• Авторизация


Кто был в Париже, тот в цирке не смеётся 19-11-2026 08:33 к комментариям - к полной версии - понравилось!


https://avatars.dzeninfra.ru/get-zen_doc/271828/pub_6afde8cf4645305247f8ded0_6afde94a6cafb8415dd088ec/scale_1200

Продолжаем цикл о Евросоюзе в разрезе отдельных его членов. Поскольку большинством голосов была выбрана Франция, её и препарируем.

Итак, Париж – столица Франции, потому с него и начнём.

В принципе, заголовок даже не про современный Париж, в который попасть сейчас проблематично. Я там бывал и в 2008, и в 2010 и ещё в каком-то – всё времена вегетарианские, но некоторые нюансы напрягали уже тогда. Прежде всего – обилие загорелых не туристов, уже тогда кучкующихся вдоль всех Елисейских полей, а также странные граффити по всему городу, смысл которых лучше не переводить.

С тех пор город, похоже, изменился до неузнаваемости. Насколько понял, вопреки известной поговорке про фанеру, её сейчас над Парижем днём с огнём, ибо вся ушла на витрины. Вот небольшая зарисовка прямо с парижских улиц от ноября 2026 г., взятая с Fb у моей хорошей знакомой, живущей там уже более 30 лет:

«Ради жизни достойной, свободной и просвещённой, мы снова наведём порядок в хаосе. Жёлтые жилеты возвращаются» (с).

…В Париже серо, сыро, мрачно. И очень холодно. Не топят даже в вестибюлях престижных османовских домов, куда раньше заходили, как в баню или дом родной, где волна нагретого особым (Анатоль-Францевским!) теплом окатывала ещё у лифта и не отпускала до самой нужной вам двери. А внутри квартир – ещё прибавлялось жару, в гостиных с мраморными каминами. Камины, как и обещали, с 2027г запретил Бюссель [видимо, опечатка, имеется ввиду Брюссель – авт.], во имя очистки планеты от человечества с его удовольствиями. Теперь, за растопку дровами забивают поленом штрафом в 1.500 евро. И в 3.000 евро – за рецидив. Правильно говорил профессор Преображенский, раз революция, не надо топить. Газ нынче дорог, дрова запрещены, поэтому, в османовские подъезды теперь заходишь, как в морг и скоро – по всем революционным правилам! – их будут забивать досками, чтобы ходить через чёрный ход.

Досками пока забивают свои витрины самые отчаянные коммерсанты. Иногда табличка «открыто» пришпилена на наглухо законопаченном входе, чтоб случайные покупатели знали – внутри ещё теплится жизнь. Иногда на наглухо законопаченной или, наоборот, показательно пустой витрине висит уведомление «Этот магазин уже посетили, красть здесь больше нечего, проходите мимо».

По стенам уже «посещённых» революцией кварталов можно читать историю. Она ведь, вроде бы, вьётся и повторяется, как спираль, притча или трагедия. Сразу на нескольких, удачно «посещённых» коммерциях, например, можно заметить характерный рисунок чёрной кошки и навернуть по этому поводу слезу, от личных воспоминаний о кино-классике про место встречи, которое изменить нельзя. Сколько кошку ни корми...

Или, например, на жёлтом почтовом ящике можно прочесть «Съешь 1 расиста» – и слегка удивиться, при чём тут ящик. Или на афишной тумбе можно заметить анонс нового фильма под названием «Нужно сжечь маму» – в кинозалах с 11 ноября» – и как-то пригрустнуть. Особенно, если вглядеться и прочитать за тумбой, на витрине банка, размашистые революционные надписи «Сжечь всё» и «АСАВ*». АСАВ, если вы не знали, означает, что «все менты – сволочи», потому что мода нынче такая.

Про «ментов» пишут на стенах, тротуарах и ещё не тронутых витринах. Завтра, во время новых погромов, собираются убить хоть одного мента. На телешоу конфузятся: что вы, да может ли это быть! Ведь революционеры, наоборот, говорят, это полиция убиваэ...

Редкие, не сдающиеся депрессии туристы, бродят по легендарным кварталам с пустыми пассажами, где из двадцати люксовых бутиков открыты от силы пять. Остальные либо заколотились, либо всё вывезли и нарочно не опустили шторы, чтоб хорошо просматривалась пустота внутри. Что, конечно, не поможет сохранить стекло витрин – пустые витрины тоже разобьют в назидание, чтоб не жмотничали, буржуи.

