Ганс Мемлинг (нем. Hans Memling, нидерл. Jan van Mimmelynghe, лат. Johannes Memmelinc или Memlinc; 1433/1435, Зелигенштадт — 11 августа 1494, Брюгге) — фламандский живописец немецкого происхождения, один из наиболее значительных художников во Фландрии второй половины XV века.

Портрет молящегося молодого человека
(Portrait of a Young Man at Prayer)
сер.1470-х_39 х 25.4_д.,м.
Лондон, Национальная галерея


Ганс Мемлинг
Портрет Бенедетто Портинари. Триптих Портинари. Правая панель
1487, 45×34 см
Галерея Уффици, Флоренция


Ганс Мемлинг
Триптих Портинари.
Левая панель Святой Бенедикт.
1487, 45×34 см
Галерея Уффици, Флоренция

Этот аллегорический диптих, как и многие другие диптихи Мемлинга был разделен.
Левая половина с идеализированной женщиной попала в музей Метрополитен в Нью-Йорке, правая с двумя лошадьми и обезьяной – в музей Бойманса ван Бёнингена в Роттердаме. Диптих представляет аллегорическое изображение достоинства истинной любви и препятствий, которые она должна преодолеть.

Аллегория истинной любви
(Allegory of true love)
ок.1485-1490_43.2 x 17.5 каждая_д.,м.
Нью-Йорк, Музей Метрополитен + Роттердам, Музей Бойманса ван Бёнингена

Аллегорические изображения редки в нидерландском искусстве этого периода. Эрвин Панофский (Erwin Panofsky) (1953) первым исследовал символическое значение пары.
Вместе эти две панели образуют аллегорию истинной любви: обручение представлено цветком гвоздики, в то время как в традиции средневековой поэзии лошадь символизирует влюбленного человека.
Две лошади олицетворяют похоть и верность.
Обезьяна, традиционный символ зла, покоится на спине белой лошади, которая игнорирует молодую даму на левой панели ради утоления жажды, подчеркивающую её самоудовлетворение.
Напротив, коричневый конь преданно смотрит на портрет. Рушащиеся кирпичи с правой стороны арки символизируют верную любовь, преодолевающую искушения зла.

Приписывается Гансу Мемлингу
Молодая женщина с гвоздикой
1485-90;
Масло по дереву; окрашенная поверхность (43,2 х 17,5 см);
Музей Метрополитен

Костюм молодой женщины соответствует моде бургундского двора около 1470 года и может сравниться с платьем Марии Портинари на ее портрете, написанном Мемлингом. Кэмпбелл (Campbell, 1995) отмечает, однако, что костюм имеет особенности – художник не написал проушины, необходимые для зашнурованного платья спереди. Ее одежда более соответствует предшествующим десятилетиям времени создания произведения, и, вероятно, преднамеренно старомодна (De Vos 1994). Кажется вероятным, что отсылка к бургундскому двору прежних времен связывает эту аллегорию с идеалами отношений между мужчинами и женщинами, вдохновленными средневековыми рыцарскими романами.
Эта пара панелей является частью группы аллегорий любви и добродетели, приписываемых Мемлингу, которая также включает в себя Аллегорию с девой (Музей Жакмар-Андре, Париж) и Триптих земного тщеславия и божественного спасения (Earthty Vanity and Divine Salvation Triptych) (Музей изобразительных искуств, Страсбург).
Внешность изображенной дамы соответствует свойственному для Мемлинга женскому идеалу, но недостатки исполнения указывают на то, что этот образ был написан не самим мастером. А именно существует определенная плоскостность лица дамы, неестественное положение руки, странная перспектива арки и шаблонно написанные деревья. Упрощенный пейзаж может быть работой того же художника, который написал пейзаж в мужском портрете Мемлинга, хранящемся в галерее Уффици, Флоренция.
Инфракрасная рефлектограмма показала, что две панели, которые имеют одинаковые размеры, были вырезаны из одного и того же дерева, но не могли быть передней и задней частью одной панели (Klein 1994). Вместе они, скорее всего, составляли диптих, фиксированный или складной. Другая вероятность состоит в том, что они, возможно, были внешними створками триптиха, так как задняя поверхность обеих панелей стругана, следовательно, они могли быть отпилены от внутренних изображений.

