Не знаю я, каким был голос деда,
Насколько твердою была рука,
О чем бы он со мною вел  беседы,
Присев у печки с горсткой табака.

Как лихо он свернул бы самокрутку,
От уголька из печки прикурил.
Достал бы с полки жестяную кружку
И фронтовых сто грамм себе налил.

Я б рядом с ним калачиком свернулась,
Просила рассказать мне о войне
И о солдатах, с кем судьба сводила
Его на тяжкой фронтовой тропе.

И я б тогда узнала не из книжки,
Как в том жестоко яростном году
С ним рядом и вчерашние мальчишки
Стояли насмерть в непридуманном аду.

О, Господи! Как всем им жить хотелось!
Встречать рассветы и цветы дарить,
Но под ногами их земля горела,
И было дело - землю защитить!

Я б слушала, слезинки утирая.
Как птица, опаленная войной,
Его душа туда все возвращаясь,
Вела бы и вела последний бой.

Мне не дано, я выросла  без деда,
С ним не могу поговорить.
Он не изведал вкус победы -
Пришлось, как многим, голову сложить.

Мой дед спокойно спит в могиле братской,
Но верю, обитает в небесах
Его душа, святой солдатской,
Оставшаяся навсегда.

Теперь и я раз в год иду в колонне,
С героями бессмертного полка,
Склоняю молча голову в поклоне
За счастье жить, за маму, за отца,

За то, что мои внуки, подрастая,
Не знают боли, ужасов войны.
И, как реликвию, передавая,
Им завещаю память сохранить.