Это цитата сообщения Baroma Оригинальное сообщение
Доску предателю и государственному изменнику, двойному агенту Колчаку в Петербурге облили черной краской
В Петербурге закрасили мемориальную доску адмиралу Александру Колчаку, установленную на минувших выходных на Большой Зелениной улице, 3. Надпись о том, что в этом доме жил «выдающийся русский учёный, офицер и исследователь», замазана из баллончика чёрной краской.
На фасаде здания также появилось граффити «убийца Колчак», передаёт журналист «Фонтанки» с места событий. Сейчас в парадную, где когда-то жил лидер Белого движения, зашли два сотрудника полиции, которые от общения с прессой отказались.
Напомним, мемориальную доску адмиралу Колчаку установили сторонники современного движения «Белое дело».
источник
Часть 1: НАЧАЛО ОПЕРАЦИИ «АДМИРАЛ»
.
Часть 1
НАЧАЛО ОПЕРАЦИИ «АДМИРАЛ»
Из досье на Колчака Александра Васильевича, 1874 г. р., русского, православного вероисповедания, из дворян
«Отец: Василий Иванович Колчак — помещик Херсонской губернии. Вырос в г. Одессе, где закончил гимназию Ришелье. Прошел курс в Институте корпуса горных инженеров, где изучал металлургию. Военную службу прошел в морской артиллерии, позже на Обуховском заводе служил приемщиком Морского ведомства. Ушел в отставку в чине генерал-майора. Умер в 1913 г.
Особые отметки. В Восточной войне1 сражался под Севастополем. Был в плену. Но при этом являлся франкофилом; к России и русским относился с известной долей иронии и скептицизма.
Мать: Ольга Ильинична (урожденная Посохова) — родом из херсонских дворян. Умерла в 1894 г.
Особые отметки. Нет.
Сведения о фигуранте. Колчак А.В. родился 4 ноября 1874 г. В 1888—1894 гг. учился в Морском кадетском корпусе в г. Санкт-Петербурге. Был произведен в мичманы.
В 1895—1899 гг. на крейсерах «Рюрик» и «Крейсер» Колчак А.В. побывал в заграничных плаваниях. Изучил три европейских языка: английский, немецкий, французский. (Охотно шел на контакты с офицерами флота Ее Величества. В беседах допускал критические замечания в адрес Российской империи, впрочем, неизменно подчеркивал, что сфера его интересов лежит вне политики).
В 1900 г. произведен в лейтенанты. В 1900—1902 гг. на русской шхуне «Заря» («Аигога») прошел путь по арктическим морям. Исполнял должности гидролога и второго магнитолога.
В Сибири женился. Жена — Софья Федоровна Омирова. Венчание состоялось 5 марта 1904 г. в городе Иркутске.
За участие в полярных экспедициях Колчак А.В. получил русский орден Святого Владимира 4-й степени.
Принял участие в войне России с Японией в 1904— 1905 гг. В русской крепости Порт-Артур Колчак А.В. служил вахтенным начальником на крейсере «Аскольд», артиллерийским офицером на минном заградителе «Амур», командиром эскадренного миноносца «Сердитый».
После болезни перешел на береговую службу: командовал одной из береговых батарей. Награжден русским орденом Святой Анны IV степени с надписью «За храбрость».
После занятия крепости Порт-Артур японцами Колчак А.В. попал к ним в плен. Был перевезен в Японию, отпущен из плена, переехал в Северо-Американские Соединенные Штаты. Пробыв там около месяца, выехал в Санкт-Петербург. (Точных сведениях о характере пребывания Колчака А.В. в САСШ нет.)
По прибытии в Россию Колчак А.В. был пожалован по высочайшему рескрипту императора Николая Второго золотой саблей с надписью «За храбрость» и орденом Святого Станислава II степени с мечами.
От дальнейшей военной службы Колчак А.В. был уволен по состоянию здоровья, однако в январе 1906 г. стал председателем офицерского Санкт-Петербургского Морского кружка. Вместе с другими его членами разработал записку о создании русского Морского Генерального штаба как органа, ведающего специальной подготовкой флота к войне. В Морском Генеральном штабе с апреля 1906 г. Колчак А.В. был назначен заведовать Отделением русской статистики. В 1908 г. произведен в капитаны 2-го ранга.
В 1912 г. Колчак А.В. был назначен начальником Первого оперативного отдела русского Морского Генерального штаба, в ведении которого находилась вся подготовка флота к возможной войне. В декабре 1913 г. Колчак А.В. произведен в капитаны 1-го ранга; после начала войны с Германией и ее союзниками — флаг-капитан по оперативной части.
Закрыл минными полями Финский залив Балтийского моря, тем самым преградив путь возможного нападения германских военных кораблей на русскую столицу.
В настоящее время Колчак А.В. вступил в командование Минной дивизией; есть сведения, что ему будут переданы все морские силы в Рижском заливе Балтийского моря.
Особые отметки. В 1909 (или 1910 г.) Колчак А.В. вступил в масонскую организацию «Военная ложа», созданную при масонской организации «Полярная звезда».
Сведения на вышеупомянутые масонские организации. В 1887 г. русские политические эмигранты Яблочков (Yablochkoff) и М. Ковалевский открыли в Париже масонскую ложу «Космос», которая стала популярной среди русских оппозиционеров либерального толка. Позже, примерно в 1906 г., Ковалевскому удалось основать в Санкт-Петербурге масонскую ложу «Полярная звезда». В последующие три-четыре года в нее вошла основная часть руководства русской либеральной политической партии («партии конституционных демократов»): М. Ковалевский, С. Котляревский, Е. Кедрин, В. Маклаков, В. Немирович-Данченко, С. Урусов, М. Маргулиес и др.
В Москве была открыта ложа «Возрождение», подчинявшаяся «Полярной звезде». К концу 1909 г. масонские ложи, подчинявшиеся «Полярной звезде», были созданы в ряде других крупных городов России.
В том же, 1909 г., при «Полярной звезде» была создана масонская «Военная ложа», в которую, по нашим сведениям, вошли несколько десятков русских генералов, полковников и перспективных офицеров младших чинов.
Среди них можно назвать следующих лиц: генерала Алексеева, генерала Крымова, генерала Рузского, генерала Вырубова, полковников Головина и Половцева.
Как уже отмечено выше, в 1909 (или 1910 г.) в «Военную ложу» вступил наш фигурант, Колчак А.В. Вступление в эту организацию помогло ему, по некоторым данным, заручиться поддержкой высших офицеров, также входящих в «Военную ложу», и способствовало продвижению Колчака А.В. по служебной лестнице. В то же время, следует полагать, что разглашение факта членства в масонской «Военной ложе» не желательно для нашего фигуранта, так как бросает тень на его патриотическое реноме.
Особые отметки. Характер Колчака А.В. отмечен, по нашим наблюдениям, повышенным честолюбием, некоторым позерством и определенной нервозностью. Несмотря на участие нашего фигуранта в опасных экспедициях и в военных действиях, его нельзя, по-видимому, считать сильной волевой личностью, не поддающейся влиянию... Специально отмечаем его пристрастие к кокаину, а также склонность к романтическим приключениям...»
