ЭПИГРАФ ... человекоподобное существо смотрело на меня каменными глазами, всем своим существом как бы показывая, что он пришел убивать.
Эмин
Исповедь расстрелянного, или «я — очевидец»
-----------------------------------------------------------------------------------
ПРОЛОГ

"Аул, разоренный набегом, был тот самый, в котором Хаджи-Мурат провел ночь перед выходом своим к русским.
Садо, у которого останавливался Хаджи-Мурат, уходил с семьей в горы, когда русские подходили к аулу. Вернувшись в свой аул, Садо нашел свою саклю разрушенной: крыша была провалена, и дверь и столбы галерейки сожжены, и внутренность огажена. Сын же его, тот красивый, с блестящими глазами мальчик, который восторженно смотрел на Хаджи-Мурата, был привезен мертвым к мечети на покрытой буркой лошади. Он был проткнут штыком в спину. Благообразная женщина, служившая, во время его посещения, Хаджи-Мурату, теперь, в разорванной на груди рубахе, открывавшей ее старые, обвисшие груди, с распущенными волосами, стояла над сыном и царапала себе в кровь лицо и не переставая выла. Садо с киркой и лопатой ушел с родными копать могилу сыну. Старик дед сидел у стены разваленной сакли и, строгая палочку, тупо смотрел перед собой. Он только что вернулся с своего пчельника. Бывшие там два стожка сена были сожжены; были поломаны и обожжены посаженные стариком и выхоженные абрикосовые и вишневые деревья и, главное, сожжены все ульи с пчелами. Вой женщин слышался во всех домах и на площади, куда были привезены еще два тела. Малые дети ревели вместе с матерями. Ревела и голодная скотина, которой нечего было дать. Взрослые дети не играли, а испуганными глазами смотрели на старших.
Фонтан был загажен, очевидно нарочно, так что воды нельзя было брать из него. Так же была загажена и мечеть, и мулла с муталимами очищал ее.
Старики хозяева собрались на площади и, сидя на корточках, обсуждали свое положение. О ненависти к русским никто и не говорил. Чувство, которое испытывали все чеченцы от мала до велика, было сильнее ненависти. Это была не ненависть, а непризнание этих русских собак людьми и такое отвращение, гадливость и недоумение перед нелепой жестокостью этих существ, что желание истребления их, как желание истребления крыс, ядовитых пауков и волков, было таким же естественным чувством, как чувство самосохранения.
Перед жителями стоял выбор: оставаться на местах и восстановить с страшными усилиями все с такими трудами заведенное и так легко и бессмысленно уничтоженное, ожидая всякую минуту повторения того же, или, противно религиозному закону и чувству отвращения и презрения к русским, покориться им.
Старики помолились и единогласно решили послать к Шамилю послов, прося его о помощи, и тотчас же принялись за восстановление нарушенного." / Лев Толстой. Хаджи-Мурат /глава XVIII/
Над повестью «Хаджи-Мурат» Лев Толстой работал с 1896 по 1904 год
----------------------------------
Глава 1

Его зовут Эмин, и вот что он нам рассказал

«Я — очевидец военных преступлений, расстрелянный в упор российским офицером без суда и следствия. Утром 31 января 1995 года при поддержке бронетехники и авиации российские войска вошли в наш поселок, и началась так называемая «зачистка», когда российские солдаты стали фактически зачищать поселок от всего, что там находилось — людей, вещей и всего, что представляло хоть какую-то ценность.
Я противник всякой войны, поэтому, как и многие другие жители чеченской столицы, никуда не уехал, оставаясь у себя дома. Начавшие зачищать наш поселок военные стали поджигать дома.
На моих глазах сгорели дома соседей. Были расстреляны мои родственники — Бедаев Мохдан и Ваха — отец маленьких детей. В мой дом вошли трое, старший офицер в камуфляже и двое в шинелях. Спросили, где мой автомат.
Я ответил, что я мирный житель и у меня нету оружия. Затем они стали требовать золото, доллары, а потом начали избивать. От жестоких побоев я то падал, то снова вставал. По мере возможности пытался сопротивляться.
Офицер приказал солдатам завести меня в подвал моего дома. В подвале двое карателей стали у дверей, а офицер с пистолетом «Макарова» в руках зашел следом за мной.
Стоя у лестницы, он направил на меня оружие, прицелившись прямо в мой лоб. Прежде чем он успел нажать курок, я успел спросить, за что меня убивают и в чем, конкретно, моя вина. Когда ты знаешь, за что ты гибнешь, бывает легче умирать, говорил я ему.
Однако человекоподобное существо смотрело на меня каменными глазами, всем своим существом как бы показывая, что он пришел убивать. В полуметре от моих глаз блестели мушка и дуло его пистолета.
Вихрь стремительных мыслей пронеслись в моей голове в один миг, и вся прошедшая жизнь мгновенно пронеслась перед мысленным взором — с первой до последней страницы. Офицер тщательно прицелился и выстрелил в упор.
Боли я не почувствовал, однако в последнюю секунду увидел сильную вспышку и порох, вылетающий из ствола. После выстрела мозг еще продолжал работать и мыслить секунд 10-20. Как во сне, я слышал русскую речь: «Закрой дверь на замок. Можно было бы еще гранату туда кинуть. Не надо, я стрелял между глаз».
Постепенно начал приходить в себя. Мне казалось, что я нахожусь в загробном мире. Я прочитал молитву. И вдруг сознание мое мгновенно прояснилось, и волна ледяного холода окатила меня с ног до головы.

