31 июля 1941 года из концлагеря Аушвиц сбежал заключенный. И для устрашения других должны были умереть 10 человек. Возмездием за побег должна была стать их медленная смерть от голода в специально построенном бетонном бункере.
Весь день узники, построенные в шеренги, простояли под палящим солнцем, мучимые голодом и страхом, ожидая, когда немецкий комендант и его помощник пройдут между рядами, совершенно произвольно выбирая этих десятерых. И вот комендант указал на одного человека, которого звали Франциск Гажовничек, и тот закричал в отчаянии: "Бедная моя жена и дети!" В этот момент из шеренги вышел вперед ничем не примечательный человек с невыразительной внешностью и запавшими глазами. Он снял свою кепку и поправил круглые очки в проволочной оправе.
- Что он хочет? - спросил комендант.
- Я католический священник. Я хочу умереть за этого человека. Я стар, и у меня нет никого, а у него жена и дети, - сказал Максимилиан Колбе.
- Не возражаю, - ответил комендант.
Той ночью девять человек и священник отправились в бункер для истязания голодом. Обычно узники раздирали друг друга как каннибалы. Но на этот раз было не так. Пока у них были силы, раздетые донага мужчины, лежа на полу, молились и пели гимны. Через две недели три человека и отец Максимилиан были все еще живы, и их умертвили ядом.

В 1982 году на площади Святого Петра в Риме в торжественной обстановке вспоминали смерть этого священника - отца Максимилиана. Среди 150 тысяч собравшихся был и Франциск Гажовничек, но не один, а со своей женой, детьми и внуками. Спасая одного этого человека, скромный священник спас и всех его потомков. Это была победа, подобная той, которую одержал Иисус Христос на кресте.

Несомненно, смерть Иисуса была несравнимо более значимой, потому что Иисус умер не за кого-то одного, а за каждого человека в мире. Если бы вы были единственным человеком во Вселенной, то Иисус Христос, чтобы спасти вас, умер бы за Вас одного.
Кто из вас согласился бы умереть вместо человека, который лично вас ненавидит, терзает, раздражает, обижает. Кто из вас согласился бы умереть вместо насильника, убийцы, пьяницы, бомжа? Просто для того, чтобы он смог жить и, может быть, стал хорошим человеком? Никто!!! А Сын Божий согласился умереть вместо них и вместо вас. Разве это не любовь? Разве можно не любить такого Бога?
(с)

LI 3.9.25