Резолюция: Рекомендовать полковнику Сэмюэлю Хору2 по прибытии в Россию обратить особое внимание на капитана первого ранга Колчака. Отметить важность привлечения его на нашу сторону (русские минные поля в Балтийском море, секретные планы и т.д.)...
Историческая справка. 10 апреля 1916 г. Колчаку присваивается чин контр-адмирала, а вскоре за этим он получает чин вице-адмирала. 26 июня 1916 г. Колчак назначается командующим Черноморским флотом.
А в 1918 г. флоты Антанты спокойно вошли в русский сектор акватории Балтийского моря, который был заминирован, и в сумятице двух революций 1917 г. минные заграждения никто не снимал. Историк А. Мартиросян в связи с этим утверждает: «Проходным билетом при поступлении на службу британской разведки для Колчака явилась сдача всей информации о расположении минных полей и заграждений в русском секторе акватории Балтийского моря! Ведь именно он и осуществлял это минирование, и у него на руках были все карты минных полей и заграждений!»
http://obshestvomt.ru/blog/43979221074/Operatsiya...vennom-(3-e-pokolenie)-britans
Из досье на Колчака Александра Васильевича, 1874 г. р., русского, православного вероисповедания, из дворян
«Отец: Василий Иванович Колчак — помещик Херсонской губернии. Вырос в г. Одессе, где закончил гимназию Ришелье. Прошел курс в Институте корпуса горных инженеров, где изучал металлургию. Военную службу прошел в морской артиллерии, позже на Обуховском заводе служил приемщиком Морского ведомства. Ушел в отставку в чине генерал-майора. Умер в 1913 г.
Особые отметки. В Восточной войне1 сражался под Севастополем. Был в плену. Но при этом являлся франкофилом; к России и русским относился с известной долей иронии и скептицизма.
Мать: Ольга Ильинична (урожденная Посохова) — родом из херсонских дворян. Умерла в 1894 г.
Особые отметки. Нет.
Сведения о фигуранте. Колчак А.В. родился 4 ноября 1874 г. В 1888—1894 гг. учился в Морском кадетском корпусе в г. Санкт-Петербурге. Был произведен в мичманы.
В 1895—1899 гг. на крейсерах «Рюрик» и «Крейсер» Колчак А.В. побывал в заграничных плаваниях. Изучил три европейских языка: английский, немецкий, французский. (Охотно шел на контакты с офицерами флота Ее Величества. В беседах допускал критические замечания в адрес Российской империи, впрочем, неизменно подчеркивал, что сфера его интересов лежит вне политики).
В 1900 г. произведен в лейтенанты. В 1900—1902 гг. на русской шхуне «Заря»(«Аигога») прошел путь по арктическим морям. Исполнял должности гидролога и второго магнитолога.
В Сибири женился. Жена — Софья Федоровна Омирова. Венчание состоялось 5 марта 1904 г. в городе Иркутске.
За участие в полярных экспедициях Колчак А.В. получил русский орден Святого Владимира 4-й степени.
Принял участие в войне России с Японией в 1904— 1905 гг. В русской крепости Порт-Артур Колчак А.В. служил вахтенным начальником на крейсере «Аскольд», артиллерийским офицером на минном заградителе «Амур», командиром эскадренного миноносца «Сердитый».
После болезни перешел на береговую службу: командовал одной из береговых батарей. Награжден русским орденом Святой Анны IV степени с надписью «За храбрость».
После занятия крепости Порт-Артур японцами Колчак А.В. попал к ним в плен. Был перевезен в Японию, отпущен из плена, переехал в Северо-Американские Соединенные Штаты. Пробыв там около месяца, выехал в Санкт-Петербург. (Точных сведениях о характере пребывания Колчака А.В. в САСШ нет.)
По прибытии в Россию Колчак А.В. был пожалован по высочайшему рескрипту императора Николая Второго золотой саблей с надписью «За храбрость» и орденом Святого Станислава II степени с мечами.
От дальнейшей военной службы Колчак А.В. был уволен по состоянию здоровья, однако в январе 1906 г. стал председателем офицерского Санкт-Петербургского Морского кружка. Вместе с другими его членами разработал записку о создании русского Морского Генерального штаба как органа, ведающего специальной подготовкой флота к войне. В Морском Генеральном штабе с апреля 1906 г. Колчак А.В. был назначен заведовать Отделением русской статистики. В 1908 г. произведен в капитаны 2-го ранга.
В 1912 г. Колчак А.В. был назначен начальником Первого оперативного отдела русского Морского Генерального штаба, в ведении которого находилась вся подготовка флота к возможной войне. В декабре 1913 г. Колчак А.В. произведен в капитаны 1-го ранга; после начала войны с Германией и ее союзниками — флаг-капитан по оперативной части.
Закрыл минными полями Финский залив Балтийского моря, тем самым преградив путь возможного нападения германских военных кораблей на русскую столицу.
В настоящее время Колчак А.В. вступил в командование Минной дивизией; есть сведения, что ему будут переданы все морские силы в Рижском заливе Балтийского моря.
Особые отметки. В 1909 (или 1910 г.) Колчак А.В. вступил в масонскую организацию «Военная ложа», созданную при масонской организации «Полярная звезда».
Сведения на вышеупомянутые масонские организации. В 1887 г. русские политические эмигранты Яблочков (Yablochkoff) и М. Ковалевский открыли в Париже масонскую ложу «Космос», которая стала популярной среди русских оппозиционеров либерального толка. Позже, примерно в 1906 г., Ковалевскому удалось основать в Санкт-Петербурге масонскую ложу «Полярная звезда». В последующие три-четыре года в нее вошла основная часть руководства русской либеральной политической партии («партии конституционных демократов»): М. Ковалевский, С. Котляревский, Е. Кедрин, В. Маклаков, В. Немирович-Данченко, С. Урусов, М. Маргулиес и др.
В Москве была открыта ложа «Возрождение», подчинявшаяся «Полярной звезде». К концу 1909 г. масонские ложи, подчинявшиеся «Полярной звезде», были созданы в ряде других крупных городов России.
В том же, 1909 г., при «Полярной звезде» была создана масонская «Военная ложа», в которую, по нашим сведениям, вошли несколько десятков русских генералов, полковников и перспективных офицеров младших чинов.
Среди них можно назвать следующих лиц: генерала Алексеева, генерала Крымова, генерала Рузского, генерала Вырубова, полковников Головина и Половцева.
Как уже отмечено выше, в 1909 (или 1910 г.) в «Военную ложу» вступил наш фигурант, Колчак А.В. Вступление в эту организацию помогло ему, по некоторым данным, заручиться поддержкой высших офицеров, также входящих в «Военную ложу», и способствовало продвижению Колчака А.В. по служебной лестнице. В то же время, следует полагать, что разглашение факта членства в масонской «Военной ложе» не желательно для нашего фигуранта, так как бросает тень на его патриотическое реноме.