Глава 2

Сверху доносилась русская речь.

Солдаты-срочники занимались мародерством и грабежоми после спцназовцев.
Российские военные, сорвав замок и открыв дверь моего подвала, вскрикнули от изумления, увидев труп, валяющийся в луже крови. Сквозь застилавшее глаза кровавое облако я еще успел различить их. Солдаты ушли, оставив дверь открытой.
Придя в сознание, я убедился в том, что еще живой и лежу вниз головой, в луже крови. На какой-то миг захотелось покориться судьбе. Между глаз была дыра, рот и легкие полны крови. Вырыгнув все это, с большим трудом сел. Шейный позвоночник был переломан пулей и не позволял встать, словно огромная тяжесть давила на мои плечи.
Ярость и безумие, злость и отчаяние, перемешиваясь друг с другом, подступали к горлу, мешая дышать. И тут мне очень захотелось выжить, чтобы с оружием в руках отомстить этим нелюдям. Превозмогая слабость и жестокую боль, я с трудом поднялся и выполз из своей могилы.
Уже стемнело, догорали дома в селе, и российские войска начинали отходить. Я пересек трассу и пополз в сторону совхоза Первомайский, что в трех километрах от нашего поселка. Меня довезли до больницы в состоянии полного беспамятства, иногда, говорят, я бредил и просил пить, пить и еще раз пить.
Казалось, вся моя жизнь выгорает в огне и в лихорадке. Каждую минуту мне приходилось отхаркиваться от крови и гноя, мои зубы были вырваны вместе с золотыми коронками. И, наверное, вернувшись из Чечни в Россию, эти военные осыпят своих возлюбленных именно подобными золотыми побрякушками.

Глава 3

Поражённые насмерть

А тогда, сидя рядом со мной, супруга моя, Деши, не могла знать о том, что после поджога российскими военными сгорит в своём доме заживо её дед, в возрасте 85 лет. Он ещё пытался выбраться из горящего дома в пылающей одеждой. Но не успел и сгорел заживо прямо на пороге своего дома.
Неведомо было и брату моему Алману, что во вторую войну от артобстрела прямо у своего дома его разорвет на куски, но он ещё успеет услышать крик своей супруги Сациты, подбежавшей к нему на помощь и поражённой насмерть на глазах их малолетних детей.
Это не религиозная война и не антирусская, это борьба чеченского народа за свою СВОБОДУ, за уважение к себе и к своим обычаям, за право свободно и спокойно жить на земле своих предков.
На чеченской земле сегодня немало мест, где вместо бывших цветущих сел остались одни обуглившиеся развалины и множество могильных холмиков, а в долинах и горных ущельях немало надгробий тех, чьи имена и заслуги известны только Всевышнему, и с его помощью будут вписаны в чеченскую историю.
Мужества, стойкости и Веры нам всем!»

А. Мелхиев.
По материалам СМИ Ичкерии
Chechenews.com
14.05.16.

ЭПИЛОГ

В декабре 2014 года после столкновения группы боевиков с представителями правоохранительных структур в столице Чечни Кадыров заявил, что семьи боевиков, совершивших убийства сотрудников полиции, или других людей, будут выдворены за пределы республики, а их дома будут уничтожены. После этого, по данным правозащитной организации «Мемориал», в Грозном были сожжены шесть домов, принадлежавших родственникам подозреваемых в нападении. Правозащитная организация Amnesty International призвала российские власти провести независимое расследование произошедшего.
https://meduza.io/feature/2016/05/12/kak-v-moskve-no-s-popravkoy-na-mentalitet
Илья Азар
Грозный