Он прервал размышления и сладко потянулся. Неожиданно почувствовал, что тело стало более гибким, эластичным что ли. Мысленно улыбнулся. Даже наедине с самим собой он не одаривал пространство чувствами и эмоциями. Он все держал внутри себя для себя самого. Сколько дней шла напряженная работа уже не имело смысла считать. Создавая свой очередной шедевр он практически ничего не ел. Тело менялось, но он не замечал этого. Бесконечно давно, впервые почувствовав внутренний холод, удивился и даже сказал кому-то об этом, но сейчас уже не помнил кому и зачем. Это не важно. Важно только одно - его лучшее в мире творение. Он мучительно гордился своим детищем и боялся, да-да, боялся, что рано или поздно придет конец этому состоянию созидания и снова его поглотит ощутимая физически пустота. И опять, как всегда в такие периоды, ему придется идти на улицу, смотреть на других людей, посещать социальные сети, говорить по телефону. Сама только мысль об этом вызывала внутреннее содрогание.
В одно из таких посещений внешнего мира он и встретил престранное существо, женщину. Она совершенно не походила на тех, с которыми он был знаком ранее. Он не помнил её имени, только цвет её ауры - фиолетово-изумрудный. И то запомнил лишь потому, что она говорила о его восприятии мира. Странным образом она также видела образы и цвета предметов и звуков, чем и была схожа с ним. От этого существа исходил такой мощный поток энергии, что он чувствовал, как сам наполняется силой, её силой. Многое, что она говорила было ему непонятно, но строки, написанные ею, были сродни аккумулятору. Они питали его. Когда процесс его творчества начал угасать появилась она... Неважно, что она говорила и чувствовала, важно, КАК это в ней происходило. Именно это родило в нем желание творить. Однажды он даже сказал ей: " ...творить - это наше святое...". Потом были еще её строки. Она записывала их в своем дневнике и посвящала ему. Он долго привыкал и, похоже, до сих пор до конца не верил в то, что его любят просто так, им восхищаются и готовы отдать всё, ему одному отдать. Были сомнения. Жизнь во внешнем мире приучила его не доверяться всему подряд, и потому привыкать к подобному было нелегко. Она говорила, что надо просто принять или отказаться...хм, но как легко ей об этом говорить!
Он еще раз потянулся . Ммммм, как сладко. И опять внутри возникла улыбка.
-Надо посмотреть новые строки,- подумалось ему. Женщина с удивительной легкостью выдавала их ежедневно по нескольку штук. В каждом стихотворении томительная красота. Он впитывал её взахлеб, с жадностью изголодавшегося по жизни. Сейчас включит компьютер и снова найдет в её дневнике новые, возбуждающе красивые, пышущие жаром боли и страданий слова... как сладко...
Вздохнув блаженно, потянул руку к монитору... и замер. Внутренности сжались в ледяной ком. В переливающихся, дрожащих и изгибающихся радугах, именно так он видел окружающее его пространство сейчас , не было его руки, которую он вытянул перед собой! Нет, конечно, он ощущал её физически, но то, что увидел, привело его в ужас. Следующая мысль заставила его зажмуриться: - почему я так странно все вижу? - Было чувство, что у него, как минимум, четыре глаза.
- Что со мной?! - хотелось ему закричать. Но рот медленно вытянулся в каплевидную " О", не издав ни звука. И вот он увидел одним глазом, который изогнулся почему-то на длинном стебле и теперь смотрел вниз, рот, да и не рот вовсе, а отверстие в чем-то, что не являлось лицом. Затем стебель с глазом развернулся и увидел такой же второй глаз на гибком стебле. Оба глаза с любопытством осмотрели все тело.....
Невозможно! Этого не могло произойти с ним! Мысли бешено заскакали в голове. В голове? Ещё раз один глаз осмотрел то место, которое ощущалось как голова. Да! Так и есть! Головы как таковой не было. Внизу находилось тело. Из приподнятого над столом утолщения торчали четыре отростка с маленькими скользкими глазками: два маленьких и два больших, один из которых и осматривал тело.
В поле зрения опять попал странный рот. Сейчас он медленно открывается и на его краях натягивается тонкая радужно переливающаяся пленка. Он выдыхает, и она начинает надуваться пузырем. Он втягивает воздух и пузырь сдувается. Я не сплю! Твердо знаю, что не сплю! Моя рука? Где моя рука? Та, что я тянул к компьютеру? Да он огромен!!!