Особые отметки. Характер Колчака А.В. отмечен, по нашим наблюдениям, повышенным честолюбием, некоторым позерством и определенной нервозностью. Несмотря на участие нашего фигуранта в опасных экспедициях и в военных действиях, его нельзя, по-видимому, считать сильной волевой личностью, не поддающейся влиянию... Специально отмечаем его пристрастие к кокаину, а также склонность к романтическим приключениям...»
Резолюция: Рекомендовать полковнику Сэмюэлю Хору2 по прибытии в Россию обратить особое внимание на капитана первого ранга Колчака. Отметить важность привлечения его на нашу сторону (русские минные поля в Балтийском море, секретные планы и т.д.)...
Историческая справка. 10 апреля 1916 г. Колчаку присваивается чин контр-адмирала, а вскоре за этим он получает чин вице-адмирала. 26 июня 1916 г. Колчак назначается командующим Черноморским флотом.
А в 1918 г. флоты Антанты спокойно вошли в русский сектор акватории Балтийского моря, который был заминирован, и в сумятице двух революций 1917 г. минные заграждения никто не снимал. Историк А. Мартиросян в связи с этим утверждает: «Проходным билетом при поступлении на службу британской разведки для Колчака явилась сдача всей информации о расположении минных полей и заграждений в русском секторе акватории Балтийского моря! Ведь именно он и осуществлял это минирование, и у него на руках были все карты минных полей и заграждений!»
***
Источник.
***
Комментарий специалиста по Колчаку коллеги
Операция „Адмирал” или О потомственном (3-е поколение) британском шпионеnachpo
Потомственный (в третьем поколении) британский шпион. О чем говорил и говорил и писал лично У.Черчиль, не однократно.
Настоящая его фамилия Колчакян, русским никогда не был и таковым себя не считал.
Более того, все русское ненавидел патологически о чем не однократно писал свое любовнице Тимиревой, внучке бывшего министра финансов Российской империи.
Православие "исповедовал" только при случае, когда необходимо было показать что он якобы свой.
Дворянство Колчакяны получили только благодаря тому что их дед был надсмотрщиком за переселенцами на вновь заселяемых землях Херсонской губернии и подпадал под действие царского указа о привилегиях.
История с золотой саблей миф. Документов о награждении до сих пор не обнаружено.
А.В. Колчак лично виновен в гибели первой русской полярной экспедиции барона Толя, причастен к необоснованной сдаче Порт Артура, лично виновен в гибели адмирала Макаров и подрыве броненосца Петропавловск, лично виновен в уничтожении линкора "Императрица Мария", лично виновен в оставлении флота Черного моря, лично виновен в неоказании помощи (освобождении из плена царской семьи), лично виновен в хищении золотого запаса империи, лично виновен в организации иностранной интервенции, лично виновен в массовом терроре (геноциде русских) в период гражданской войны...и т.д. и т.п.
Как попал в Россию А.В. Колчак - британский офицер с декабря 1917-го
Об этом не все знают. Об этом сейчас не принято говорить по той же причине, по которой в упоминаниях о легендарном А.А. Брусилове никогда не обмолвятся, что он стал красным генералом. Порой в спорах о Колчаке просят продемонстрировать документ с контрактом. У меня его нет. Он и не нужен. Всё рассказал сам Колчак, всё зафиксировано на бумаге. Всё подтверждено его телеграммами любовнице Тимиревой.
Очень важный важном вопрос - что привело британского офицера в Россию. Особенно в свето того, что некоторые сенаторы и ревнители памяти Колчака выступают за выставление ему памятников:
«должны быть места поклонения, памятники героям Русской Армии, положившим свои жизни, благополучие во имя России, Царя и Отечества. В Омске должен появиться памятник Александру Колчаку!» - © сенатор Мизулина.
Мы покажем, что:
а) Колчак действительно поступил на службу британской короне;
б) Колчак оказался в России по приказу его новых начальников. (При этом сам в Россию не стремился. Может, даже надеялся избежать визита.)
* * *
Из протоколов заседаний Чрезвычайной Следственной Комиссии.
Выделенное курсивом - вставки от arctus.
«…Обдумав этот вопрос, я пришел к заключению, что мне остается только одно — продолжать все же войну, как представителю бывшего русского правительства, которое дало известное обязательство союзникам, Я занимал официальное положение, пользовался его доверием, оно вело эту войну, и я обязан эту войну продолжать. Тогда я пошел к английскому посланнику в Токио сэру Грину и высказал ему свою точку зрения на положение, заявив, что этого правительства я не признаю (запомним эти слова - arctus)и считаю своим долгом, как один из представителей бывшего правительства, выполнять обещание союзникам; что те обязательства, которые были взяты Россией по отношению союзников, являются и моими обязательствами, как представителя русского командования, и что поэтому я считаю необходимым выполнить эти обязательства до конца и желаю участвовать в войне, хотя бы Россия и заключила мир при большевиках. Поэтому я обратился к нему с просьбой довести до сведения английского правительства, что я прошу принять меня в английскую армию на каких угодно условиях. Я не ставлю никаких условий, а только прошу дать мне возможность вести активную борьбу.
Сэр Грин выслушал меня и сказал: «Я вполне понимаю вас, понимаю ваше положение; я сообщу об этом своему правительству и прошу вас подождать ответа от английского правительства».
Тем не менее, у него была возможность остаться служить в российском Флоте, есть много примеров флотского высшего офицерского состава, и на это обращает внимание следователь:
Алексеевский. В то время, когда вы приняли такое тяжелое решение поступить на службу другого государства, хотя бы и союзного или бывшего союзным, у вас должна была явиться мысль, что ведь существует целая группа офицеров, которые вполне сознательно остаются на службе нового правительства во Флоте, и что среди них имеются известные крупные величины… крупные офицеры во Флоте, которые сознательно шли на это, как, например Альтфатер*. Как относились вы к ним?
Колчак. Поведение Альтфатера меня удивляло, так как если раньше поднимался вопрос о том, каких политических убеждений Альтфатер, то я сказал бы, что он был скорее монархистом. ... И тем более меня удивляла его перекраска в такой форме. Вообще, раньше было трудно сказать, каких политических убеждений офицер, так как такого вопроса до войны просто не существовало. Если бы кто-нибудь из офицеров спросил тогда: «К какой партии вы принадлежите?» — то, вероятно, он ответил бы: «Ни в какой партии не принадлежу и политикой не занимаюсь». (а теперь вспомним отмеченные выше слова о непризнании правительства большевиков, и вчитаемся внимательно в следующие - arctus) Каждый из нас смотрел так, что правительство может быть каким угодно, но что Россия может существовать при любой форме правления. У вас под монархистом понимается человек, который считает, что только эта форма правления может существовать. Как я думаю, у нас таких людей было мало, и скорее Альтфатер принадлежал к этому типу людей. Для меня лично не было даже такого вопроса, — может ли Россия существовать при другом образе правления. Конечно, я считал, что она могла бы существовать.
