"Но у меня не было задачи убить всех плохих поэтов.
Я — здравомыслящий человек и прекрасно понимала,
что это невозможно.
Но плохой поэт — это полбеды.
Существуют гораздо более опасные типы.
Они пишут стихи к именинам, свадьбам и юбилеям.
Стихи ко дню окончания средней школы. Стихи в честь Пасхи.
Высокопарные стихи по поводу всякого торжества,
какое только может случиться в их бессмысленной жизни.
— Знаю, как же, — хмыкнул я. —
И этих безобидных дурачков вы убивали?
— Именно эти безобидные дурачки уничтожили
магическую составляющую поэзии, — жестко сказала Клер.
— Их трудами поэзия стала обычной
ритмически организованной речью.
Эта разрушительная техника описана еще в Библии
и называется «поминать всуе».
Понимаете ли вы, что это значит —
потерять магическую составляющую?
— Догадываюсь, — горько усмехнулся я.
— Я сам, кажется, потерял свою «магическую составляющую».
Впрочем, горечь моя прошла почти сразу.
Секунду спустя я и сам удивлялся собственному пафосу.
— Вам виднее, — сухо заметила Клер.
— Но речь сейчас идет не о вас, а о поэзии.
В юности я была достаточно наивна,
чтобы полагать, будто дело еще можно поправить.
— Вы убивали людей, которые писали
стишки к праздникам? — уточнил я.
— К праздникам и не только… Но суть вы уловили верно.
— И вас не поймали? — недоверчиво спросил я.
— С чего бы? — она пожала плечами.
— Меня невозможно было заподозрить.
С точки зрения следствия, у меня не было решительно
никаких побудительных мотивов.
В нескольких случаях их смерть была мне
чрезвычайно невыгодна: ущемлялись мои материальные,
карьерные и прочие интересы. К тому же я была очень ловка
и осторожна — сейчас сама удивляюсь.
— И чем это закончилось? — осторожно поинтересовался я.
— Как видите, ничем.
Поэзия так и осталась ритмически организованной человеческой речью
. Сотня трупов ничего не изменила.
Мне следовало родиться
на тысячу лет раньше: тогда еще можно было что-то исправить…
Когда я поняла это, я занялась другими вещами.
— А сами-то вы писали стихи? — бестактно спросил я.
— Да. Недостаточно плохие, чтобы
наложить на себя руки, — невозмутимо парировала Клер.
— Но читать я их вам не буду. Не время, не место.
Да и не нужны вам стихи — ни мои, ни чьи-то еще.
..........
(Макс Фрай "Лабиринт Мёнина")
[239x35]