Ужас заставил его втянуться в панцирь. Подождал немного, попытался прислушаться к ударам сердца. Тишина. -Но я не умер!-Возникло в сознании почти возмущение. Открыл глаз и почувствовал, как оболочка глаза уперлась в склизкое тело. Темнота успокаивала. Медленно, очень медленно пришло осознание, что он... Улитка!
Но, Боже мой! Как он прочтет строки?! Он же не может включить компьютер и открыть её страницу! Самое страшное не сможет закончить свое творение!!!
Он сжался в тугой комок в своей раковине. Так и лежал в оцепенении в своей тишине и в своей темноте. Думать не мог, да и боялся. Вдруг почувствовал легкое тепло. Его мышцы немного расслабились, и тело удобно растеклось внутри раковины. Затем он осознал, что тепло не его, оно шло извне. Но выглядывать из уютной темноты пока не хотелось. Он прислушался к своим ощущениям. В самой его середине еще чувствовалась прохлада, она была как норма. Хотя ему казалось, что раньше и у него было тепло внутри и тогда это тепло приносило ему радость. Тепло усилилось, проникая в самую глубь его существа. Показалось, что его подняли в воздух, и он уже не лежит на гладкой поверхности стола. Движение в верх было мягким и не вызывало беспокойства. Легкое покачивание из стороны в сторону было даже приятным. Появилось любопытство. Захотелось высунуть пару глаз и посмотреть на то, что его согрело и успокоило. Очень осторожно, осознавая свою хрупкость, он высунул наружу два глаза на длинных отростках и посмотрел то, на чем лежала его раковина. Ладонь. Он взглянул вверх и увидел в фиолетово-зеленом сиянии лицо человека. Точнее будет сказать, что понял - там лицо человека. Она! - почему-то обрадовался он и высунул полностью голову с рожками глаз из своего укрытия.

Больше так не могло продолжаться, решила она. - Я должна его увидеть!!! Сейчас! Даже если он меня прогонит, я увижу его и все пойму! Она бежала по темным улицам. Фонари уже не горели. Поздно. Ночь. Была полная луна. Он так любит луну. Она бежала не замечая, что улицы пусты и темны. И совсем не думала чем всё это может закончиться, бежала, выброшенная из своей квартиры сильнейшим импульсом необходимости это сделать. Вот его дом. Взлетела птицей на этаж где он жил. Задыхаясь от быстрого бега прислонилась к двери его квартиры и дверь тихо отворилась, впуская её в теплую темень коридора. Темно, тихо. Сбросив обувь, идет на слабое желтоватое свечение в проеме двери в конце коридора. Остановилась на пороге комнаты, все еще тяжело дыша. Сердце с оглушительным грохотом качает кровь. В комнате горит только лампа на столе, освещая скудным желтым светом письменный стол с компьютером и пустой стул, придвинутый так к столу, как если бы на нем сидел человек. Почему-то взгляд остановился на маленьком предмете, лежащем на столе около клавиатуры. Сердце сжалось в страхе. Еще не понимая, чем привлек предмет её внимание, протянула руку и взяла его аккуратно пальцами. Улитка!? Большая виноградная улитка, спрятавшаяся в домике. Она зажала её в кулаке, потом разжала пальцы и смотрела, как раковина слегка покачивается в центре ее теплой ладони. Вспышка осознания !!!!
- Милый, милый, - шептала она, - что же ты с собой сделал? Ну, говорила же тебе, говорила!- Ракушка пошевелилась и показалась голова с рожками глазами. - Я так хотела к тебе прикасаться, так желала целовать твою кожу, вдыхать твой аромат, слышать твой голос, поправлять непослушный локон, выбившийся из прически , заглядывать тебе в глаза. Я так мечтала тебя обнять, всего обнять. И вот ты лежишь на моей ладони в жестком сухом панцире с холодным желеобразным телом, ртом надувающем пузыри и не имеющими смысла глазами, - всхлипывала женщина над улиткой. Вот показалась и вся она из своего домика и неуверенно поползла по ладони, оставляя противно холодящий кожу след. На глаза женщины накатились слезы. Одна крупная обжигающе горячая капля, сорвалась и упала на нежное тело улитки. Та, вздрогну, тут же спряталась в ракушку.