Алексеевский. Тогда среди военных, если и не высказанная, то все же была мысль, что Россия может существовать при любом правительстве. Тем не менее, когда создалось новое правительство, вам уже казалось, что страна не может существовать при этом образе правления?
<…>
Недели через две пришел ответ от военного министерства Англии. Мне сначала сообщили, что английское правительство охотно принимает мое предложение относительно поступления на службу в армию и спрашивает меня, где я желал бы предпочтительнее служить. Я ответил, что, обращаясь к ним с просьбой принять меня на службу в английскую армию, не ставлю никаких условий и предлагаю использовать меня так, как оно найдет это возможным. Что касается того, почему я выразил желание поступить в армию, а не во Флот, то я знал хорошо английский Флот, знал, что английской Флот, конечно, не нуждается в нашей помощи. <…>
А.В. Колчак - А. Тимиревой:
«30 декабря 1917 г. Я принят на службу Его Величества Короля Англии»
… Наконец, очень поздно пришел ответ, что английское правительство предлагает мне отправиться в Бомбей и явиться в штаб индийской .армии, где я получу указания о своем назначении, на месопотамский фронт. Для меня это, хотя я и не просил об этом, было вполне приемлемо, так как это было вблизи Чериого моря, где происходили действия против турок и где я вел борьбу на море. Поэтому я охотно принял предложение и просил сэра Ч. Грина дать мне возможность проехать на пароходе в Бомбей.
А.В. Колчак - А. Тимиревой: «Сингапур, 16 марта. (1918) Встречен распоряжением английского правительства вернуться немедленно в Китай для работы в Маньчжурии и Сибири. Оно нашло, что использовать меня там в видах союзников и России предпочтительно перед Месопотамией.»
…В конце концов, мне удалось в 20-х числах января, после долгих ожиданий, уехать на пароходе из Иокогамы в Шанхай, куда я прибыл в конце января. В Шанхае я явился к нашему генеральному консулу Гроссу и английскому консулу, которому вручил бумагу, определяющую мое положение, просил его содействия устроить меня на пароходе и доставить меня в Бомбей в штаб месопотамской армии. С его стороны было сделано соответствующее распоряжение, но пришлось долго ждать парохода. …
При встрече с первыми «белыми» в Шанхае, приехавшими за оружием, Колчак отказывает в помощи, ссылаясь на свой уже новый статус и связанные с ним обязательства:
Затем еще в Шанхае я впервые встретился с одним из представителей семеновского вооруженного отряда. Это был казак сотник Жевченко, который ехал через Пекин, был у нашего посланника, затем поехал в Шанхай и в Японию с просьбой оружия для отряда Семенова. В гостинице, где я остановился, он встретился со мной и сказал, что в полосе отчуждения произошло восстание против Советской власти, что во главе восставших стоит Семенов, что у него сформирован отряд в 2.000 человек, и что у них нет оружия и обмундирования, — и вот он послан в Катай и Японию просить о предоставления ему возможности и средств закупить оружие для отрядов.
Он меня спрашивал, как я отношусь к этому. Я ответил, что как бы я ни относился, но в данный момент я связан известными обязательствами и изменить своего решения не могу. Он сказал, что было бы очень важно, если бы я приехал к Семенову поговорить, так как нужно, чтобы я был в этом деле. Я сказал: «Вполне сочувствую, но я дал обязательство, получил приглашение от английского правительства и еду на месопотамский фронт». С своей точки зрения, я считал безразличным, буду ли я работать с Семеновым, или в Месопотамии, — я буду исполнять свой долг по отношению к родине.
Как же Колчак всё-таки попал в Россию. Каким ветром «занесло»?
Из Шанхая я уехал на пароходе в Сингапур. В Сингапуре ко мне прибыл командующий войсками генерал Ридаут приветствовать меня, передал мне срочно посланную на Сингапур телеграмму от директора Intelligence Departament осведомительного отдела военного генерального штаба в Англии. Телеграмма эта гласила так: английское правительство приняло мое предложение, тем не менее, в силу изменившейся обстановки на месопотамском фронте (потом я узнал, в каком положении дело, но раньше я но мог этого предвидеть), считает в виду просьбы, обращенной к нему со стороны нашего посланника кн. Кудашева, полезным для общего союзнического дела, чтобы я вернулся в Россию, что мне рекомендуется ехать на Дальний Восток начать там свою деятельность, и это с их точки зрения является более выгодным, чем мое пребывание на месопотамском фронте, тем более, что там обстановка совершенно изменилась.
Обратим внимание еще на одно свидетельство того, что то, чего добивался Колчак - : «я прошу принять меня в английскую армию на каких угодно условиях» - свершилось.
Я сделал уже более половины пути. Это меня поставило в чрезвычайно тяжелое положение, прежде всего материальное — ведь мы все время путешествовали и жили на свои деньги, не получая от английского правительства ни копейки, так что средства у нас подходили к концу и такие прогулки нам были не по карману. Я тогда послал еще телеграмму с запросом: приказание это или только совет, который я могу не исполнить. На это была получена срочная телеграмма с довольно неопределенным ответом: английское правительство настаивает на том, что мне лучше ехать на Дальний Восток, и рекомендует мне ехать в Пекин в распоряжение нашего посланника кн. Кудашева. Тогда я увидел, что вопрос у них решен. Подождавши первого парохода, я выехал в Шанхай, а из Шанхая по железной дороге в Пекин. Это было в марте или апреле 1918 г. <...>
То есть, Колчак подчинился приказу, а не по зову души поехал в Россию.
А про материальные трудности - ну что же, действительно, вопрос логичный, без зарплаты работать могут только сильные романтики и энтузиасты.
А.В. Колчак — А. Тимиревой: «Сингапур, 16 марта 1918. Встречен распоряжением английского правительства вернуться немедленно в Китай для работы в Маньчжурии и Сибири. Оно нашло, что использовать меня там в видах союзников и России предпочтительно перед Месопотамией.»
В снятом для лохов фильме «Адмиралъ», разумеется, про это нет ни слова.
28 июня 1916 года указом императора, в нарушение прав старшинства, Колчак был произведён в вице-адмиралы и назначен командующим Черноморским флотом.
Назначение, как писали офицеры, знавшие Колчака, «потрясло всех». Некоторые современники связывали его с близостью адмирала к думской оппозиции, а в Ставке объясняли это назначение усилением важности Черноморского флота и планами десантной операции в Черноморских проливах. Босфорская операция в итоге так и не была проведена. Вся его деятельность свелась к минированию портов противника.
6 июня 1917 года Колчак передал командование контр-адмиралу В. К. Лукину, совершив таким образом дисциплинарный проступок - дезертирство. Бежал. Решил служить Великобритании.
В канун нового 1918 года Колчак получил, наконец, ответ правительства Великобритании о принятии его на службу. До осени 1918 г Колчак слонялся за границей.
Ему было рекомендовано вернуться на Дальний Восток и включаться там в разворачивавшуюся деятельность по борьбе с большевизмом. В сентябре 1918 года он выехал из Японии во Владивосток.
