Ночью я опять проснулась в слезах. Вернее, не успела толком уснуть из-за них.
Снова эта максудовщина, ну, что поделать. Ничего личного? Всё личное?
Годы (это не гипербола – прим. ред.) упражнений может, и сделали своё дело, но не до конца. Корень где-то глубоко, там, в эгоизме, в могучем самолюбии. Так, наверное.
Записываю, дабы затем выстроить парочку парабол. Фазы луны и солнечных затмений.
Люблю нежно Максудова, очень он мне близок – как многие неврастеники, но я не такова. Я слишком люблю плоть, мне с ней не потеряться, не растаять в пространстве.
И слёзы мои другие. А картинка совпадает – опять те же люди, и бок рояля, и какой-то поверженный на снегу.