- Чего именно они хотят? - спросила Снежана Кэмерон.

Девушка-киборг вынула у себя правый глаз и теперь настраивала его крошечной отверткой.

- Чертовы антарессцы, - пожаловалась она. - Сквозь их линзы все такое красное, словно я в банке кетчупа. Вот в мое время была оптика...


Снежану собрали от силы лет шесть назад.

Наш шаттл летел среди звезд - и поэт сказал бы, что мы походили на сверкающий драгоценный камень, среди тысяч небесных бриллиантов. На самом деле, мы скорее выглядели как муха, заблудившаяся в супе.

Все-таки хорошо, что поэты в космос не летают.

Или это космос выбивает из нас поэтов, как пыль из половичка?

Я бросил взгляд на панель управления. Хотелось убедиться, что бортовой компьютер не предложит нам сыграть в Тунгусский метеорит, как чуть не случилось в прошлый раз.

На Снежану я не смотрел - неприятно, знаете ли, глядеть на девушку, у которой вместо глаза торчат проводки да винтики.

Впрочем, с другой стороны, она никогда не ходит в бигуди - просто, когда захочет, меняет волосы вместе с кожей на голове. Так что каждому свое.

- Люди по разным причинам обращаются в Гильдию дипломатов, - заметил я. - Одни хотят власти, другие денег. Третьи уже получили первое и второе, и теперь не знают, что с ними делать. Обычно запрос, который мы получаем, звучит примерно так: "Это что которое. М-да. Приезжайте поскорее".

- Веселая у вас жизнь, - согласилась Снежана. - Помоги вставить глаз.

Пословица гласит, что если парень просто увлечен девушкой, то, случись ей простудиться, принесет бедняжке куриного бульона. Если же он влюблен - то станет придерживать ей волосы, когда бульон выйдет на бис.

Но когда вы работаете в сцепке с киборгом - это еще хуже.

Впрочем, за Снежану можно прятаться, когда стреляют. Она пуленепробиваемая.

- Вот так, - сказал я. - Моргни. Насколько я понял, эти ребята - просто мирные фермеры. Какие-то разбойники постоянно нападают на них и отнимают запасы.

- Лучше бы они обратились в Альянс наемников, а не в Гильдию дипломатов.

- А чем, по-твоему, станут платить те, у кого последнюю горсть риса отобрали?

Шаттл приземлился столь плавно, что я этого даже не заметил. Ненавижу Снежану - когда летал без нее, при посадке всегда бился башкой об крышу. Нельзя делать киборгов такими совершенными - иначе скоро они поймут, что гораздо лучше людей.

Через пустыню к нам бежала маленькая такая ящерка, размером со слона-переростка. Из трех голов вырывались столбы огня, от которого песок плавился.

- Может, именно эти твари нападают на деревню? - предположил я. - Боюсь, что с ними будет не очень просто договориться.

Ящер остановился у шаттла и со всей дури забарабанил кулаками в обшивку.

- Спасите-помогите! - верещал он. - Разбойники! Разбойники напали на нашу деревню!

Он пару раз дыхнул, спалив антенну, гидравлику и бортовые механизмы поворота.

- Я с утра слишком много шоколада выпил? - спросил я, осторожно лупая глазами в иллюминатор. - Так это и есть мирный, ик, фермер?

Следующий удар вышиб нам дверь, и пришлось выходить ручкаться.

- О великое двойное солнце! - воскликнул ящер. - Какое счастье, что вы прилетели. Я Солер, наша деревня за тем барханом.

Он стал заламывать лапы.

- Поймите, мы мирные крестьяне. Никто не учил нас воевать. Но старейшина ничего не хочет слышать. Он готовится к бою. Мы обречены. Помогите нам!

- Хотела бы я увидеть разбойников, которые навели страху на эти шипастые огнеметы, - пробормотала Снежана.

- А я бы не хотел, - ответил я.

Ящер запрыгал по пустыне впереди нас, так быстро, словно был блохой, скрещенной с кенгуру.

