Пошел на кухню перекурить, чайку попить.
Сижу, курю, слышу из телевизора голос знакомый раздается.
Смотрю — толстый, волосатый, бородатый, сам великий и ужасный Боря Колобов, он же Катетер, он же Боб с несвойственным ему серьезным лицом что-то рассказывает про царей, цариц и прочую древнюю жизнь.
Борька, сколько ж мы с тобой не виделись?
Если не сто лет, то не многим меньше.
Ты тогда еще был безбород, да и волосы были пожиже.
Ты тогда преподавал в институте, и хипповатый вид был несовместим со статусом советского преподавателя.
Сейчас ты их «пантином» каким-нибудь моешь для густоты и пышности?
А заодно красишь, ибо ни одного седого волоса у тебя не увидел, а лет-то тебе уже ого-го...
У меня уж вся борода выседилась, а у тебя как вороново крыло.
Да и не был ты никогда таким антрацитовым.
Когда в Катетере играли, ты был веселым, толстым, волосатым и усатым.
А я был молодым и красивым.
Ты любил скверные шутки и похабные анекдоты.
И писал тонкие стихи.
А между делом лепил ужасные инсталляции из подручных материалов.
В кунцево где-то, помнишь, выставка была.
Я там сломал свой любимый швейцарский нож, когда что-то откручивал или прикручивал.
Самой выставки не помню, потому что после монтажа меня надолго отвлек портвейн.
Куда делись мои работы тоже не помню.
Может, дома где-нибудь валяются.
Или валялись.
Ну да и фиг с ними, не велика нетленка.
Все твои телефоны я посеял вместе с записными книжками.
А больше мне с тобой связаться никак невозможно.
С димой давно порвал, а других общих знакомых у нас и не было.
Полез искать тебя в сети, но ты, видимо, с компом не дружен, ибо в сети тебя почти нет.
Только несколько передач на тв и на каком-то радио.
Зато совершенно неожиданно наткнулся на «Правдивую историю группы "Катетер"»
Кто записывал это интервью я так и не понял.
Да оно и неважно.
Забавно было прочитать и посмотреть на старые-старые фотографии.
Ты, дима в страшных очках и с чудовищной гитарой...
Это все я помню.
Хотя многое другое забыл напрочь.
Помню базу в музее обороны москвы и комнатушку с аппаратурой.
И как я таскал туда свой тяжеленный квадратный кофр с гитарой.
А в рукавах по батлу кубинского рома.
Он тогда дешевый был.
Хотя и дрянь.
И как ты гремел своими барабанами и покореженными тарелками, похожими на мятые крышки от кастрюль.
А я скучающе долбил и долбил один и тот же риф к Истребителю котят.
Между композициями заканчивалась банка рома.
А потом, к ночи все разъезжались, и ты оставлял мне ключ от кабинета.
И тогда я доставал вторую банку.
И включал тихую музыку.
И ждал стука каблуков по гулкому темному коридору...

Борька, ты позвони мне.
Или напиши.
Хотя ты и компьютер, вещи несовместны...