Судьбы русских художников до и после революции. ~ 3 ~
07-11-2017 05:24
к комментариям - к полной версии
- понравилось!
Выставка «Некто 1917» в Государственной Третьяковской галерее рассматривает одну из сложнейших проблем культуры — соотношение искусства и реальности.
В разных исторических ситуациях эти отношения строились по-разному, но в России революционной эпохи приобрели особый, парадоксальный характер.
Что больше удивляет — сдобные купчихи Кустодиева, появившиеся в смутные, голодные времена, или же красноармейцы и Керенский на картинах Репина?
Михаил Нестеров (1862−1942)
Ученик Василия Перова, Михаил Нестеров был глубоко верующим человеком. Нестеров много работал над росписью храмов, отказываясь от денежных заказов по идейным и религиозным соображениям.
Обе революции, которые пережил художник, не встретили его поддержки: такие перемены совершенно не сочетались с консервативным мировоззрением Нестерова. Он не покинул Россию, однако больше не писал символических полотен, показывающих, как Русь движется навстречу Христу.
художника захватило амплуа портретиста, причем лишь один портрет был связан с церковной тематикой — «Архиепископ» (1917). Впрочем, мастер не отрешается от религии, продолжая тему спокойного, православного течения жизни.
В 1938 году Нестеров провел две недели в Бутырской тюрьме: его зятя — юриста Шретера, — обвинили в шпионаже. Вскоре арестовали и сослали в лагеря его дочь от первого брака — Ольгу. Потом расстреляли мужа дочери от второго брака — Наталии… Нестеров погружался в работу, не имея сил что-либо исправить в этом новом миропорядке.
Давид Бурлюк (1882−1967)
Творчество «отца русского футуризма» Давида Бурлюка родилось в горниле революций, было приготовлено в котле отрицаний всего и вся и приправлено стремлением к новому будущему.
В 1910-е годы в имении Чернянка Херсонской губернии, где отец Бурлюка работал управляющим, бывали поэты Маяковский, Каменский и Хлебников, художники Ларионов и Лентулов…
В Чернянке Давид Бурлюк написал знаменитый манифест футуристов «Пощечина общественному вкусу», где призывал «сбросить классиков с парохода современности».
застала семью Бурлюков в Башкирии. Год спустя художник чудом не погиб в Москве во время расстрелов анархистов и вернулся в Уфу, после чего отправился на гастроли вместе с Владимиром Маяковским и Василием Каменским; с выступлениями, посвященными футуризму и революции, они посетили города Урала, Сибири и Дальнего Востока. Однако не миновали Одессу!
В 1920 году Давид Бурлюк с семьей эмигрировал в Японию. Здесь он прожил два года, посвятив жизнь изучению восточной культуры и написанию картин.
В 1922 году он переезжает в США, где открывает собственное издательство, а впоследствии — и картинную галерею.
Борис Кустодиев (1878−1927)
Борис Кустодиев определенно сочувствовал антиправительственным настроениям радикально настроенной интеллигенции и студентов.
Когда старый приятель, Иван Билибин, предложил художнику войти в редколлегию сатирического журнала «Жупел» (1905 — 1907) — тот согласился. Так появился известный рисунок «Вступление. Москва», тема которого позже появится в известной картине 1920 года «Большевик» (заглавная иллюстрация к этому материалу).
1917 года Борис Кустодиев встретил восторженно, но вскоре разуверился в большевиках. Тем не менее, художник остался на родине и продолжал исступленно работать, невзирая на прогрессирующую болезнь, которая приковала его к инвалидному креслу.
В послереволюционные годы Кустодиев пишет картины Купчиха за чаем (1918), Купчиха на прогулке (1920), Булочник (1920), Русская Венера (1925) — работы совершенно не вяжутся с происходящими в стране переменами.
Также с 1918 по 1920 годы художник много работает над оформлением оперных спектаклей: «Царская невеста» (1920, Большой оперный театр Народного дома), «Снегурочка» (1918, Большой театр; не была поставлена), «Блоха» (1925, МХАТ). С 1923 года Борис Кустодиев — член Ассоциации художников революционной России.
Из воспоминаний Ирины Борисовны Кустодиевой, дочери художника:
«…Мы с братом помним, что вскоре после Октябрьской революции папа получил предложение Реввоенсовета нарисовать эскиз формы для красноармейцев.
Он сделал несколько вариантов, выдвинув, в частности, идею шлема, подражающего старинному русскому. Эскизы были отосланы в Москву, но ответа он не получил.
А когда красноармейцы начали ходить в шлемах, папа говорил: «Ведь это моя идея, но кто-то ее использовал, а я остался ни при чем!..»
вверх^
к полной версии
понравилось!
в evernote
Судьбы русских художников
до и после революции.
~ 3 ~
Информация к выставке «Некто 1917»
до и после революции.
