«Сказка - это то золото, что блестит огоньком в детских глазках»
Г. Х. Андерсен
Имя Бориса Диодорова внесено в Почетный список лучших в мире иллюстраторов детской книги. Его работы находятся в самых престижных музеях мира. Он оформил более четырехсот книг, среди которых «Винни-Пух» А. Милна, «Удивительное путешествие Нильса с дикими гусями» С. Лагерлёф, «Аленький цветочек» С. Аксакова, «Народные рассказы» Л. Толстого, «Малахитовая шкатулка» П. Бажова… Но самой большой его любовью остается творчество Г. Х. Андерсена
В 2001 году из рук датской принцессы он получил высшую в андерсениаде награду — Гран-при Премии имени Г. Х. Андерсена.
Со сказками Андерсена Борис Диодоров познакомился еще до войны. Легендарного сказочника он всегда считал русским писателем. Во всяком случае, к русской культуре великий датчанин всегда был неравнодушен. «Андерсен любил Пушкина и много лет мечтал приобрести его автограф, — рассказывал Борис Аркадьевич. — Однажды ему это удалось, и до конца жизни он не расставался с листочками бумаги, где Пушкин написал стихотворение «Пробужденье» и отрывок из элегии «Мечты, мечты! Где ваша сладость?». Теперь бесценные автографы хранятся в Королевской библиотеке в Копенгагене».
Диодоров говорит, что каждую сказку Андерсена он иллюстрировал по пять лет. «Я книгу делаю годами. Я страдаю». Когда работал над макетом к «Русалочке» и дошел до момента, когда Русалочка, отказавшись убивать принца, обрекает себя на гибель, — незаметно для себя горько плакал.
«Меня все время ловили на слове «сентиментальный», — признается Борис Диодоров. — Это слово было у коммунистов ругательным. В советских словарях писали рядом с ним, не стесняясь: «сопливый», «лживая жалость». Словно это какое-то гадостное состояние. А у религиозного человека это называется состоянием катарсиса. Это происходит тогда, когда душа реагирует или слезами, или смехом. Это высшее проявление душевного состояния. Обычно когда мы плачем? Когда встречаем что-то запредельно прекрасное…»
Когда Бориса Диодорова спрашивают, в какой манере выполнены его работы, он отвечает, что легче назвать ту, в которой он не работал. Художник владеет самыми разными техниками: высокая гравюра, акварель, офорт… «Книги сами подсказывают технику, я прислушиваюсь к ним», — признается Диодоров. Иллюстрации к Андерсену — это офорт, акватинта, акварель. По сложности их можно приравнять к станковым картинам. «Винни-Пух» — перо и акварель. Мягкий, уютный, очень ребячий мир, словно рисовал сам медвежонок. Когда художник работал над сказками венгра Ференца Мора, он освоил технику подкрашенной гравюры — вид графики, близкий к русскому лубку. Приступая к «Путешествию Нильса с дикими гусями» первый раз применил акватинту. Вспоминая работу над сказкой «Людовик Четырнадцатый и Тутта Карлсон», выполненную пером и тушью, Борис Диодоров говорит: «Это озорная книжечка, искрометная. Хотелось, чтобы эти дурашливые характеры были достоверны, чтобы ребенок в них поверил. Я и сам в них верил…»
[532x700]
«У художника всегда есть опасность заштамповаться, то есть не впускать душу в рисунок, — продолжает он. — В литературе существуют жанры, национальные условия. Нельзя работать все время одинаково… Я отношусь к иллюстрации как к искусству своего жанра, утвердившегося через века. Первая иллюстрация была для книг церковных, божественных. Там без души было невозможно. Именно душа — составляющая любого искусства — и должна быть в иллюстрации. Искусство — это человек. Если человек пуст, мне неинтересно с ним. А если в его книге, рисунке проявляется душа, я не могу насмотреться, потому что через каждый отрезок времени я взрослею и начинаю открывать для себя новые качества. Только страданиями, только радостями — только этими состояниями души можно аккумулировать что-то. Искусство именно поэтому существует вне времени. Автор умирает, а его произведения живут. Кого переиздают все время? У кого душа — составляющая часть творчества. Это я давно открыл. И перестал стесняться»