[600x144]

Унылое сумасшествие, как следствие больничной праздности.
Слушал радио, читал и уныло прогуливался среди голубей и инвалидов.
На редкость пассивное времяпрепровождение.
Сети там почти нет.
То есть интернет, как средство коммуникации и информации — отсутствовало.
Перечитал всего Вудхауза и от тоски взялся за квантовую психологию.
Остро не хватало пишущей машинки фирмы эппл или микрософт.
Еды в обычном понимании там тоже не было.
К концу даже свыкся с обедом из кипяченой воды с укропом, стыдливо маскирующим отсутствие прочих ингридиентов.
И вообще, там чудеса, там леший бродит.
Чудес было в самом деле предостаточно.
И чудеса эти, по большей части, прескверного свойства.
Будто вернулся в Совок андроповских времен.
Ни войти, ни выйти, повсюду грозные надписи, запрещающие всё на свете, в дверях и воротах угрюмые ванькИ с уголовными рожами, хрипящими рациями, и лексиконом из двух слов: «нет» и «не положено».
Внутри не было не только обычного для таких мест магазинчика со всякой необходимой в больницах мелочовкой вроде сигарет, зубной пасты, чая и сахара, там не было вообще ничего.
И выйти в город, чтобы купить поесть что-то взамен каши из не идентифицируемой крупы, невозможно.
Униформные ванькИ тупо стоят на страже рубежей бетонными надолбами.
И что удивительно, даже денег не берут.
Сбегать в город за колбасой исключительно по заявлению, подписанному главврачом.
Четвертовать через повешение за такие порядки надо.
Отбыв там полновесные пятнадцать суток не могу не упомянуть местный корм.
Не еду и даже не пищу, а именно корм.
Для пущей наглядности приведу усреднённый суточный паёк.

1. Макароны обезжиренные с морковной стружкой.
2. Похлебка из капусты мелкого помола.
3. Котлета паровая быстрорастворимая.
4. Гарнир деликатесный из дроблёного картофеля.
5. Взвар фруктово-овощной.
6. Хлеб порционный — 2 штуки.

Как вернулся домой, первым делом — душ, а затем острый пахучий сыр с оливками, каперсами, луковым хлебом и много-много ароматного чая…

LI 7.05.22