Продавец газетного киоска зябко пританцовывает, перетирает руки и натягивает на замерзающие уши воротник:

- Всё закрою ещё сегодня, до девяти. Но всё равно будут жечь, – говорит обречённо, как если бы констатировал неизбежность, из серии «что воля, что неволя – всё равно».

- И что же делать?

Пожимает плечами:

- Мы привыкли...

Вот. Вот оно. Вот это самое. Вот к этому они всех подвели, на этом провели и этим поимели.

Кафе и рестораны пустеют задолго до темноты. Ещё не спалённые христианские храмы закрыты наглухо и загорожены чугунными решётками. Справа от входа, на доске объявлений красуется напоминание папы Льва XIV – «Только Бог может заполнить пустоту внутри».

А в самом низу доски объявлений – чьё-то, анонимное – «J'existe» ("Я существую")...

***

Примечание: «османовские дома» – застройка, определившая облик современного Парижа. Проводилась во второй половине 19 века под руководством префекта департамента Сена барона Жоржа-Эжена Османа.

Заметьте, ни слова о школьниках, с кого всё вроде бы начиналось, что, впрочем, никак не отменяет их активное участие как на старте, так и в течение уже более месяца. Про мигрантов также ничего, зато много в других зарисовках. И да, вся эта парижанская движуха, как под копирку, происходит во всех прочих крупных (и не очень) французских городах.

В общем, чем-то это смахивает на Москву и другие российские города из святых 90-х и в начале нулевых, но есть и существенная разница: ни масштабных погромов, ни мародёрства в России в те времена не было. Практически единственный случай – погромы на Манежной площади в 2002 году, устроенные футбольными фанатами, жёстко остановленные, включая применение табельного оружия, московской милицией, в адрес которой ни слов, ни лозунгов, типа «АСАВ», изображать было себе дороже. Повсеместно работали уличные рынки, подменившие собой розничную торговлю наряду с нарождающимися коммерческими точками. Всё это крышевали различные ОПГ, соперничавшие и конфликтующие между собой, но косвенно это означало, что торговля просто была под специфической охраной, вместо отсутствующих законов для правоохранителей. Был даже период, когда отличить одних от других было сложно, в том числе по методам, тем не менее, следует отметить: власть в России была и никаких массовых погромов с мародёрствами не допускала. Впрочем, как отмечают многие наблюдатели, в том числе иностранные, в России даже при природных катастрофах мародёрство не в чести. Но это уже другая история, так что, вернёмся к Франции.

Тут надо, на мой взгляд, как-то попытаться объяснить, каким-таким образом Франция докатилась до жизни такой под канонаду о необходимости помогать Украине и российской угрозе, чем не побрезговала даже возможный будущий президент Марин Ле Пен. Коротко не получится, так что, запасайтесь терпением, оно сейчас вообще у нас должно быть в тренде. Тем более, что придётся прикоснуться к причинно-следственным связям, которые привели к сегодняшнему состоянию, ибо любое настоящее есть следствие прошлого.

Так вот, надо сказать, что Франция, начиная с времён колониальных, наследила по миру много где, в основном в Азии и в Африке, а также в Северной Америке. Надо отметить, что практически везде французы сталкивались со своими вечными злейшими соседями, обитающими через Ла-Манш – англичанами и частенько лоб в лоб на одной и той же территории. И те, и другие не были гуманистами – это, если деликатно, а если по принципу «из песни слов не выкинешь», то сплошь и рядом не брезговали массовым геноцидом, что хорошо задокументировано. Разница несущественная: англичане, захватывая новую территорию, действовали обычно через местную элиту, которую подкупали, приставляли к ней надсмотрщиков и делали свои дела, французы же, как правило, первым делом местных вождей уничтожали, ставили своих правителей и таким образом колонизировали территорию, управляя ей из центра.

Впоследствии вышло много книг из-под талантливых перьев, а позже и не менее талантливых фильмов о том, как миссионеры гуманно оцивилизовывали дикарей, но относиться к ним надо лишь как к произведениям искусства, не имеющим отношения к реальности – это правило касается всей колониальной истории, а также не только французов и англичан, а и вообще всех обитателей полуострова на западной окраине Азии. Что это – природная ментальность или острая жизненная необходимость, сейчас не столь важно, а важно другое: таким нехитрым способом Франция и Европа в целом обеспечивали своё благосостояние, закладывая фундамент будущей гегемонии, что, в принципе, им удалось вплоть до 21 века.