Ганс Мемлинг
Портрет молящегося молодого человека
1485, 29.2×22.5 см
Музей Тиссена-Борнемисы, Мадрид

Поза молящейся фигуры показывает, что эта доска была частью триптиха, к которому, вероятно, не хватает изображения Мадонны с Младенцем в центре и женщины, образующей пару с мужской фигурой, справа. Мужчина не был идентифицирован, но его одежда и прическа предполагают, что, возможно, это был итальянский заказчик

Ганс Мемлинг
Портрет молящегося молодого человека (оратная сторона)
1485, 29.2×22.5 см
Музей Тиссена-Борнемисы, Мадрид

Ваза с цветами была бы одной из внешних створок, образуя пару с другим натюрмортом или эмблемой пары. Это один из самых ранних известных самостоятельных натюрмортов, хотя он содержит символы, относящиеся к Богородице (ирисы) и к Христу (монограмма на вазе). Макс Фридландер считал портрет одним из лучших, написанных Мемлингом.

Портрет мужчины с гвоздикой
(Portrait of a Man with a Pink)
ок.1475_27.3 x 38.1_д.,м.
Нью-Йорк, Библиотека и музей Моргана


(атр)
Портрет молодой женщины
(Portrait Of A Young Woman)
23.2 х 21_д.,м.
Частное собрание


Ганс Мемлинг
Портрет молодого человека
1482; Масло на дубовой панели; окрашенная поверхность
(38,3 х 27,3 см)
Музей Метрополитен

Элегантная поза неизвестного молодого человека, изображенного в развороте трех четвертей, характеризует его как человека благородного происхождения. Об этом же свидетельствует и его роскошный бархатный дублет с меховой отделкой, украшенный едва видимым парчовым рисунком. Два золотых кольца с рубинами украшают его правую руку.
Свет, падающий из открытого пространства слева, освещает его лицо. За мраморными колоннами виден солнечный пейзаж, уводящий взгляд зрителя в голубые дали.
Руки мужчины опираются на край рамы, как будто на невидимую балюстраду. Этот часто используемый Мемлингом прием был подсмотрен им у Яна ван Эйка и Петруса Кристуса.
Молодой человек, вероятно, был одним из многих флорентийских гостей или жителей Брюгге, некоторые из которых заказывали портреты у художника.
Похоже, что вскоре после того, как портрет был написан, он был отправлен во Флоренцию, где вдохновил итальянских художников, которые восторженно (deeply) восхищались нидерландской живописью.
А Мадонна с Младенцем из Лувра, Париж, написанная около 1476-77 гг и приписываемая разными экспертами Верроккьо или Гирландайо, имеет тот же пейзаж и классические колонны, которые были написаны Мемлингом, вероятно, для того, чтобы угодить своему флорентийскому заказчику.

Ганс Мемлинг
Мужчина с римской монетой (Портрет Бернардо Бембо)
1470-е , 30.7×23.2 см
Королевский музей изящных искусств, Антверпен

Этот мужчина средних лет изображен погрудно в трёхчетвертном повороте.
Он носит черную мантию с белым воротничком. Это соответствует итальянской моде пятнадцатого века. Хотя мужчина написан лицом к зрителю, он обращен в себя, у него задумчивый взгляд. Он держит в руке сестерций, римскую монету, выпущенную императором Нероном. Ниже в середине рамки выглядывают два лавровых листа.
На заднем плане изображен обширный пейзаж с лебедями, всадником и пальмой. В небе слева парит аист, а справа – черный ворон. Мемлинг был первым художником к северу от Альп, начавшим писать портреты на фоне пейзажа.