~ 3 ~
Информация к выставке «Некто 1917»
Выставка «Некто 1917» в Государственной Третьяковской галерее рассматривает одну из сложнейших проблем культуры — соотношение искусства и реальности.
В разных исторических ситуациях эти отношения строились по-разному, но в России революционной эпохи приобрели особый, парадоксальный характер.
Что больше удивляет — сдобные купчихи Кустодиева, появившиеся в смутные, голодные времена, или же красноармейцы и Керенский на картинах Репина?
Михаил Нестеров (1862−1942)
До революции.
Ученик Василия Перова, Михаил Нестеров был глубоко верующим человеком. Нестеров много работал над росписью храмов, отказываясь от денежных заказов по идейным и религиозным соображениям.
Революция.
Обе революции, которые пережил художник, не встретили его поддержки: такие перемены совершенно не сочетались с консервативным мировоззрением Нестерова. Он не покинул Россию, однако больше не писал символических полотен, показывающих, как Русь движется навстречу Христу.
После революции
художника захватило амплуа портретиста, причем лишь один портрет был связан с церковной тематикой — «Архиепископ» (1917). Впрочем, мастер не отрешается от религии, продолжая тему спокойного, православного течения жизни. В 1938 году Нестеров провел две недели в Бутырской тюрьме: его зятя — юриста Шретера, — обвинили в шпионаже. Вскоре арестовали и сослали в лагеря его дочь от первого брака — Ольгу. Потом расстреляли мужа дочери от второго брака — Наталии… Нестеров погружался в работу, не имея сил что-либо исправить в этом новом миропорядке.
Давид Бурлюк (1882−1967)
До революции.
Творчество «отца русского футуризма» Давида Бурлюка родилось в горниле революций, было приготовлено в котле отрицаний всего и вся и приправлено стремлением к новому будущему. В 1910-е годы в имении Чернянка Херсонской губернии, где отец Бурлюка работал управляющим, бывали поэты Маяковский, Каменский и Хлебников, художники Ларионов и Лентулов…
В Чернянке Давид Бурлюк написал знаменитый манифест футуристов «Пощечина общественному вкусу», где призывал «сбросить классиков с парохода современности».
Революция
застала семью Бурлюков в Башкирии. Год спустя художник чудом не погиб в Москве во время расстрелов анархистов и вернулся в Уфу, после чего отправился на гастроли вместе с Владимиром Маяковским и Василием Каменским; с выступлениями, посвященными футуризму и революции, они посетили города Урала, Сибири и Дальнего Востока. Однако не миновали Одессу!
После революции.
В 1920 году Давид Бурлюк с семьей эмигрировал в Японию. Здесь он прожил два года, посвятив жизнь изучению восточной культуры и написанию картин. В 1922 году он переезжает в США, где открывает собственное издательство, а впоследствии — и картинную галерею.
Борис Кустодиев (1878−1927)
До революции.
Борис Кустодиев определенно сочувствовал антиправительственным настроениям радикально настроенной интеллигенции и студентов. Когда старый приятель, Иван Билибин, предложил художнику войти в редколлегию сатирического журнала «Жупел» (1905 — 1907) — тот согласился. Так появился известный рисунок «Вступление. Москва», тема которого позже появится в известной картине 1920 года «Большевик» (заглавная иллюстрация к этому материалу).
Революцию
1917 года Борис Кустодиев встретил восторженно, но вскоре разуверился в большевиках. Тем не менее, художник остался на родине и продолжал исступленно работать, невзирая на прогрессирующую болезнь, которая приковала его к инвалидному креслу.
После революции.
В послереволюционные годы Кустодиев пишет картины Купчиха за чаем (1918), Купчиха на прогулке (1920), Булочник (1920), Русская Венера (1925) — работы совершенно не вяжутся с происходящими в стране переменами. Также с 1918 по 1920 годы художник много работает над оформлением оперных спектаклей: «Царская невеста» (1920, Большой оперный театр Народного дома), «Снегурочка» (1918, Большой театр; не была поставлена), «Блоха» (1925, МХАТ). С 1923 года Борис Кустодиев — член Ассоциации художников революционной России.
Из воспоминаний Ирины Борисовны Кустодиевой, дочери художника:
«…Мы с братом помним, что вскоре после Октябрьской революции папа получил предложение Реввоенсовета нарисовать эскиз формы для красноармейцев.
Он сделал несколько вариантов, выдвинув, в частности, идею шлема, подражающего старинному русскому. Эскизы были отосланы в Москву, но ответа он не получил.
А когда красноармейцы начали ходить в шлемах, папа говорил: «Ведь это моя идея, но кто-то ее использовал, а я остался ни при чем!..»
Комментарии (1):
Комментарии (1):
вверх^
Вы сейчас не можете прокомментировать это сообщение.
Дневник Судьбы русских художников до и после революции. ~ 3 ~ | Ada_Peters - Ценности культуры не стареют. |
Лента друзей Ada_Peters
/ Полная версия
Добавить в друзья
Страницы:
раньше»