Когда закончилась колониальная история, в том числе французская, встал вопрос: как существовать дальше? Выход был найден в неоколониальной паутине договоров, опутавших бывшие колонии. И если с Азией у Франции не заладилось, то Африка оказалась более податливой и многие страны «Чёрного континента» попали под этот пресс, продолжающий выкачивать их природные богатства. Конечно, дешевле было брать всё силой и задаром, неся затраты только на транспортировку, чем строить сложные схемы и платить живыми деньгами, но тут уж ничего не поделаешь – времена откровенных грабежей ушли безвозвратно, Африка уже не та, есть там даже интернет, а главное – есть желание разобраться, почему при таких богатствах континент является самым бедным по уровню жизни.

Так, по зёрнышку, возникла ситуация, когда часть стран, фактически находящихся под французским контролем, стала искать выходы на тех, кто не был запятнан кровавой колониальной историей. Выход из-под французов не был лёгким, но на сегодня под полным управлением Франции пока остались лишь несколько островов у восточно-африканского побережья, а также, ввиду господства языка (франкоязычные) и валюты (франк КФА), гарантированной французским казначейством, ещё полтора десятка стран. Военное же присутствие свелось всего к 1500 человек личного состава на военной базе в Джибути и небольшому контингенту в Габоне (в формате партнёрства).

То есть, за полвека влияние Франции в основной зоне своего контроля стремительно сократилось, что необратимо привело к экономическим проблемам, которые поставили под угрозу благосостояние всех французов. В результате, страна переключилась на финансовые инструменты, резерв которых тоже уже исчерпан: госдолг составляет невиданные 120% к ВВП, или 3,6 трлн евро (€), а совокупный внешний долг совсем запредельный – 277% к ВВП, или 8,36 трлн €.

Поскольку у Франции нет своего «печатного станка», как у США, то и занимать бесконечно нет возможности. Как следствие, падение уровня жизни, а также жёсткая нехватка денег на функционирование государства, не заставили себя долго ждать. Так что, у массовых демонстраций, сопровождаемых разрушительными погромами, вполне банальная причина: война – войной, а кушать хочется всегда и желательно при свете и в тепле. Особенно, когда на дворе уже поздняя осень. Потому у французов, до сих пор особо не протестовавших против участия Франции в войне против России, закономерно перевесил желудок, а также ветшающая инфраструктура, в частности, в школах.

Когда мне в комментариях пишут, что французы и другие европейцы, как обычно побуянят и успокоятся, должен разочаровать – для успокоения нет ни одной реальной причины. Независимо, кстати, от того, кто там хозяин Елисейского дворца, да хоть Папа Римский. Всё, поезд ушёл и даже последний вагон скрылся за горизонтом. Для Франции остались всего две возможности, они же два выбора:

1. Собраться в очередной поход на восток и желательно со всей Европой, в надежде поживиться куском богатой территории. Это из области иррационального.

2. Срочно изменить свою внешнюю политику в отношении России и вернуться к взаимовыгодному экономическому сотрудничеству и без всякого ЕС, что было бы исключительно рационально.

Пока Франция, похоже, выбирает иррациональную логику.

P.S.

Из свежего:

«Каждый день сотни иностранцев приезжают во Францию, чтобы жить здесь так же, как они жили у себя на родине. Массовая иммиграция – это не возможность, а трагедия для Франции», – Марин Ле Пен, 18 ноября.

То есть, главная проблема Франции – мигранты. Не будет мигрантов, Франция заживёт, как прежде. Непонятно только, куда они денутся и не вынесут ли мигранты её первой. С помощью Брюсселя, естественно, пока тот ещё дышит и давно, до совершенства, отработал суперэффективные способы нейтрализации несогласных. Достаточно вбросить в беснующуюся толпу заранее подготовленные лозунги и «штыки» сами собой повернутся в нужную сторону.

Впрочем, чуть раньше та же Марин Ле Пен встретилась с послом Украины и сказала совсем немыслимое: Франция, мол, вроде бы даже перестанет их финансировать. Если правда, это уже кое-что, осталось дезавуировать слова об угрозе со стороны России и ещё самая малость – превратить слова в дела.

Сдаётся мне, что от слов до дел во Франции целая пропасть. Жаль, но Францию, кажется, уже не спасти. Такова селяви.

Александр Дубровский

https://dzen.ru/id/623ecb2fe1006c4b92463ab6

вверх^ к полной версии понравилось! в evernote


Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.

Дневник Кто был в Париже, тот в цирке не смеётся | Stefaniia-Stefa - Дневник Stefaniia | Лента друзей Stefaniia-Stefa / Полная версия Добавить в друзья Страницы: раньше»