Колчак отправил письмо генералу Алексееву о своём желании служить под его началом.
Через него рассчитывали наладить отношения с англичанами, так как было известно, что Колчак состоит с ними в наилучших отношениях, однако одновременно и опасались его диктаторских наклонностей.
Переворот произошел в ночь с 17 на 18 ноября 1918 года. Директория оказалась в изоляции.
18 ноября было решено «передать временно осуществление верховной власти одному лицу, опирающемуся на содействие Совета министров, присвоив таковому лицу наименование Верховного правителя». Совет министров голосованием выбрал Колчака. Колчак был произведён в полные адмиралы.
...
27 декабря 1919 года представители Антанты вынудили адмирала Колчака подписать приказ об отречении от прав Верховного правителя России и передать эшелон с золотым запасом под контроль Чехословацкого корпуса.
С согласия АНТАНТЫ, командование Чешским корпусом передало 6 января 1920 г. Иркутскому большевистско-левоэсеровскому Политцентру адмирала Колчака.
7 февраля 1920 г. по приговору Иркутского Ревкома адмирал А.В. Колчак был расстрелян.
В 1916 году, незадолго до февральского переворота, тифлисский городской голова А. И. Хатисов встречался в Тифлисе с великим князем Николаем Николаевичем и предлагал последнему вступить на престол после свержения Императора, которое должно произойти в самое ближайшее время. При этом Хатисов заверил великого князя, что адмирал Колчак полностью на их стороне и готов предоставить для этих целей силы своего флота. В тоже время на встречу с великим князем Николаем Николаевичем в Тифлис приезжал другой великий князь Николай Михайлович и тоже уговаривал своего родственника поддержать заговор против Царя, ссылаясь опять-таки на лояльность черноморского флота. В этой связи интересно, что в воспоминаниях Юсупова Колчак и Николай Михайлович тоже действуют в одной связке.
Сразу же после февраля, стало известно о плане, по которому Черноморский флот должен был перейти в Батум и там, и по всему побережью, произвести демонстрацию в пользу Николая Николаевича, и доставить его через Одессу на Румынский фронт и объявить Императором, а герцога Лейхтенбергского - наследником
Таким образом, упоминаний о причастности Колчака к заговору против Императора Николая II столь много, что их трудно считать просто совпадениями.
Бывший военный министр в правительстве Керенского А.И. Верховский , служивший вместе с Колчаком, вспоминал о первых днях Февральской революции и о Колчаке:
«…Мы проведем завтра парад с молебствием, — говорил он, — на которое выведем все части флота и гарнизона... Мы торжественно провозгласим многие лета Временному правительству, и я скажу о том же несколько слов. Вечером же мы соберем офицеров и поговорим с ними. Колчак говорил спокойно и уверенно."
Как выяснилось после некоторых полемик, тема иностранной интервенции России 1918-21 гг. совсем потерялась из вида, совершенно «замылилась», а порой и вообще оспаривается. В современных СМИ о ней практически нет упоминаний.
Тем самым намеренно или ненамеренно создаётся миф о Гражданской войне как о войне исключительно между «Белыми» и «Красными». Что, очевидно, является манипуляцией.
Итак, вспомним - кто же поддержал «Белых» против «Красных» своей живой силой и техникой:
1. Англия. 28 000 солдат - Архангельск (1918), Мурманск (1918), Балтика (1918), Ревель (1919), Нарва (1919), Чёрное море, (1920), Севастополь (1920), Каспийское море (1920), Закавказье (1918), Владивосток (1918).
2. США. 15 000 солдат. - Архангельск (1918), Мурманск (1918), Транссибирская Ж/Д
3. Франция - Архангельск (1918), Мурманск (1918), Одесса (1918), Херсон (1918), Севастополь (1918), Сибирь.
4. Австралия - 4 000 солдат. Архангельск (1918), Мурманск (1918).
5. Канада - Архангельск (1918). Мурманск (1918).
6. Италия - Мурманск, Дальний Восток.
7. Греция - 2 000 солдат. Одесса, Чёрное море.
8. Румыния - Бессарабия.
9. Польша - Север России, Юг, Сибирь.
10. Япония. 28 000 солдат - Дальний Восток (Владивосток, Сахалин)
11. Китай - Архангельск (1918), Мурманск (1918).
12. Сербия - "Сербский батальон". Север России.
13. Финляндия - Карелия. "Карельский" и "Мурманский" легионы, созданные англичанами.
14. Германия. Украина, Прибалтика, часть европейской России
15. Австро-Венгрия. (союзник Германии)
16. Турция (Османская империя). Закавказье.
Некоторые включают Индию - но это излишне, т.к. она была представлена в качестве английских колониальных сил на Закавказье
Можно вспомнить и Чехословацкий корпус, ставший спусковым крючком, "аттрактором" Гражданской - но он из России, т.к. сформирован из военнопленных австро-венгерской армии.
Оппоненты, громогласно заявляя о том, что с Советской стороны тоже воевали представители иных стран, упорно отказываются при этом назвать государства, которые своей волей отправили на территорию России свои регулярные вооруженные силы воевать бок-о-бок с РККА.
Мы знаем, почему.
----------------------------------------------
Сантехник Сегодня, 01:56
С трудом могу вспомнить, каких захватчиков не было на нашей земле. Каждой твари по паре. Их могилами усеяна вся европейская часть России и Дальний Восток.
С 1055 года по 1462-й историк Соловьев С.М. насчитывает 245 известий о нашествиях на Русь, причем двести из них приходятся на 1240-1462 гг., то есть примерно по одному почти на каждый год.
В дальнейшем, с XIV века - писал в 1894 году знаток русской военной истории генерал Сухотин Н.Н. (книга "Война в истории русского мира") - и до наших дней, в течение 525 лет Россия провела в войнах еще 305 лет, то есть почти две трети своей жизни.
И только после ВОВ, где Россия потеряла 27 миллионов своих граждан, с обретением ядерного оружия прямые военные поползновения на нашу территорию прекратились, 72 года в относительном "мире". Теперь только "гибридная война", т.е. изподтишка, хитростью пытаются рассорить единство россиян, вбить клин между народами. С Украиной получилось, на очереди - Белоруссия, Казахстан. Их элиту будут проверять на жадность и беспринципность.
