Храм святителя Гурия Казанского, находящийся в селе Петьялы, известен, пожалуй, всем жителям нашей республики благодаря святыням, хранящимся в нем. И одна из них — Животворящий Крест. Все, кто бывал в этой церкви, видели этот огромный черный Крест, на котором лишь чуть-чуть проступает изображение распятого Спасителя. Каким образом он попал сюда и откуда — тема дальнейшего повествования, составленного по рассказу 80-летней прихожанки петьяльского храма Анны Ивановны.

Этот Крест был обретен, по-видимому, в 70-х годах XIXв. Произошло это таким образом. В один из летних дней жители села Исакова, и поныне стоящего на берегу реки Свияги недалеко от города Свияжска, увидели Крест. Он плыл по реке и остановился напротив церкви. Откуда он приплыл сюда никто не знал. Рыбаки, бывшие в это время на берегу, хотели взять его, чтобы отнести в церковь, но Крест скрылся под воду. Тогда позвали священника. В церкви в это время еще не кончилась служба и священник пришел к реке со всеми, бывшими в этот день в церкви. Было много детей. Отслужили молебен Кресту и только после этого смогли его взять. Крест поставили в церкви.

Однажды прихожане перед одним из праздников решили его помыть. Пришли, а он уже весь чистый.

Крест часто носили по полям, служа молебны о даровании урожая. И люди заметили, что не на все участки легко было его нести. Как будто Крест сам не хотел идти на некоторые места.

В 30-х годах церковь в Исакове закрыли и устроили в ней зерносклад, но Крест оставили на месте. Один раз его хотели распилить на дрова, но он отвернулся от пришедших с этим намерением людей. Они сказали: «Не к нам он пришел и не от нас уйдет». И не стали его пилить.

В с. Моркиялах служил священник отец Тимофей. Он был очень простой человек, деревенский. Когда он узнал о Кресте, стоящем в закрытой церкви, о. Тимофей стал хлопотать перед властями, чтобы привезти его в моркияльскую церковь. И ему разрешили. Перед праздником Крещения Господня он с помощниками поехал на санях за Крестом. По пути о. Тимофей со слезами молился, взывая к Богу: «Господи, дай мне Крест Твой принести. Если я Крест не принесу, значит недостоин, чтобы Ты пришел в нашу церковь». Углубившись в молитву, он не заметил приближающейся навстречу машины. Произошло столкновение. Отец Тимофей вылетел из саней. Ударом ему помяло грудь и сломало одно ребро. Батюшку положили в сани и все же доехали до Креста. Но их нельзя было везти вместе. Помощники отца Тимофея договорились с исаковскими, что заберут Крест позднее и вернулись домой.

Батюшка после этого долго и тяжело болел, не служил в церкви. Даже покойников отпевал в своем доме — ему их приносили прямо в избу. Со временем его здоровье поправилось. А Крест уж без него привезли на лошади и поставили в церкви. А в какие годы это было, не знаю.

А когда электричество появилось у нас в Лягушках, батюшка без благословения провел электричество и лампочки повесил над алтарем и даже снял оттуда икону трех святителей. И после этого церковь долго не стояла, а быстро сгорела.

А в 1964 году церковь горела. Неизвестно то чего загорелась. Пожар начался над алтарем. Огонь путался-путался. А в то время был сильный ветер. А вокруг церкви очень глубокий снег и подъехать никак было не возможно. Огонь долго путался, а потом уж охватил всю церковь. Но из церкви все успели вынести: и Крест, и все иконы, и престол и даже царские врата. 2 часа был пожар и эта церковь сгорела 9 февраля 1964 года. Всю ночь иконы и Крест на снегу пролежали. А потом все иконы в сторожку стаскали и ко мне. Я там недалеко жила. А Крест к батюшке отвезли служащему, поставили к нему в чулан. А потом все иконы отвезли в Звенигово, а Крест там остался, как бы он скрылся от них, что про него никто и не вспомнил, даже председатель сельсовета. Потом у нас был батюшка Сергий из Казани, жил он у нас. Потом ему надо было уезжать. И иконы от нас увезли, а я осталась и жила в этой сторожке. И так как все увезли, и иконы все, что делать батюшке. Ему уехать в Казань надо, что ему одному жить. А Крест то отнесли во двор и пока прикрыли соломой. А Крест то большой, носили его два человека. Но он очень тяжелый и никак не могут два человека носить его, то есть Крест как бы сам ходил, прятался. Потом принесли его на коровник, укрыли сеном. Об этой тайне знали только три человека и никто больше. Батюшка уехал в Казань, потом я тоже уехала к своей маме в Красногорск жить. Потом пошла я в Церковь причащаться и там узнала про Крест этот. Рядом случился пожар у соседки, а бабка-то кричит: «Если у меня дом сгорит, то и Крест может сгореть». Тогда все о Кресте узнали. А матушка батюшки Тимофея была старостой церкви и всей церковью руководила. И Крест тогда увезли к ней домой, поставили в клеть деревенскую. Потом я туда пришла и матушка старенькая мне говорит, что Крест теперь у меня в клети и пускай, говорит, стоит у меня. А я ей говорю, теперь к тебе народ будет ходить, одолевать будет. А ведь так могут власти и Крест увести и тебя вместе с Крестом, старушку. Надо Крест говорю куда-нибудь в церковь отнести. Так же нельзя. И вот я точно не помню обратилась что ли к батюшке казанскому Сергию или там 2 болящие лежали, брат с сестрой родные Фекла и Григорий у нее вот сюда рука приросла, а он на коленках и локтях 50 лет лежал в Роженцове. Я была у него два раза и второй раз приезжала, чтобы спросить, куда везти Крест. Брат Гриша сказал, что надо везти Крест быстрее и не на машине, а на лошади, потому что у вас Крест могут забрать туда, где все иконы. Незадолго до этого нашу церковь полностью ограбили. А батюшка казанский сказал, что куда меня поставят служить, туда и увезу на машине.

Я сразу же поехала к батюшке в Казань и сказала, что  Крест надо скорее перевезти, потому что его у матушки обнаружили и могут забрать. Он спросил: «Куда?» Она сказала: «В Петьялы». «Ну ладно,— говорит,— тогда и я в Петьялы поеду служить там. Тихое место там и электричества нет».

Потом я поехала в Петьялы к старосте. Приехала, и оказалось, что надо еще 5 км пешком идти. Пошла. Я устала. У монашки Екатерины спрашиваю. Она сказала: «Он дома». Я так устала, что едва дошла до него. «Андрей Михайлович, мы хотим к вам Крест привезти». Он долго не соглашался, но потом я уговорила его. Но лошадей он не дал и посоветовал взять в лесничестве у прихожанина Александра. Там мне дали лошадь. Потом я испросила у батюшки, служащего в Петьялах, иеромонаха Прохора, согласие. Он согласился сразу же сказал: «Как мы можем такую святыню не взять». И потом, в Великий пост, Крест перевезли от старой матушки отца Тимофея из Лягушек в Петьялы. Сначала он стоял возле кануна. Молебен ему отслужили. Все так радовались.

По свидетельствам прихожан от Креста исходит благоухание и изображение распятого Спасителя временами просветлялось, открывались глаза, текли слезы. Было много случаев исцелений.