Пойди я пешком, то ковырялся бы в песке еще лет восемь. Поэтому вывел из ангара небольшой скутер - крышка ангара, естественно, при этом отвалилась, - и последовал за братом по разуму.

Снежана летает сама.

- Может, это священное животное? - предположил я. - А фермеры милые, крохотные беззащитные слизнячки.

Когда я увидел деревню, то понял, что ошибся - весьма. Вокруг каменных хижин столпились такие же ящеры, только раза в два больше - в основном, с пятью или шестью головами.

Навстречу нам вышел старейшина, на груди которого, вместо амулета, покачивалась средних размеров скала.

- Вы прилетели вовремя, - сказал он. - Разбойники уже близко.

Я почесал в затылке, но массаж головы не заставил ее работать лучше.

- Вы хотите, чтобы я поговорил с ними? - неуверенно спросил я.

- Нет, - отвечал старейшина. - Мы бедные люди, простые крестьяне. Но мы знаем и чтим законы чести. Мы будем воевать.

- Стойте! - вскричал Солер. - Опомнитесь! Братья, что же вы делаете? Вспомните, чем все закончилось в прошлый раз! Война не для нас. У нас другой путь. Мы:

- Замолчи, юноша, - гневно прервал его старейшина. - Опасность - ничто перед лицом чести. Не позорь нас перед гостями со звезд.

Я собрался почесать в затылке еще раз, но, вспомнив, чем только что закончился этот маневр, решил не позориться.

- Так чего вы хотите? - спросил я.

- Нет времени, - отвечал старейшина.

Фермеры развернулись и запрыгали к другой части деревни.

- Посмотрим на бой? - предложил я. - Или зароемся в песок поглубже?

Крестьяне собрались вокруг небольшой - по их меркам, конечно, - площади. Только теперь, за их спинами, я смог увидеть разбойников. К селению приближались трое. Сгорбленный старик, ростом с меня, опирался на палку. За ним следовали двое помоложе - но столь же хлипкие на вид.

- Парламентеры? - предположил я. - Или живые бомбы?

- Я - Крагг, Великий Завоеватель! - возопил дедуся. - Склонитесь передо мной и отдайте свои богатства.

- Нет, - гордо отвечал старейшина.

Из его шести ртов повалило столько огня, что хватило бы на средних размеров солнце.

- Мы будем сражаться.

Старичок захихикал, явно предчувствуя победу.

Снежана приподняла одну бровь.

Дедуся опустился на колени, вынул из-за пояса деревянную палку и начертил на земле четыре линии, в виде решетки.

- Никогда не видела, чтобы перед боем проводили такой странный ритуал, - негромко заметила девушка.

Старейшина сел напротив старичка и глубоко задумался. Потом его хвост поднялся - и я уж решил, что тут-то и прихлопнут Великого Завоевателя. Но нет - шипастый кончик завис в воздухе, и нерешительно начертил кружок в центре решетки.

Старичок захихикал.

Палка дрогнула в его руке, быстро начертив крест.

- Это крестики-нолики? - спросил я.

Старейшина долго пыхтел, водя хвостом над девятью клетками. Потом нарисовал еще кружок. Дедуся сделал свой ход, еще, и, разумеется, выиграл.

- Победа, победа! - закричал старикан. - Война окончена!

Гигантские ящеры в ужасе смотрели на него, потом бухнулись на колени.

- Ты победил нас, великий Крагг! - говорили они. - Можешь забирать все, что хочешь.

Дедуся победоносно посмотрел на них, потом хозяйским движением растолкал рептилий и заковылял к амбару.

- Это неправильно, неправильно, - стонал Солер. - Мы же сильнее их. Мы больше. Дышим огнем. Почему же мы подчиняемся им? Зачем было воевать?

- Несчастный безумец, - покачал шестью головами старейшина. - Он уже почти взрослый, а так и не понял, как сурова война. Все живет в мире пустых мечтаний. Вот почему я позвал вас, люди со звезд. Прошу вас, заберите бедного Солера с собой. Он слишком слаб для нашего мира.