Отец за сына отвечает
Худой старик стоит, опершись всем телом на палку. Видно, что только она помогает ему устоять на слабых ногах. За его спиной – несколько молодых мужчин в позе футболистов, готовящихся к пробитию штрафного. Но накал страстей поболее, чем на самом статусном матче. Кажется, на площади собралось все село Пригородное Чеченской Республики. Микрофон ходит по рукам. Говорят по-чеченски, но смысл понятен и без перевода – по гневной интонации, по рубящим жестам рук и по взмахам в сторону границы села. Вон! Долой! Уезжайте! Старик остается все время невозмутимым, у молодых раздуваются ноздри и краснеют щеки. О чем они думают, неизвестно – они все время молчат. Все, кроме старика, смотрят в пол – буквально все 40 минут не поднимают глаз.
Такие собрания – здесь их называют «сходы» – прошли почти по всем селам и городам Чечни. Вопрос обсуждается самый насущный – выселение родственников боевиков из республики. И родная мать, и троюродный дядя, и престарелая бабушка – все сегодня в Чечне отвечают за дела своих родственников. Чеченский котел снова понемногу закипает.
Три поколения «ответчиков», вышедших на сход в Пригородном, – это родственники предполагаемого боевика Зелимхана Бахарчиева, который, как считается, воюет в Сирии. Что не мешает ему оттуда вербовать единомышленников в Чечне. По сети WhatsApp летят проповеди, видеоролики и призывы. Результат агитации уже не заставил себя ждать. За последние 1,5 месяца в республике прошло 8 столкновений боевиков и силовиков. Убиты с той и другой стороны около десятка человек – полицейские, два бойца Рос-гвардии, террористы. Самая дерзкая вылазка ставила целью покушение на Рамзана Кадырова и даже нападение на военную базу в Хасавюрте.
– В конце 2016 года началась видимая активизация подполья. Стали себя проявлять «спящие ячейки ИГ» (запрещенного в России. – Ред.) – это те, кто вернулся из Сирии, увидев, что там не так уж все хорошо, как им представлялось, а также те, кто был завербован здесь как раз на случай выступлений по приказу сирийских командиров, – рассказал «Собеседнику» председатель совета «Мемориала» Олег Орлов.
Как раз после декабрьско-январских стычек начались массовые задержания, аресты, а позже – и городские сходы с дальнейшим выселением целых семей.
Око за око
Цоци-Юрт – небольшое село. Две главные улицы носят имена Ахмата Кадырова и Рамзана Кадырова. Цоци-Юрт – важное село, от него рукой подать до Центороя – укрепленной и строго охраняемой вотчины Рамзана Кадырова. Цоци-Юрт зачищают раз в 5 лет. В правоохранительных органах считают, что здесь располагается гнездо наиболее непримиримых врагов Кадырова. Главного из них, самопровозглашенного эмира Шамиля Мускиева, уничтожили еще в 2006 году, отрезали голову и водрузили ее на трубу. Жуткая «скульптура» простояла «в назидание всем» 2 дня. Незаконно, но действенно, неофициально говорят в правоохранительных органах республики.
На 12 лет село Цоци-Юрт исчезло из криминальной хроники. Но не из памяти власти – на прошлой неделе сход постановил выселить всех Мускиевых из села. Основание – арест 26-летнего отпрыска Мускиевых, Махмы, которого подозревают в участии в нападении на силовиков. В этот же день глава рода, приговоренный к выселению в 24 часа, попал в больницу с инфарктом.
Жители Цоци-Юрта, как и большинства чеченских населенных пунктов, официально едины. За «особое мнение» здесь можно дорого заплатить – кровью.
– Такие сходы всегда организовываются властями. На них приезжают помощники Кадырова, муллы из Духовного управления мусульман, они и ведут собрания. Большинство жителей считают по-другому, но молчат. Родители не должны отвечать за поступки взрослых детей! Поди-ка удержи 20-летнего кавказца, который решил уйти из дома в лес. Они что, разрешения спрашивают? И такого наказания, как «выселение», в законе нет! Куда идти, ехать семьям, лишившимся крыши над головой и работы? – возмущается один из односельчан по имени Султан.
– У меня взрослые 20-летние сыновья. Стыдно, нехорошо, но я заглядываю в их телефоны и почту. И каждый день говорю: не дай бог ты встанешь не на тот путь! Если молодой человек знает, чем его поступок может обернуться для семьи, он крепко подумает, подставлять всех или нет. Кого-то это может удержать от вступления на кровавый путь. У меня есть знакомый, у которого троюродный племянник ушел в лес. Он говорит: знал бы – лично приковал бы его к батарее наручниками! – рассказала «Собеседнику» чеченская правозащитница Хеда Саратова.
Закон и порядок
Выселять родных боевиков, уничтожать их дома – это не наше ноу-хау. «Патент» принадлежит Израилю. Там это называют «коллективной ответственностью» за преступления и действуют без оглядки на общественность. У нас несколько лет назад тоже хотели узаконить эту норму через Госдуму, но в итоге ограничились лишь материальным наказанием: родственники боевиков лишаются соцвыплат, их банковские счета могут быть арестованы как потенциальные источники финансирования терроризма.
Получается, процедура сейчас нигде не прописана. Но практика уже сложилась.
– Мы прибыли в село Янди Ачхой-Мартановского района на пепелище четырех домов, – рассказал «Собеседнику» старший сводной группы Комитета против пыток Сергей Бабинец, ставший свидетелем одного из первых выселений. – По рассказам местных жителей, было так: в село въехали 14–15 машин с людьми в военной форме, но без опознавательных знаков. Автомобили были разные: и «Тойоты Камри», и «Лады Приоры». Эти люди в камуфляже велели выйВти на улицу жителям четырех домов, не дав им времени даже толком собраться, затем облили их дома бензином и подожгли. При этом, как говорят жители, поджигатели не представлялись, не предъявляли никаких документов, никак не объясняли своих действий. Как мы поняли, идти выселенцам некуда, достатка в этих семьях нет. Очевидно, их кто-то приютил на время, но что будет с ними дальше – непонятно.