----------------------------------------------------
https://politikus.ru/articles/105868-general-keller-smert-za-velikuyu-rossiyu.html - Генерал Келлер. Смерть за Великую Россию
В ночь с 20 на 21 декабря 1918 года из братского корпуса киевского Михайловского монастыря вышла группа людей. Впереди молча, гордо подняв голову, шел с отчетливой военной выправкой высокий, немолодой уже, человек. На нем была шинель с золотыми погонами генерала от кавалерии Российской императорской армии и большая, «маньчжурская», папаха. Рядом двое в офицерских шинелях без погон. Этих троих окружали несколько сечевиков Осадного корпуса УНР, несших свои австрийские винтовки-«манлихеровки» наизготовку с примкнутыми плоскими штыками. Сечевиками командовал офицер, на боку которого висела австрийская сабля, в правой руке был тяжелый маузер, а левой он держал за золотые ножны саблю с усыпанной бриллиантами рукояткой. Странно в стенах одной из главных русских православных святынь звучали команды конвою, отдававшиеся на чужом для Киева галицийском диалекте…
Вышедшие расселись по саням и, выехав из монастырских ворот, поехали по занесенному снегом безлюдному городу. Буквально через минуту они выехали на Софийскую площадь, посреди которой возвышался памятник отцу Переяславской рады гетману Хмельницкому. На вздыбившемся в заснеженное небо коне, великий гетман указывал своему народу булавой на левый берег Днепра, прямо на Москву. На каменном постаменте памятника были выбиты слова «Богдану Хмельницкому Единая Неделимая Россия». Внимательный наблюдатель мог бы заметить царапины на надписи – захватившие неделю назад город петлюровцы пытались сбить ненавистную им надпись штыками.
Кавалькада подъехала к памятнику и остановилась, а арестованным приказали выйти. Когда они вылезли из саней, офицер неожиданно выстрелил из маузера в спину генералу и продолжал стрелять в уже упавшего. Сечевики открыли винтовочный огонь по двум другим, и потом добивали окровавленные лежавшие тела штыковыми ударами. В конце расправы начальник конвоя нанес, и без того изувеченным, трупам, несколько сабельных ударов, изуродовавших лица мучеников до неузнаваемости.
генерала Федора Келлера и его верных адъютантов – полковника Пантелеева и штабс-ротмистра Иванова.
Келлер впервые проявил свою безумную отвагу, участвуя вольноопределяющимся в Освободительной войне 1877-1878 годов – под Плевной, обороне Шипке в составе отряда генерала Радецкого, наступлении на Адрианополь и других сражениях. За подвиги при освобождении Болгарии будущий офицер был награжден солдатскими Георгиевскими крестами (Знаками отличия Военного ордена) третьей и четвертой степени.
Всероссийскую славу генерал получил уже на полях Первой Мировой. В начале войны блестящие победы его 10-й кавалерийской дивизии в сражениях у деревни Ярославице (самый большой кавалерийский бой в мировой военной истории), где была наголову разбита элитная 4-я австро-венгерская кавалерийская дивизия, и у Яворова сыграли решающую роль в победоносной для русских войск Галицийской битве. Императрица Александра Федоровна восхищенно писала: «Граф Келлер делает что-то невероятное. Со своею дивизиею он перешел уже Карпаты и, несмотря на то, что Государь просит его быть поосторожнее, он отвечает Ему: «Иду вперед».
Хотя и ненадолго, но отторгнутые, много столетий назад, от единого русского тела, земли Червонной Руси были вновь воссоединены с Россией, что вызвало искреннюю радость большинства галицийского населения (русин, как они сами себя называли).
Впереди были не менее прогремевшие на всю Россию победы Третьего конного корпуса под командованием Келлера под Хотинами, в Заднестровском сражении, во время знаменитого Брусиловского прорыва.
К солдатским Георгиям за бои на Балканах у Келлера прибавились Георгиевские кресты этих же степеней.
Во время Февральской революции, генерал, не поддавшись общей деморализации, предложил Николаю ІІ направить свой конный корпус на столицу для подавления, гибельного в условиях войны, бунта петроградских запасных частей. Когда же монархия окончательно рухнула с отказом великого князя Михаила Александровича вступить на престол, ушел в отставку, отказавшись присягнуть Временному правительству.
После начала Гражданской войны, бывший командующий корпусом, живший с семьей в Харькове, категорически отверг, передававшееся оккупационным германским командованием на Украине через монархические круги, предложение возглавить антибольшевистские «Южную» или «Астраханскую» армии. Несмотря на то, что они, единственные в Белом движении, провозгласили лозунг восстановления монархии, убежденный монархист Келлер посчитал принципиально невозможным возглавить армию, создававшуюся на деньги Германии и в ее интересах.
И дело было, отнюдь, не в келлеровской антигерманской ориентации. Не менее пагубной для генерала виделась и зависимость от Антанты, подобно Германии, стремившейся не допустить возрождения Российской империи. Для Келлера единственно важными были национальные интересы, основой которых он считал воссоединение всех русских земель и русского народа. Как с горечью писал генерал: «Здесь часто интеллигенция держится союзнической ориентации, другая, большая часть – приверженцы немецкой ориентации, но те и другие забыли о своей русской ориентации».
В конце 1918 года, уже после фактического поражения Германии, Келлер принял предложение Совета обороны Псковской области возглавить формировавшуюся в Пскове «Северную армию». О ее цели – восстановить государственное единство России, генерал написал в обращении к солдатам и офицерам с призывом вступать в ряды своей армии: «Во время трех лет войны, сражаясь вместе с вами на полях Галиции, в Буковине, на Карпатских горах, в Венгрии и Румынии, я принимал часто рискованные решения, но на авантюры я вас не вел никогда. Теперь настала пора, когда я вновь зову вас за собою, а сам уезжаю с первым отходящим поездом в Киев, а оттуда в Псков... Вспомните и прочтите молитву перед боем, — ту молитву, которую мы читали перед славными нашими победами, осените себя крестным знамением и с Божьей помощью вперед за Веру, за Царя и за целую неделимую нашу родину Россию».
Однако возглавить Северную армию, Келлеру было не суждено. Киев, в который он приехал для дальнейшего следования в Псков, оказался замкнут в кольце петлюровских войск – железнодорожное сообщение прервалось.
Среди множества русских генералов, находившихся в то время в столице гетманской «Украинской Державы», наиболее авторитетным, пользующимся огромной популярностью, равно среди офицеров и простых солдат, был Келлер. И старый военачальник, понимая всю важность защиты Матери Городов Русских, не уклонился, несмотря на крайнюю тяжесть ситуации, от предложения своего старого армейского друга генерала Скоропадского. 18 ноября генерал был назначен Главнокомандующим Вооруженными Силами Украинской Державы.
Став Главнокомандующим, Келлер выпустил обращение к населению, в котором фактически объявил, что главной целью видит воссоздание Единой России: «Все, кто любит Родину и стремится к ее воссозданию, будут всеми силами поддерживаться правительством, враги же порядка и спокойствия будут преследоваться беспощадно – ни национальность, ни политические взгляды роли в этом играть не могут и не должны».
Последовательная государственническая линия Келлера не была только словами. Он сразу же развернул беспощадную борьбу с петлюровской агентурой – военная контрразведка начала проводить многочисленные аресты подрывных элементов из числа украинских националистов. Это вызвало поток гневных публикаций в националистической прессе (выходившей в осажденном петлюровцами Киеве беспрепятственно!) и обращений к гетману «национальной интеллигенции» о преследовании «великодержавной военщиной», традиционно невинных во все времена, «анижедетей».
