Это цитата сообщения ФИЛИНТЕЛЛЕКТ Оригинальное сообщение

Альберт Швейцер, как его не хватает сегодня в борьбе с путинской человеконенавистнической угрозой новой огромной войны

https://www.calend.ru/persons/1751/

Альберт Швейцер (нем. Albert Schweitzer) родился 14 января 1875 года в Кайзерсберге (Эльзас). Образование получил в Мюнстере и Мюльхаузене, где обучался с 1884 по 1893 год. В октябре 1893 года Швейцер поступает в Страсбургский университет, где изучает одновременно теологию, философию и теорию музыки.

В 1900 году вышли первые книги Альберта Швейцера по богословию — «Проблема Тайной вечери, анализ, основанный на научных исследованиях девятнадцатого века и на исторических отчетах» и «Тайна мессианства и страстей. Очерк жизни Иисуса». Вскоре Швейцер начал преподавать на богословском факультете Страсбургского университета, но уже в 1905 году он принимает решение посвятить остаток жизни медицине и становится студентом медицинского факультета того же Страсбургского университета, одновременно продолжая свои научные труды.
Помимо научной работы Швейцер занимался и общественной деятельностью. Он принял активное участие в работе органной секции венского конгресса Международного музыкального общества, а в 1908 году вышел его расширенный и переработанный немецкий вариант «Баха». Швейцер рассматривал Баха как религиозного мистика, чья музыка соединяла текст с «истинными поэмами природы». К тому же он был крупнейшим экспертом по конструкции органов, и его книга на эту тему, вышедшая в 1906 году, спасла множество органов от неоправданной модернизации.

26 марта 1913 года Альберт Швейцер вместе с женой, окончившей курсы медицинских сестёр, отправляется в Африку. В небольшом селении Ламбарене на собственные скромные средства он основывает больницу. В годы Первой мировой войны его вместе с женой, как немецких подданных, отправляют во французские лагеря. В 1918 году Швейцера освобождают по обмену на французских военнопленных.

Последующие несколько лет он работал в городской больнице в Страсбурге, выступал с органными концертами по всей Европе, читал лекции во многих европейских университетах, стал почётным доктором Цюрихского университета. В 1923 году вышло его главное философское сочинение — «Философия культуры» в 2-х томах.
Вся эта активная деятельность помогла Швейцеру скопить необходимые средства на восстановление больницы в Ламбарене. И в феврале 1924 года он вернулся в Африку, принявшись за строительство разрушенной больницы. Из Европы прибыло несколько врачей и медсестер, работавших безвозмездно. К 1927 году новая больница была построена, что позволило Швейцеру вернуться в Европу и вновь заняться концертной деятельностью и чтением лекций.

"Этика дикой природы" - радикальное направление в развитии экологической этики, направленное против любого использования дикой природы и ориентируется прежде всего на уважение свободы, прав дикой природы и понимания дикой природы как священного пространства:
- уважай дикую природу как священное пространство;
- уважай дикая жизнь как священное;
- уважай свободу, автономию, независимость, естественные права дикой природы и ее видов;
- завещай, оставь после себя как можно больше участков дикой природы;
- не наноси вреда дикой природе, не управляй и не контролируй ее;
- люби и цени дикие живые существа, а также участки дикой природы ради них самих;
- не мешай дикой природе и ее видам осуществлять свое эволюционное назначение;
- существование дикой природы, ее видов, эволюционных и экологических процессов есть добро само по себе;
- неиспользование дикой природы - благо.

В 1948 году во время встречи в Америке Эйнштейн взял у Швейцера обещание бороться против «бомбы» и угрозы атомной войны. Но а прошло уже 9 лет после той памятной и последней для них встречи и два года после ухода Эйнштейна с земного плана, он ещё активно не выступил. И вот однажды Швейцер говорит Казинсу как бы уже в прошедшем времени: «Всю мою жизнь я старался воздерживаться от заявлений по общественным вопросам… Не потому вовсе, что я не интересовался международными делами или политикой. Мой интерес к ним и озабоченность ими очень велики. Просто я чувствовал, что мои отношения с внешним миром должны произрастать непосредственно из моей работы и моей мысли в области теологии, философии или музыки. Я пытался скорее искать подход к проблемам всего человечества, чем ввязываться в противоречия между той или иной группировкой. Я хотел быть человеком, который говорит с другим человеком»
Лютеранин и священник, но не скованный ничем человек независимого мышления, Швейцер обращал внимание на то, что именем Бога церковью совершались преступления, в корне противоречащие истинным религиозным учениям: «Кальвин убивал врагов <…> ранние израэлиты иногда верили, что убийство было их божественной миссией; крестоносцы, не задумываясь, поднимали меч во имя Божие… Разговоры о «воле Божьей» были самообольщением и профанацией, особенно когда ими прикрывались всякие неблаговидные действия». И далее главное: «Мы должны принять действительность, в которой Бог проявляет себя через дух человека. И когда индивид способен раскрыть и развить своё духовное сознание, он заодно с Божеством»

