль был неизбежен. Зацепившись за камень я вынырнула из-под байдарки и тут же меня смахнуло с него вернувшимся на место стволом дерева. Опять по лицу. На сей раз без крови. Только пара царапин.
Под водой пульсировала одна мысль: «Только бы не потерять сознание» - удар был сильным.
Выловить удалось практически все. За исключением разных мелочей. Стоянка под деревом на ветру. Мокрые мы вытаскивали вещи, переворачивали байдарку, выливая из нее воду, складывали все обратно. Остальные пристали на другом берегу, течение было слишком сильным, они не могли прийти к нам на помощь, да мы вроде бы справлялись своими силами. От пережитого кидало в дрожь, ветер доканчивал начатое нервами: зуб на зуб не попадал. По сравнению с этими минутами любой другой холод – пустяк. Самое страшное было то, что в нашей байдарке была гитара…
Часов до четырех шли по воде. Думали, что пропоролись, но повезло. В пятом часу встали на стоянку. Пытались покупаться, но вода по всей ширине реки было по колено. Изображали лягушек, откровенно дурачились.
Разложили вещи сушиться, решили позагорать, не заметили как заснули.
Мужчины тем временем ходили в лес, набрали грибов, на ужин был грибной суп. Потом опять костер, гитара. Девчонки распелись, разыгрались, но гитара звучала трагически – не понравилось ей купание…

Огонь, вода и медные трубы. Воду я уже прошла. Я всегда верила ей, она не сможет убить меня. Но сейчас становиться страшно. Услышала: любой оверкиль – это почти всегда гарантированный труп…