Ганс Мемлинг
Мужчина с римской монетой (Портрет Бернардо Бембо)
1470-е , 30.7×23.2 см
Королевский музей изящных искусств, Антверпен

Кто этот мужчина, неизвестно. Может быть, это чеканщик монет и медалей или коллекционер.
Предположительно, он итальянского происхождения. Возможно, это венецианский гуманист Пьетро Бембо (Pietro Bembo, 1433-1519), который имел значительную коллекцию картин и старинных монет. Римская монета, лавровые листья и пальма, вероятно, относятся к его имени или символическим значениям

Ганс Мемлинг
Мужчина с римской монетой (Портрет Бернардо Бембо)
1470-е , 30.7×23.2 см
Королевский музей изящных искусств, Антверпен


Ганс Мемлинг
Портрет молодой женщины (Ларин Морель)
1480, 38×26.5 см
Музей Мемлинга, госпиталь Св. Иоанна, Брюгге


ab. 1480-1494 Hans Memling
Portrait of a Man
(Musée des Beaux-Arts de Montréal)


Портрет молодого человека
(Portrait of a Young Man)
ок.1475_д.,м.
Цюрих, David Koetser Gallery


Ганс Мемлинг
Портреты Виллема Мореля и его жены
1482
Королевские музеи изящных искусств Бельгии, Брюссель


Пара. Портрет Виллема Морела
(Portrait of Willem Moreel)
39 x 29_д.,м.
Брюссель, Королевский музей изящных искусств


Пара. Портрет Барбары ван Вландерберх
(Portrait of Barbara van Vlaendenbergh)
39 x 29.7_д.,м.
Брюссель, Королевский музей изящных искусств


Follower of Hans Memling
PORTRAIT OF A YOUNG MAN
oil on oak panel


Follower of Hans Memling
PORTRAIT OF A YOUNG MAN
oil on oak panel


Hans Memling
Portrait of an unknown Man


Ганс Мемлинг
“Портрет мужчины со стрелой”
Portrait of a Man with an Arrow
c. 1470/1475 oil on panel
Национальная галерея искусства, Вашингтон


ab. 1475-1480 Hans Memling
Portrait of a Man


Ганс Мемлинг
Портрет мужчины на фоне пейзажа
1480, 37×26 см
Галерея Уффици, Флоренция


Пара. Портрет пожилого мужчины
(Portrait of an Old Man)
ок.1475_25.4 x 18.4_д.,м.
Нью-Йорк, Музей Метрополитен

Трогательный портрет старика. Хотя это не единственное произведение такого рода, в целом изображения пожилых людей в творчестве Мемлинга редкое явление. Художник старался передать индивидуальность и спокойное достоинство этого неизвестного мужчины через дотошное внимание к его морщинам, своенравным локонам волос и даже беловато-серой щетине.

Мемлинг, Ханс (ок1435 Зелигенштадт - 1494 Брюгге)
Портрет пожилой женщины
1470-75, 35х29
Лувр

Первоначально эта небольшая картина образовывала пару с портретом пожилой женщины, также работы Мемлинга, находящейся в настоящее время в Музее изобразительных искусств Хьюстона. Шрадер (Schrader) первым соединил эти два произведения, заметив идентичные размеры панелей. Данные рентгенографии также показали, что рука женщины тоже когда-то покоилась на раме картины (позже закрашена), что соответствует положению руки ее мужа.
Этот светский портрет пожилой пары запечатлел супругов а закате жизни для их потомков.

Портрет мужчины с письмом
(Portrait of an Unknown Man with a Letter)
1485-1489_35 x 24_д.,м.
Флоренция, Галерея Уффици


Portrait of a Woman


Ганс Мемлинг
Портрет Жиля Джой
1472, 30.5×22.5 см
Институт искусств Стерлинга и Франсин Кларк, Уильямстоун


Ганс Мемлинг
Портрет Жиля Джой
1472, 30.5×22.5 см
Институт искусств Стерлинга и Франсин Кларк, Уильямстоун


Пара. Портрет пожилой женщины
(Portrait of an Old Woman)
ок.1475_25.4 x 18.4_д.,м.
Нью-Йорк, Музей Метрополитен


