Нет, так жить нельзя, сказал однажды господин Жванецкий, и повторил за ним господин Говорухин.
40 градусов хороши в водке.
Те же 40 градусов в тени московских тополей, это совсем никуда не годится.
Температура в квартире уже равна температуре тела.
Ощущение, что ходишь внутри самого себя, оставаясь на месте.
Горячий чай кажется прохладным, а теплая струя в душе почти ледяной.
Вентиляторы работают, как нагреватели, перемешивая воздух температуры жарочного шкафа.
Одна мысль о горячей еде вызывает отвращение и спазм в желудке.
Хочется купить передвижную ванную и жить в ней не вылезая.
С вялым ужасом смотришь на рабочих в оранжевых робах, укладывающих под окнами асфальт.
Причем, его не надо греть, можно просто сразу раскатывать.
С завистью к самому себе вспоминаешь недавние холодные дожди и лужи.
С ненавистью думаешь о градоначальнике, обожающем разгонять тучи.
Бездельников ученых надо заставить придумать способ собирать облака, а не разгонять их.
И чтобы пока не придумают, сидели бы в своих лабораториях без кондиционеров, но в пиджаках и галстуках.
Всю власть надо пересадить из Мерседесов в Жигули и заставить стоять в ней же, властью, организуемых пробках.
Ближе надо быть к народу, товарищи бояре, ближе.
Словом, повторюсь — так жить нельзя.
Но приходится.

[700x]
оригинал статьи: http://pepsimist.ru/zhizn-v-zharochnom-shkafu/

LI 7.05.22