Одновременно в гетманском правительстве все большее недовольство вызывало, открыто выраженное Главнокомандующим, намерение взять в свои руки всю полноту власти не только на фронте, но и в тылу, без чего он считал невозможным подавление мятежа. И, постоянно колебавшийся, гетман, не выдержал давления – 26 ноября Келлер был заменен бесхребетным генералом Долгоруковым.
Когда 14 декабря петлюровцы ворвались в Киев, то генерал отклонил все предложения укрыться в городе и остался в монастырских покоях. Он считал, что русскому генералу стыдно прятаться. Не менее трагическую роль в судьбе Келлера сыграло и то, что, живя представлениями прошедшей эпохи, он до конца не понимал внутреннюю сущность самостийников. Сам, будучи честным солдатом, не осознавал, что никаких законов бандиты не соблюдают, и что такое честь не понимают в принципе. Не понимал, что для них ничего не стоит бессудно убить не только пленного, но и человека, уже не состоящего на военной службе. Убить только за его убеждения.
Урок, совершенно не потерявший актуальности и в наше время для понимания сущности украинских националистов…
Реалисты-немцы не испытывали подобных иллюзий и, глубоко уважая своего былого благородного противника на полях сражений, пытались его спасти. Дважды направлялся автомобиль, чтобы вывезти генерала в германский штаб, но он категорически отказался снять военную форму и надеть немецкую шинель для безопасного проезда по Киеву, в котором оккупанты уже не были полновластными хозяевами.
Келлер не представлял для новой власти никакой опасности, но командир Осадного корпуса полковник австро-венгерской службы Евген Коновалец лично отдал приказ о его убийстве, чем неоднократно потом похвалялся. При этом казнь генерала было обставлена фактически, как ритуальная – у памятника Хмельницкому, под выбитыми словами о Единой Неделимой России, что должно было продемонстрировать судьбу всех защитников общерусского единства.
Бывшего гетманского Главнокомандующего можно было убить без свидетелей на берегу Днепра, пустынных склонах, казармах или тюрьме, но это показательно сделали в самом центре города, под окнами одного из самых больших жилых домов и огромных Присутственных мест.
Келлеровскую наградную золотую саблю с бриллиантами на следующий день сечевики торжественно вручили Коновальцу, как добытый со «славой» военный трофей, а он уже преподнес ее на параде «головному отаману» Петлюре. Параде, символично проведенном на Софийской площади… Редкий случай, когда трусливые убийцы и мародеры, не только не скрывают совершенное подлое преступление, но и искренне считают его высшей доблестью, равной победе в сражении.
Могила Келлера в киевском Покровском монастыре не сохранилась в бурях ХХ века, но навсегда останется в истории подлинный русский рыцарь, для которого не было ничего важнее Великой, Единой и Неделимой России. А память о его палачах, как писал Михаил Булгаков, «да сгинет»…
Дмитрий Тесленко
АЛЕКСАНДР КЕРЕНСКИЙ: ВРЕМЕННЫЙ ПРЕМЬЕР И ВРЕМЕННЫЙ СУПРУГ
Александр Федорович Керенский, глава Временного правительства, остался в памяти соотечественников какой-то анекдотической фигурой, в женском платье убегающей от гнева народного. На самом деле маскарад был попроще - не женское платье, а форма матроса, но это частности. Не касаясь его общественной и политической карьеры, посмотрим на его отношение к собственной семье. Мужчина, который способен оставить в опасности свою жену и детей, вообще способен на многое.
Ольга Керенская с сыном Олегом
Александр Федорович Керенский женился в 1904 году на "прогрессивно мыслящей барышне". Ольга Барановская была внучкой знаменитого китаеведа, академика В. П. Васильева и дочерью полковника Генерального штаба Льва Барановского (правда, родители Ольги развелись, что по тем временам вызывало много пересудов). Керенский, небогатый юноша из провинции, только-только получил университетский диплом и еще никак себя не проявил. Но Ольга, несмотря на неодобрение родителей, вышла за него замуж. Обвенчались молодые в Каинках, имении деда Ольги, где родственники пошли навстречу влюбленным и помогли им воссоединиться. Там же в имении, в глуши и уединении молодые провели медовый месяц.
Заброшенная церковь, в которой когда-то венчались Александр и Ольга
Наступил 1905 год. Политическая жизнь в стране забурлила. Весной у молодых супругов родился сын Олег, но помощнику присяжного поверенного Керенскому было не до того - он занялся политикой, пропадал на собраниях и митингах, писал "письма протеста" и даже попытался вступить в Боевую организацию эсеров с целью подготовки убийства царя. Весь быт и заботы о ребенке легли на плечи его молодой жены. В конце года Керенского арестовали и поместили в одиночную камеру. Условия заключения были, по его собственному признанию, мягкими: "Тюремные правила не отличались особой строгостью. ...Родственникам разрешалось передавать политическим заключенным продукты питания и сладости, а также в неограниченном количестве книги. Книги также можно было брать из прекрасной тюремной библиотеки. Как это не покажется странным, я почти наслаждался заключением"... А жена с восьмимесячным ребенком на руках почти ежедневно отправлялась с передачами в тюрьму, чтобы обеспечить мужу относительный комфорт, и хлопотала "по инстанциям", добиваясь его освобождения.
Заключение оказалось недолгим, всего 3 месяца. В апреле 1906 года Керенский был выслан в Ташкент, где в то время жили его родители. Жена с годовалым ребенком сопровождала его в ссылку. Керенскому и тут повезло быстро освободиться, и уже к сентябрю 1906 года он с семьей вернулся в Петербург. Заключение и ссылка сделали его уважаемым человеком в революционных кругах. Как адвокат, он стал специализироваться на политических делах и быстро снискал славу хорошего защитника. В 1907 году у Керенских родился второй сын Глеб, а в 1912 Александр Федорович почти одновременно был избран в Государственную Думу и стал членом масонской ложи (из чего сам не делал тайны и писал об этом в воспоминаниях). Так что в роковой период истории России (1912-1917 годы) действия Керенского во многом объяснялись не столько движениями его души, сколько политическими интересами его масонской ложи. Среди масонов Керенский тоже выдвинулся на ключевые посты - в 1915 году он стал секретарем Верховного Совета масонов России.
Ольга Керенская с детьми и родственницей Анной Васильевой-Крушинской
Видя, что муж становится публичным человеком, Ольга как могла помогала ему найти свой имидж. Даже знаменитую стрижку "бобрик" придумала для Керенского она.
Вот так Александр Федорович выглядел до своего преображения
Между тем, чем шире становилась известность Керенского, тем выше был дамский интерес к нему. Романов и легких увлечений у Керенского было много, но дольше всего тянулась его связь с двоюродной сестрой жены Еленой Барановской. Близким Керенский даже жаловался, что "не на той женился".
К 1917 году Керенский был уже не просто известным, а знаменитым политиком, лидером фракции трудовиков в Государственной Думе, и когда Февральская революция (во многом им же самим и спровоцированная) вынесла его на гребень волны, многим это казалось естественным.