Портрет композитора Якова Обрехта
(Portrait of Jacob Obrecht)
1496_50.8 x 36.1_д.,м.
Форт-Уорт, Музей искусства Кимбелла


Manner of Hans Memling
Portrait of a young man,


Портрет мужчины из семьи Леспинетте
(Portrait of a Man from the Lespinette Family) (лицевая сторона)
1485-1490_30.1 x 22.3_д.,м.
Гаага, Королевская галерея Маурицхёйс

Ганс Мемлинг изобразил этого человека очень подробно. Его темные кудри, меховой дублет и шрам на носу придают ему потрясающий вид. Хотя мы не знаем его личности, он должен быть членом семьи Леспинетте (Lespinette), из Франции, поскольку ее герб украшает заднюю сторону доски.

Портрет мужчины из семьи Леспинетте
(Portrait of a Man from the Lespinette Family) (лицевая сторона)
1485-1490_30.1 x 22.3_д.,м.
Гаага, Королевская галерея Маурицхёйс


ab. 1470-1475 Hans Memling
Portrait of a Man in a Black Cap
(Private collection)


ab. 1470-1475 Hans Memling
Portrait of a man in red hat
(Städel Museum)


Memling
Portrait of a Man
Royal Museums of Fine Arts


Ганс Мемлинг
Портрет мужчины
1470-е , 33.5×23.2 см
Коллекция Фрика, Нью-Йорк


1467-1470 Hans Memling
Anthony, bastard of Burgundy
(Staatliche Kunstsammlungen Dresden)


Ганс Мемлинг
Портрет молодого человека в пейзаже
1480, 26×20 см
Галерея Академии, Венеция


Hans Memling (ca.1430of40-1494)
Biddende man en vrouw
Noordbrabants Museum Den Bosch


Молящийся мужчина со своим умершим сыном
(Praying man with his deceased son)
1475-1480_44.5 x 32_д.,м.
Сибиу, Национальный музей Брукенталя


Портрет молящейся женщины со своей собакой
(Praying woman with her dog)
1475-1480_44.8 x 32_д.,м.
Сибиу, Национальный музей Брукенталя

Мемлинг Ганс
"Диптих Пьер Антонио Барончелли и Мария Бончиани"


"Диптих Пьер Антонио Барончелли и Мария Бончиани"
левая панель


"Диптих Пьер Антонио Барончелли и Мария Бончиани"
правая панель

Несколько слов отдельно о Томмазо Портинари, которому Мемлинг был обязан важными заказами.
Герцогство Бургундское находилось на пересечении морских международных путей, поэтому в нем процветала торговля. Иностранцев в крупных городах, таких как Брюгге, Гент, Брюссель, было немало. В том числе довольно много было флорентинцев при Бургундском дворе. Известно, что в торжественном шествии на герцогской свадьбе (бракосочетание Карла Смелого и Маргариты Йоркской в 1468 году) принимали участие 25 знатных флорентинцев (в том числе Томмазо Портинари).

Томмазо Портинари + Мария Магдалина Барончелли
(Tommaso di Folco Portinari + Maria Maddalena Baroncelli)
ок.1470_44.1 x 34_д.,м.
Нью-Йорк, Музей Метрополитен