Анализируя события, предшествующие выходу Швейцера на общественную трибуну, Кочетов ссылается на биографов, которые считают, что непосредственным толчком к тому послужил поступок тринадцатилетнего негритянского подростка. Это восхитительный эпизод, а его следствия удивительны. Бобби Хилл, так звали того мальчика, узнав об удивительном Белом Докторе и его больнице, купил коробочку с аспирином и обратился к генералу авиации с просьбой сбросить её с воздуха в пожертвование больнице Швейцера. Журналисты разнесли этот случай как сенсацию, и в результате в больницу сразу хлынул благотворительный поток: одних только лекарств четыре с половиной тонны, а денег четыре тысячи долларов. Через год уже сам этот мальчик, сделавшийся знаменитостью и посланцем помощи, прилетел в Ламбарене с тонной лекарств и чеком на сто тысяч долларов. Швейцер, утверждают его биографы, был изумлён результатом этой, совсем вначале маленькой, инициативы одного ребенка.

И он решается начать свою антивоенную кампанию – передает Нобелевскому комитету для печати и для радио своё обращение «Декларация совести». 24 апреля 1957 года его обращение вышло в эфир через радио Осло и было передано журналистам. Швейцер обратился к правительствам США и СССР с призывом прекратить атомные испытания. Он заявил, что в конце года ставит свою подпись под требованием большого коллектива ученых и общественных деятелей немедленно прекратить атомные испытания в атмосфере. Это требование с 9235 подписями, собранными в 44 странах, было вручено дважды нобелевским лауреатом (премии по химии и премии мира) Лайнусом Полингом (1901-1994) генеральному секретарю ООН 13 января 1958 года. Далее, 28, 29 и 30 апреля 1958 года, Швейцер через радиостанцию Осло передаёт три воззвания под общим названием «Мир или атомная война». Он обрушивается на тех, кто говорит о «разрешимой дозе радиации». «Кто разрешил её? Кто имеет вообще право её разрешать?». Швейцер с полным знанием говорит о том, что пагубные результаты даже, казалось бы, малых доз радиации скажутся через несколько поколений. «Те, кто решается предпринять ядерные испытания, должны отдавать себе отчёт, какие бедствия они навлекают этим на будущие поколения, они должны быть готовы нести невыносимое бремя ответственности за рождение сотен тысяч уродов».

Швейцер ставил вопрос: «Что же может придать постоянную силу этому соглашению?» И отвечал: «Только упрочение каких-то духовных связей между Востоком и Западом». 6 июня 1962 года Швейцер получил письмо от президента США Джона Ф. Кеннеди (1917-1963): «Вы оказываете необыкновенное моральное воздействие на наш век. Я очень надеюсь, что Вы приложите огромную силу своего воздействия к движению за полное и безоговорочное разоружение» .
Он ответил президенту, выразил поддержку его усилий в Конгрессе провести ратификацию Московского договора. Возможно, именно это сыграло решающую роль в ратификации договора в Конгрессе США, повлияв на колеблющихся конгрессменов.

Следующие буквально три десятка лет он жил на два континента - то работал в Африке, то посещал Европу для чтения лекций, органных концертов и издания своих книг. В это время Швейцеру была присуждена Франкфуртская премия Гете (на средства от которой был построен дом в Гюнсбахе, ставший местом отдыха персонала больницы Ламбарене) и несколько европейских университетов присудили ему почётные докторские степени. А в 1953 году он стал лауреатом Нобелевской премии мира 1952 года и на полученные средства построил рядом с Ламбарене деревушку для прокаженных.