Александр Керенский, 1917 год. Портрет работы Исаака Бродского
2 марта 1917 года Керенский входит в состав Временного правительства и становится министром юстиции, 4 мая в новом составе правительства занимает посты военного и морского министра, а в июле получает также портфель министра-председателя, став фактически главой кабинета. Одновременно он, как "истинный революционер", вступает на пост заместителя главы Петросовета.
А. Ф. Керенский и члены Временного правительства в Царском Селе
Вокруг Керенского - настоящая истерия, ему поют панегирики, слагают в его честь оды, величают надеждой нации и рыцарем революции. "Тернист путь Керенского, но автомобиль его увит розами. Женщины бросают ему ландыши и ветки сирени, другие берут эти цветы из его рук и делят между собой как талисманы и обереги", - писал О. Леонидов в книге "Вождь свободы Керенский", изданной в 1917 году. "Ты жжешь сердца глаголом вещим, восторгом пламенным своим, и перед будущим зловещим твой гордый дух неукротим" (О. Оленик-Волгарь).
Керенский в Москве, июль 1917 года
Семейная жизнь Александра Федоровича к весне 1917 года не то, что дала трещину, а просто прекратилась. Жена прощала ему многое, но не смогла "не заметить" его вульгарный романчик с секретаршей. Однако, в газетах и книгах продолжали печатать трогательные фотографии жены Керенского с детишками, чтобы показать, какой он "человечный человек".
Финал карьеры Керенского хорошо известен. Во время событий октября 1917 года он бежал, бросив на произвол судьбы Петроград, страну и жену с детьми. "25 октября прогремели в Петербурге первые выстрелы с крейсера "Аврора". Керенский бежал, прочие члены Временного правительства засели в Зимнем дворце под охраной женских батальонов и детей-юнкеров", - возмущенно писал П. Н. Врангель. Керенский еще полгода скрывался, надеясь взять реванш.
Керенский в Зимнем дворце
Ольга Львовна Керенская оказалась в революционном Петрограде в ужасающем положении - она вместе с детьми голодала и подвергалась угрозе грабежей, как и все жители, но ее лично новая власть еще и воспринимала как врага. У нее часто бывали обыски - искали то Керенского, то следы контрреволюционной деятельности, то драгоценности, то хотя бы продукты, чтобы изъять. Но ничего найти не могли. Во время одного из обысков произошел курьезный случай, о котором рассказывала сама О. Л. Керенская: "Один из солдат только спросил меня, почему у нас так много портретов Керенского, и когда узнал, что это квартира его семьи, то, против ожидания, он не удвоил своего рвения при обыске, не сделался грубым, а только покачал головой и глубокомысленно сказал: "Да, бывает, бывает!". Вероятно в его уме встало имя Керенского и тот ореол, которым он был когда-то окружен, и с именем которого, наверное, у этого простого солдата было связано представление о богатой и сытой жизни. А тут в холодной, едва освещенной и уже наполовину опустошенной квартире он увидел все свидетельства бедности, полуголодного существования, и его "бывает, бывает", вероятно, резюмировало все промелькнувшие в его голове мысли о превратностях судьбы". Вскоре Керенскую арестовали, потом перевезли из Питерской ЧК в Москву на Лубянку. Здесь ее заставили подписать прошение о разводе с мужем, так как "брак был временным". Ольга подписала, потому что и так фактически уже была в разводе и полагала, что Керенский за границей живет с новой семьей. Это дало ей возможность вернуться к детям, правда, оставаясь под надзором ЧК. Угроза ареста оставалась. Питирим Сорокин вывез Ольгу с детьми в Усть-Сысольск и спрятал в деревне у своих знакомых, надеясь, что она сможет затеряться. С мая по август 1918 года Керенская жила в зырянской деревне Кочпон относительно спокойно. Но ее арестовали и там и отправили в ссылку в Котлас.
Керенский выступает перед войсками
Попытки реванша, предпринятые Керенским, провалились. Летом 1918 года под видом сербского офицера он покинул Россию. Ольга Львовна через два года выбралась из Котласа и ходатайствовала перед советскими властями о разрешении выехать за границу для лечения тяжело больного младшего сына. Ей отказали. Жить было не на что, да и Петроград произвел на нее жуткое впечатление: "В голове никаких мыслей и никаких желаний, кроме мучительных дум о том, что еще продать и как и где достать хоть немного хлеба, сахара или масла... Тротуаров уже не было, и не было ни конного, ни трамвайного движения (лошади все были съедены), улицы не чистились, снег не сгребался, по улицам плелись измученные, сгорбившиеся люди. И, как горькая насмешка, на каждом шагу развевались огромные плакаты: "Мы превратим весь мир в цветущий сад".
В это время ее, в совершенно жалком и униженном виде, встретил случайный знакомый, врач из клиники, где когда-то А. Ф. Керенскому делали операцию на почках, Борис Соколов. Он и сам успел пережить за эти годы много - чудом спасся от расстрела, побывал в застенках ЧК и т. д., и теперь намеревался покинуть Россию. Узнав, что замученная жизнью, изможденная женщина - действительно жена бывшего премьера Керенского, и она находится под угрозой ареста и высылки в Сибирь, Соколов решил ей помочь. Он не был другом и почитателем Керенского, не был и поклонником Ольги, он просто захотел спасти женщину и детей, пребывавших в опасности. Но переход границы было делом тяжелым, при обнаружении нарушителей их расстреливали на месте.
Ольга Львовна в старости
Соколов достал поддельные документы на имя эстонского гражданина Ганса Озолиня, его жены Мильды и двоих детей и с невероятными приключениями и смертельным риском вывез семью Керенского в независимую Эстонию. Чтобы "замаскировать" Ольгу, ей купили белокурый парик и очки, в которых она странно смотрелась, к тому же парик постоянно сползал, обнажая темные волосы. Страдавшая неврастенией женщина неадекватно держалась на допросах при получении выездных документов, а когда (уже при пересечении границы) в ее багаже чекисты обнаружили золотой карандаш с надписью: "Александру Керенскому от почитателей", Соколов был уверен, что все кончено. Однако их выпустили. Чекист дал понять, что обо всем догадался, но не стал губить несчастную женщину. Эта детективная история была подробно описана Соколовым в книге воспоминаний "На берегах Невы", изданной в Англии в 1973 году.
Керенский приехал в Эстонию, забрал семью, перевез в Англию и... оставил там. В его жизни давно были другие женщины и другие интересы. А Ольге Львовне нужно было самой поднять детей и дать им образование. Она нуждалась, работала машинисткой, потом волонтером в благотворительной организации. Но оба сына выросли, выучились и стали известными инженерами. Олег Керенский настолько прославился как строитель мостов, что был удостоен титула Командора Британской империи. В его честь ныне регулярно проводятся международные Керенские чтения - научная конференция по мостостроению. После Второй мировой войны Керенский сблизился с выросшими сыновьями и стал приезжать к ним в Англию для встреч.
Елена Хорватова
Ольга Барановская-Керенская: «Я выпила свою чашу до дна»
