Нет ничего, что б было постоянным.
Сменяют дни друг друга, даты, люди…
И нам ничто не кажется в том странным,
И по-другому ничего не будет… Мы все привыкли: всё пройдёт однажды,
Неважно что: хорошее, плохое,
Ничто не повторится в жизни дважды,
Быть может к счастью, а быть может к горю…
А ведь порой хотелось бы вернуться
В какое-то мгновенье жизни этой,
Ведь в памяти мгновенья остаются,
Пусть даже и казались, что нелепы …
Что постоянно в жизни – только память, Она одна с рожденья и до смерти,
В ней всё, о чём когда-то нам мечталось,
Что было с нами в этой круговерти.
Она одна, советчик и учитель,
Она всё знает и про нас всё помнит,
Она наш рай порой и наш мучитель,
Который и поддержит нас и сломит…
Лишь память в этом мире постоянна,
Она всегда способна только быть,
Она одна ни в чём нас не обманет,
Но не позволит ничего забыть.
Ирина Расшивалова
Если точку опоры теряю
И становится пусто внутри,
День и ночь без конца повторяю:
«Надо жить! Надо жить, хоть умри!» Надо жить! Надо жить, хоть ты тресни!
Надо жить, если жизнь – сущий ад!
Надо жить! Надо жить, даже если
Нет пути ни вперёд, ни назад.
Надо жить, если небо с овчинку
И такая тоска, – хоть кричи!
Надо жить, если душу в починку
Не берут ни попы, ни врачи.
Надо жить, если раны глубоки
От потерь и внезапных измен.
Надо жить, если слишком жестоки
На Руси времена перемен.
Надо жить, если рушится вера
В торжество справедливых идей.
Надо жить, если близится эра
Не имеющих веры людей. Надо жить, если жил неумело,
Если беден, – ершись не ершись!
Надо жить, если так надоела
Пьеса с глупым названием «Жизнь».
Надо жить, если пуля готова
Или острая бритва и таз.
Надо жить! Два проверенных слова
От несчастий спасали не раз.
Уводили насильно от края,
За которым – смертельный провал.
«Надо жить!» – я шептал, умирая,
И невзгодам назло выживал.
Вновь нащупывал точку опоры,
О которой мечтал Архимед:
Снова мог я сворачивать горы
И влиять на движенье планет.
Надо жить! Надо жить! Надо жить!
Виталий Подлевских