В Нидерландах существовал филиал банка всесильного флорентийского клана Медичи чуть ли не со времени создания самого банка. Как и многие другие дворы Европы, Бургундский двор практически жил на содержании заграничных олигархов, худородных выскочек Медичи, постоянно одалживая деньги в их банке.
Руководителем Нидерландского отделения банка Медичи долгое время был Томмазо Портинари, выходец из богатой и знатной семьи. Он более 25 лет прожил в Брюгге, где находился офис банка. Надо сказать, при Козимо Медичи он никогда не поднимался выше должности заместителя директора банка. Козимо не доверял ему, считая Томмазо недостаточно серьезным для такого высокого поста и, как показывают будущие события, был прав.
Директором Портинари все-таки стал, уже в возрасте 40 лет (1464), когда после смерти Козимо дом Медичи возглавил его сын Пьеро Медичи Подагрик.
Карл Смелый, Герцог Бургундский, водил дружбу с Томмазо Портинари. Томмазо против такой дружбы не отказывался, так как у него были свои интересы – он хотел получить у Карла некие преференции, чтобы со временем взять под контроль международную торговлю нидерландской шерстью – уже в те времена родина Ганса Мемлинга славилась своими текстильными мануфактурами.
За дружбу с герцогом надо было платить, причем в прямом смысле слова (и чужими деньгами) – Карл Смелый брал в банке Медичи огромные кредиты, не особо спеша их погашать. Риск, как казалось Томмазо, был невелик – двор богат, страна процветающая, активно торгующая, Карл молод и здоров – с чего бы переживать? Тут-то и случилась беда – амбициозный герцог ввязался в войну, во время которой погиб в битве при Нанси в возрасте 43 лет. Это оказало огромное влияние на историю Нидерландов и на европейскую историю вообще – он не успел оставить наследника мужского пола, единственная его дочь вышла за Максимилиана Габсбурга и вскоре тоже погибла на охоте.
У Томмазо начались проблемы. Остро встал вопрос: кто теперь вернет банку деньги?! Сумма долга оказалась колоссальной, это сказалось на деятельности всего банка, что привело в ярость владельца, тогдашнего главу дома Медичи, Лоренцо Великолепного. Он обвинил Томмазо в пренебрежении своими обязанностями и предательстве интересов семьи Медичи ради поддержания своего фавора у Карла. Томмазо было поставлено жесткое условие – навести порядок в делах филиала – как хочешь, так и выплывай.
Опальному банкиру частично удалось уладить дела с долгом, он продолжил банковскую деятельность, сотрудничая уже с Максимилианом Габсбургом (тот погасил часть долга) и Филиппом Красивым. На время Томмазо даже помирился с Лоренцо Великолепным, но его преследовали дальнейшие неудачи, и в 1480 отделение банка было закрыто. В 1497 году Томмазо и его жена Мария вернулись во Флоренцию, где он умер в 1501 году в возрасте 67 лет в бедности. Томмазо был похоронен в церкви Сант-Эджидио, на главном алтаре которой находился триптих Портинари Гуго ван дер Гуса. Сант-Эджидио была частью больницы Санта-Мария-Нуова.
Примерно в 1470 году, когда ему было около сорока двух лет, то есть на пике своего успеха, Томмазо женился на четырнадцатилетней Марии Магдалине Барончелли (Марии ди Франческо Бандини Барончелли (Maria Maddalena Baroncelli, род 1456 – дата смерти не известна)) из другой ведущей флорентийской семьи. Они жили на широкую ногу в одном из самых больших домов в Брюгге, Bladelinhof, который также служил в качестве делового офиса Томмазо, начиная с 1466 года. Тогда-то, в год свадьбы, видимо, и были заказаны эти портреты.
Кроме того, Томмазо был прихожанином церкви Святого Иакова, расположенной недалеко от Prinsenhof (букв. перевод «двор принца»), которую посещали герцоги Филипп Добрый и Карл Смелый, когда они приезжали в Брюгге. Портинари был щедрым донатором церкви Святого Иакова, особенно способствуя ее восстановлению в 1460-х и 1470-х годах. Ему была предоставлена погребальная часовня, которую он щедро украсил. Томмазо был связан с престижным «Братством сухого дерева», культом, распространявшимся францисканскими монахами среди элитарного общества Брюгге – придворных, иностранных купцов, патрицианских семей и выдающихся художников, таких как Петрус Кристус и Герард Давид. Портинари был ведущим меценатом и заказал несколько важных работ у самых востребованных художников своего времени.

