Когда я был маленький, конец декабря у меня ассоциировался с новогодними открытками. Я мог, часами стоять, около лотка с открытками выбирая, какие мы купим, чтобы отправить родственникам и друзьям. Особенно мне нравились открытки, на которых были нарисованы радостно танцующие зайчики, белочки, медвежата и другие зверюшки.
Самые красивые открытки, я оставлял себе, и они лежали в ящике письменного стола. Вот так, сам того не подозревая, я стал коллекционером. Когда, я научился читать, я узнал, что собираю открытки художника Зарубина, который рисовал мультик Ну, Погоди!

Шли годы, каждый раз, когда приходил декабрь, я останавливался у лотка с открытками, и старушки, с интересом смотрели, как я выбирал открытки для пополнения моей коллекции, в которой было уже более ста новогодних открыток Зарубина и других художников.

Когда мы уезжали в Израиль, мудрое руководство УКРАИНЫ ввело запрет на отправку из Киева в Израиль книг, открыток и журналов. Багаж мы не отправляли, и вся моя коллекция открыток (в которой были новогодние, открытки старого Киева и городов в которых я побывал или в которых были мои друзья) осталась у отца.

Когда отец уезжал в США я попросил прислать мне мою коллекцию - уже все ограничения к тому времени были сняты.
В это время у него была моя тётя. Решив, что эта коллекция открыток стоит целое состояние, она потащила отца на Крещатик, чтобы ее продать. Но во всех магазинах, ей говорили, что это коллекция на любителя и взять отказались.

И тогда, в злобе из-за зря потраченного времени, денег на дорогу и на меня, все открытки пошли… в костер, в котором подростки жгли опавшие желтые листья.
Радостные языки пламени, весело играли, и в восторге пускали в небо искры, которые взлетев, через несколько секунд гасли, словно извиняясь за все еще тлеющие в костре открытки, каждая из которых могла рассказать свою историю, которую ни кто уже не услышит.