- Прости, прости, продолжала всхлипывать женщина, утирая слезы второй рукой. Ты и представить себе не в состоянии теперь, какую разрывающую сердце боль, мне причиняешь. Как, как теперь все исправить, собрать все осколки разбитой души?! Ах, как же я ошибалась, называя тебя Пьеро, Белым Волком, Моё Величество, как ошибалась. Это я виновата во всем, что произошло. Если бы иначе воспринимала тебя, то сейчас ты сидел бы на этом стуле, скорее всего, недовольный моим вторжением в твой мир, но человек.
Он осознал, что пришла та самая женщина, чье имя он не помнил, но любил её строки. И это она согревала его своим теплом. Как жаль, что он так и не нашел в себе смелости почувствовать и насладиться её лаской до сегодня в полной мере. Вдруг сверху упала капля горячей влаги. Она упала на один из отростков с глазом, больно опалив слизистую. Влага была соленой. Неожиданный удар и ожог напугали его, и он быстро спрятался в раковину. Через несколько мгновений понял, что женщина плачет, что только усилило ощущение болезненного сожаления о не свершившемся. Опять почувствовал легкое покачивание и осторожно выглянул наружу.
Женщина несла его. Она прижала руку с ракушкой к груди и на ощупь шла по коридору, задержалась обуваясь. Вышла из квартиры и медленно спустилась на улицу. Она не сводила глаз с улитки и не сразу поняла, что подошла к пешеходному переходу. Через дорогу парк с озером, где они гуляли когда-то единственный раз. Накатила невыносимая тоска и безнадежность. Слезы новым потоком хлынули из глаз, мешая смотреть. Женщина перешла дорогу и медленно брела вдоль берега озера, вот подошла к первому горбатому мостику. Остановилась по середине и облокотилась на перила. Рука с улиткой легла по верх ограждения. Улитка вдруг решила покинуть тепло ладони.
- почему? - всхлипнула женщина. и горькие слезы крупными бусинами сыпались в черные воды озера.
-Почему она плачет? - подумал он медленно отползая от горячей руки. - И почему она принесла меня сюда? - Он почувствовал, что знает это место, да, он видел это озеро. Именно тут впервые они встретились с ней. Она все время смеялась и рассказывала какие-то несуразные истории. Ему было смешно. НО когда она, вдруг, замолкала, становилось грустно и обидно, что он не может так же как она поддаться бесшабашному веселью. И даже сказал ей, что жалеет о том что не полная луна, тогда бы и он смог вот так.....
Посмотрел на тихо стоявшую женщину. Она смотрела на него и все еще была очень расстроена.Слезы все еще катились по ее лицу и падали в воду, он не видел их падения , но слышал всем телом их удары о поверхность воды. Захотелось увидеть озеро. Он подполз к краю перил и свесился , вытянув до предела два длинных отростка с глазами. Темнота под мостом мягко светилась. Вдруг его тела достигла звуковая оглушительная волна. Он вздрогнул и спрятал пару глаз , продолжая смотреть в воду второй. Женщина тоже вздрогнула и повернулась на режущий слух визжащий звук тормозов за спиной. По дороге , через которую она недавно переходила, пронеслись две машины .Одна из которых резко затормозила пропуская вторую. Что-то булькнуло в наступившей тишине. Женщина резко повернулась и посмотрела на перила...улитки не было! Ах! Она вцепилась побелевшими пальцами в металл и перегнулась через ограждение. - Нет! нет! нет!- непослушными губами шептала она. – нет, нет....... Ноги как приросли к бетону. Сердце остановилось на мгновение и медленно застучало вновь набирая скорость.
…Он все еще смотрел в воду когда мир кувыркнулся. С легким чавкающим звуком его присоски отделились от металла и с всплеском он погрузился в холодную воду. Тело сжалось, но не втянулось в раковину. Вода была слишком холодна. Так скрюченный, с панцирем за спиной он начал медленно опускаться на дно. Падая успел заметить как женщина повернулась и перегнувшись через перила кричала ему....
Вот весь мир от него скрыли жесткие водоросли. Он запутался в них не достигнув дна. - Я скоро усну.- подумалось ему. Нужен воздух. Внутри ракушки есть немного, но стоит ли оно тех усилий?..