Eric Wallis любит рисовать женщин и пейзажи. В творчестве выработал характерный стиль с нотками реализма, экспрессионизма и импрессионизма.
Яркие краски и чувственность всегда преобладают в его работах.
Чаровница и проказница...Скольких ты свела с
ума?...
Не даёшься в руки, дразнишься...Тайной прелести полна...
Очарована
Любовью...Околдована Судьбой...
Излагали слог поэты на коленях пред
тобой...
То смешлива, то застенчива...С томной негою в глазах...
Ты, как
песня переменчива,Ты крещёна в небесах...
С ветром в поле ты
повенчана...Ты - загадка всех веков...
Драгоценность
жизни...женщина...Тайна песен и...стихов..
3.
Приди и тихо стукни в дверь,
Влети в раскрытое окошко.
Быть может, именно теперь
Прямою к сердцу стала стежка.
Пусть говорят: полынь горька,
И жжет крапива босы ноги.
Я придушу в себе царька
И обобью твои пороги.
Перетоплю лед прошлых лет,
И сердем отогрею душу.
Преград меж нами больше нет,
А будут - снова их разрушу.
И стану счастье сторожить.
Мир хоть велик, а все же тесен.
Нам друг без друга не прожить,
Как не прожить душе без песен.
Приди и тихо стукни в дверь,
Шагни из замкнутого круга.
Мир столько видывал потерь,
Зачем же нам терять друг друга?
6.
7.
Она красива! Нет, не то.
Я видел много женщин милых...
Никто! Вы слышите? Никто
С ней конкурировать не в силах!
Глаза прекрасны! Я молчу...
Событий вроде звездопада
Мне описать не по плечу,
Как и чарующего взгляда.
Неповторимый контур губ
В улыбке, грусти и покое.
Губам нежнейшим воздух груб.
Я не дышу, они – святое.
Вздымающая чувства грудь.
Мой пульс – рекорд на каждом вдохе.
Мне так хотелось бы прильнуть,
Побыть в раю хоть на пороге.
Её влекущий внешний вид
Лишает разума мгновенно.
Мужским глазам живой магнит.
Походка, голос – всё бесценно.
Не устаю о ней мечтать,
Глаза сомкну – она. О боги!
Я мог бы на колени встать,
Ласкать божественные ноги.
В ней чары женщин всех времён
Сулят безумство наслаждений.
Кто согрешил с ней, тот пленён
В приятнейшем из всех сражений.
8.
9.
10.
11.
12.
И пробежит по коже дрожь...
И сердце загнанно сожмётся,
Когда однажды ты поймёшь –
Она уйдёт и не вернётся.
Не потому, что час настал,
Хоть чувства тоже угасают,
А потому, что ты солгал,
А ложь любимым не прощают.
Ей был к лицу стальной доспех,
Она щита не опускала...
Ведь ты – единственный из всех,
О ком она всю жизнь мечтала.
Да разве кто-нибудь другой
Был горд удачною попыткой?
И лишь покорная с тобой,
Она вошла в твой плен с улыбкой.
Сняла и платье, и металл,
Она б и с кожею рассталась...
А ты ведь даже не узнал,
Как в этот миг она стеснялась.
Там, за спиною столько плах,
Голгоф и судорог смятений,
И ледяной полночный страх
Не тех... не с теми отношений.
Она боялась не узнать
Тебя, которого искала,
Она боялась потерять
Твой взгляд в толпе, когда узнала...
И тайной вечной и святой
Вошла как свет в твоё сознанье,
И лишь тогда... и лишь с тобой
Узнала счастье обладанья.
Не потеряй её с другой -
Такой единственной не будет,
Прижмись к её груди щекой –
Ты слышишь сердце? ... любит... любит...
13.
14.
15.
Никогда я не был на Босфоре,
Ты меня не спрашивай о нём.
Я в твоих глазах увидел море,
Полыхающее голубым огнем.
Не ходил в Багдад я с караваном,
Не возил я шелк туда и хну.
Наклонись своим красивым станом,
На коленях дай мне отдохнуть.
Или снова, сколько ни проси я,
Для тебя навеки дела нет,
Что в далеком имени - Россия -
Я известный, признанный поэт.
У меня в душе звенит тальянка,
При луне собачий слышу лай.
Разве ты не хочешь, персиянка,
Увидать далекий синий край?
Я сюда приехал не от скуки -
Ты меня, незримая, звала.
И меня твои лебяжьи руки
Обвивали, словно два крыла.
Я давно ищу в судьбе покоя,
И хоть прошлой жизни не кляну,
Расскажи мне что-нибудь такое
Про твою веселую страну.
Заглуши в душе тоску тальянки,
Напои дыханьем свежих чар,
Чтобы я о дальней северянке
Не вздыхал, не думал, не скучал.
И хотя я не был на Босфоре -
Я тебе придумаю о нём.
Всё равно - глаза твои, как море,
Голубым колышутся огнём.
16.
17.
18.
19.