Прочитала в очередном сборнике готических рассказов пару совершенно психоделических опусов Диккенса. И подумала, что он был очень, очень, не по-викториански ехидный чувак. Как-то я раньше об этом не задумывалась. Что странно, потому что единственное, что я читала у Диккенса - это "Посмертные записки Пиквикского клуба", вещь, несомненно, крайне ехидную. И не менее талантливую. Даже странно, что я больше ничего у Диккенса читать не захотела.