
и всегда так будет: ты забываешь обо мне порой, твой скучный взгляд порой мне сердце студит... Но у тебя ведь нет такой второй! Несвойственна любви красноречивость, боюсь я слов красивых, как огня. Я от тебя молчанью научилась, и ты к терпенью приучил меня. Нет, не к тому, что родственно бессилью, что вызвано покорностью судьбе, нет, не к тому, что сломанные крылья даруют в утешение тебе. Ты научил меня терпенью поля, когда земля суха и горяча, терпенью трав, томящихся в неволе до первого весеннего луча, ты научил меня терпенью птицы, готовящейся в дальний перелет, терпенью всех, кто знает, что случится, И молча неминуемого ждет. Сутки с тобою, месяцы — врозь... Спервоначалу так повелось. Уходишь, приходишь, и снова, и снова прощаешься, то в слезы, то в сны превращаешься, и снова я жду, как во веки веков из плаванья женщины ждут моряков. Жду утром, и в полдень, и ночью сырой, и вдруг ты однажды стучишься: — Открой!— Тепла, тяжела дорогая рука... ...А годы летят, как летят облака, летят-пролетают, как листья, как снег... Мы вместе — навек. В разлуке — навек. Вероника Тушнова ![]() |