Томмазо Портинари + Мария Магдалина Барончелли
(Tommaso di Folco Portinari + Maria Maddalena Baroncelli)
ок.1470_44.1 x 34_д.,м.
Нью-Йорк, Музей Метрополитен

Первоначально портреты четы Портинари составляли триптих с изображением Богородицы между ними.
В список от 29 марта 1501 года, подробно описывающий предметы, унаследованные Франческо ди Томмазо Портинари от его отца Томмазо, входит «небольшая, ценная картина с изображением Богоматери в середине и по бокам, портретами Томмазо и его жены Моны Марии».
Таким образом, стало известно, что триптих переехал из Брюгге во Флоренцию вместе со своим заказчиком. Франческо, в свою очередь, завещал триптих в больницу Санта-Мария-Нуова во Флоренции, как указано в его завещании от 26 июля 1544 года: «Маленькая скиния с тремя навесными панелями, в которых написаны изображения Преславной Девы Марии и родителей наследодателя Томмазо Портинари и Марии Барончелли».

Диптих Маартена Ниуэвенхове
(Diptych of Maarten van Nieuwenhove)
1_1487_д.,м. (левая панель)
Брюгге, Госпиталь св. Иоанна, Музей Мемлинга

Такие благочестивые диптихи и триптихи были популярны в итальянских диаспорах.
Несомненно, этот конкретный триптих был предназначен для того, чтобы передать благочестие молодоженов и их особую преданность Деве Марии, Которой была посвящена их часовня в церкви Святого Иакова в Брюгге и под небесный покров Которой молодая чета вручала своё будущее потомство.
Ни одна из картин Мадонны с Младенцем Мемлинга с темным фоном и сравнимыми с портретами Портинари размерами не сохранилась, и поэтому центральная часть триптиха считается потерянной.
Тем не менее, есть одна сохранившаяся доска Мемлинга в Национальной галерее в Лондоне с изображением Богоматери и Младенца, которая заслуживает рассмотрения как тип композиции центра триптиха. Хотя идентификация лондонской живописи как центральной панели триптиха проблематична, гипотетическая реконструкция, тем не менее, указывает на то, как мог выглядеть триптих. Лондонская картина очень близка по дате и размеру к портретам, а фигуры сопоставимы по масштабу.
Богородица чуть повыше портретов, что соответствует Ее царственному статусу. Вместо монохромного, темного фона эта «Мадонна с Младенцем» написана на фоне золотой ткани с синим рисунком и полосками зеленого шелка, напоминающего импортный в Брюгге итальянский материал. Предельно обрезанные и монументальные скульптурные формы Младенца и Девы с поразительно яйцевидной и словно высеченной из мрамора головой вызвали у некоторых специалистов сомнения в авторстве Мемлинга. Но авторитетные ученые не сомневаются в том, что это его произведение.

Ганс Мемлинг
Портрет Томмазо Портинари
1470, 44.1×33.7 см
Метрополитен-музей, Нью-Йорк

Черный интерьер, черная одежда. Северный скромный свет выхватывает лицо и руки. Строго одетый мужчина смотрит в бесконечность. Взор скользит мимо. Как ни старайся, взгляд человека в темной комнате и наш никогда не встретятся. Тонкие средиземноморские черты лица. Ухоженные руки. Мужчина сосредоточен. Уверен в себе. Он не молод, но еще не стар. Портинари был, скорее всего, добропорядочен и религиозен. Породист — Беатриче, возлюбленная великого Данте, тоже была из рода Портинари.

Ганс Мемлинг
Портрет Марии Портинари (Мария Маддалена Барончелли)
1470, 44.1×34 см
Метрополитен-музей, Нью-Йорк
Это Мария Барончелли. Умное лицо. Миндалевидные итальянские глаза. Слегка прищуренный озорной взор.
Вот этот конусовидный головной убор на ней называется «геннин» (или «атур»). На инфракрасной фотографии обнаружилось, что ее ранее украшала огромная драгоценная брошь с каменьями, но, видимо, потом решили убрать, чтобы не хвастаться чрезмерным богатством в присутствии Богородицы.
Мастер старался угодить заказчикам, для которых религиозное почтение — сложенные в молитве руки — оставалось необходимым элементом даже для светского портрета. И Портинари, и Барончелли словно говорят нам: «Мы, прежде всего, верим в Господа».

Автопортрет
деталь алтаря Девы Марии, ок. 1468,
Национальная галерея, Лондон